Чтение онлайн

Старик, посверлил меня взглядом и ответил

— Кондитерская через два квартала, налево.

— А я хочу шоколада у вас дома, сидя на веранде и вдыхая бриз с океана.

Злость у него сменилась озабоченностью, ну да, я б и сама на его месте озаботилась от такого.

— Ты вообще кто?

— Некст Викен-Синоби, — услышав «Синоби», для него все стало на свои места.

— В качестве кого здесь?

— Официального статуса нет, отдыхаю.

Он развернулся и пошел к флаеру, я за ним, молча залезла в кабину, он не препятствовал. Когда взлетели, спросил

— Не боишься?

— Летать? Не боюсь.

— Хватит дурочку строить.

— А вы перестаньте изображать мизантропа-психопата.

— Я и есть мизантроп, — пробурчал он себе под нос, — И не люблю худосочных и наглых девиц, — это уже было сказано громко.

— Вот и чудненько, в постель значит тащить не будете?

— А что надо?

— Не надо.

— Кто послал? Чего хотели? — ну наконец то деловой разговор.

— Кто послал не важно. А хотели — разобраться во всем. Если над вами будет висеть обвинение, пусть и не доказанное, престижа семьи и госслужащих это не подымет.

— А если доказанное?

— Доказанное? Какое именно обвинение может быть доказано?

— Хм, — он невесело улыбнулся в усы.

Когда прилетели к нему домой он жестом указал на веранду и я послушно туда отправилась. Мышкин поставил передо мной чашку с чаем и блюдце с текучим шоколадом.

— Желание женщины — закон. На здоровье, — и пошел в дом, гад.

Я поаплодировала его удаляющейся спине, но он не обернулся. Да, поймал он меня за язык, хотела шоколада получи и убирайся. В дом не пригласили, разговаривать не хотят. Я устроилась поудобнее, мне на этой веранде еще долго сидеть, и принялась обдумывать факты.

Молчание Мышкина с шерифами и Грюндерами вполне понятно и объяснимо. Его попытались сделать крайним, он не дался, прикрывшись презумпцией невиновности. Но вот почему он не хочет разговаривать со мной, неофициальным лицом, да еще и «своей» к тому же, неясно. Вернее, это наводит на вполне очевидные мысли — ему есть, что скрывать даже от своих, значит виновен, только вот в чем? Воздух становился все жарче, то что я сидела в тени уже не спасало, я постучала в запертую дверь дома, потом принялась колотить в нее ногой, став спиной к двери. Примерно через минуту я чуть не упала назад, развернувшись увидела Мышкина, совершенно бешенного, враз припомнились слова Грюнда о психопате и спускании курка.

— Мне жарко, — сказала я первое, что пришло в голову.

— Я удивляюсь, некст Викен, как будучи такой дурой, вы еще до сих пор живы, — прокричал он, но отстранился пропуская меня в дом. Хвала Судьбе — он вменяем. Надо ли понимать его слова, как то, что он уже посмотрел мой эгофайл? И вообще, я припомню ему это оскорбление.

— Дуракам везет, так русы говорят, — заметила я. — Скажите, то что вы не боитесь, что вас снова подставят, означает, что подставлять вас больше некому? — невинно поинтересовалась я.

Мышкин уже перекипел и лишь досадливо скривился.

— Неужели не ясно? Я не хочу ничего говорить и ничего обсуждать. Если вы хотите, то сами до всего докопаетесь. Надо только посмотреть на все, не с целью найти козла отпущения, а стараясь понять, что же было и как. Понять должны сами, чтоб потом не начали гадать, а не сфабриковал ли нам всемогущий бывший безопасник все эти факты и выводы.

Ну что ж, это многое объясняет.

— Давайте так, мы будем рыть три дня, если ничего не нароем к этому сроку, я приду за подсказкой.

— Если вы ничего не нароете за три дня — то грош вам всем цена.

Я вздохнула.

— Один маленький и простой вопрос: Вы выполнили обещание, данное Чатхи-Джилкинс в день когда она узнала о свадьбе?

Он очень внимательно посмотрел на меня.

— Началась сиеста, я иду спать, вы можете устроиться здесь на диване, а после дождя — вызовете себе таксо, — и Мышкин вышел из гостиной плотно закрыв за собой дверь.

Игнорирование вопроса — тоже ответ.

Я устроилась на диванчике и вызвонила Даниэля, он сбросил вызов прислав лишь войс-сообщение «Чатхи пришла в приемную Гата, хотела пообщаться лично с господином Гата или некстом, их не было. Записывать свое заявление она отказалась, сказав, что придет позже, и не пришла. Тему заявления не назвала. Взволнована была умеренно. Если ничего срочного нет, я хотел бы пока остаться здесь». Негусто. Сбросив братцу ответ «Срочного нет», я призадумалась и перебрав все имеющиеся факты, пришла к выводу, что их абсолютно недостаточно чтобы делать хоть какие-то выводы. В результате, выбросив все из головы, я задремала. Проснулась я от грохота дождя, он лил сплошной стеной, в нашей полосе такого не бывает. Стало очень любопытно, а каково это, стоять под таким ливнем, решив, что в конце концов я ничего не теряю, выскочила на улицу. Да… описать такое трудно, казалось, я не могу дышать, нет воздуха — одна вода. Заскочив под навес веранды, я столкнулась с Мышкиным, смотревшим на меня с жалостью, как на отбракованную.

— Я вызвал таксо, будет через двадцать минут. Ванная вон там.

Я пошла в указанном направлении, оставляя за собой маленькие лужицы.

На подлете к Индиго Найт пришел вызов от Елкина.

— Да шериф…

— Теперь у меня к вам будет просьба, леди некст Викен.

— Слушаю.

— Я не хотел бы в официальном отчете указывать, что связался с доктором Вендесом по вашей просьбе.

Оппа, значит, что-то интересное узнал, раз хочет приписать эту заслугу себе.

— Да пожалуйста, я не против.

— Что ж, спасибо. Я сейчас в участке…

— Хорошо я скоро буду.

Когда я заходила в участок, показались и Грюндеры, мы раскланялись, как ни в чем не бывало. Собравшись впятером, мы принялись по очереди выкладывать кто, что узнал. Первой выбрали меня, я поставила запись с «души», картинки не было, поскольку «душа» лежала в кармане, но наши разговоры записались отлично.

— Что ж… ясности не особо прибавило, но хоть что-то, — сказал ГБрайт, — Некст Викен, вы согласны с тем, что мы не можем снять подозрений с Мышкина-Ферроу?

— Согласна. А вы согласны в первую очередь максимально разработать все версии не связанные с Мышкиным-Ферроу?

Грюндеры переглянулись и кивнули

— Мы поговорили с Джилкинсом и его сыновьями. Они втроем обеспечивают алиби друг друга на оба дня. Плюс мы не нашли ни малейшего мотива для убийства Ча-Джи. Подробности давать или вы доверяете нашему суждению.

— Доверяем, — буркнули шерифы.

— А я хочу подробностей, хоть вкратце.

Вместо Грюндеров заговорил шериф Грас.

— Чатхи и Джилкинс поженились с холодным сердцем, по расчету, они уважали друг друга, но всегда «были на расстоянии». Уж не знаю, по каким причинам, но Джил не удовлетворял Ча-Джи, она его просто не хотела, и поэтому не протестовала против его «отлучек». Джил «отлучался» не часто, они оба очень любили своих детей, а те хотели видеть папу и маму вместе, вот из-за детей они и жили, не слишком счастливо, но и не плохо. Когда Ча-Джи заговорила о младшем муже, Джил сначала рассердился, ведь себе то он отказывал в официальной связи еще с кем-то. Но потом до него дошло, что это прекрасная возможность разорвать отношения, которые уже давно не были нужны ни ему, ни ей, а дети к тому моменту были уже достаточно взрослыми, чтобы нормально все воспринять. Он отдал ей все что положено, помог построить дом, а сам стал другом семьи. Моей семьи.

Ну что ж, это многое объясняет, я кивком поблагодарила за разъяснения.

— Еще мы успели встретиться с семьей Франц. Франц-Иши произвела впечатление поверхностной и избалованной особы, не способной на убийство и вообще не способной на что-то большее, нежели скандал с разбитой посудой. — продолжил ГБрайт.

— А это не маска? — вырвалось у меня.

Теперь подключился Елкин.

— Нет, леди некст Викен. Франц-Иши удивительно красивая и удивительно пустая девочка, идеальная младшая жена преуспевающему коммерсанту.