Чтение онлайн

— Я не крутилась никак. Просто шагнула в никуда. Ну и…

— Что «и»?

— Вы замерли, а я спокойно обошла вас и ударила со всей силой.

— Да. Я почувствовал. Паучков видишь?

— Нет. Там розовые нитки висят и шевелятся, а Мирон и Лайма замирают в воздухе без движения. Вообще всё замирает.

— И сколько ты там быть можешь?

— Сколько угодно.

— Сходи под этими розовыми нитками в холодильник, оторви какой-нибудь рыбе плавник и принеси сюда. Ася моргнула и протянула мне аккуратно отрезанный плавник.

Она смогла проломить трёхмерную клетку. Однако её «ничто» оказалось совсем не таким, как у меня. Может зря я пытаюсь всех стандартизировать по своему «образу и подобию»? Но не все же такие полосатые как эта.

Мирон и Лайма видели меня, но не останавливались. И правильно. Понадобятся — позову. А передо мной жмурилась кошка, которая может всё. Вычерпать аквариум, например. Моргнёт, и ты никогда не узнаешь что, зачем и как она сделала «мимо времени».

Идеальный разведчик. Идеальный диверсант. И абсолютно неподконтрольный при том.

— Не убивайте меня, пожалуйста…

Прошептала чуткая симпа.

— Еще чего. Ты драгоценность. Только прошу, никому ничего не рассказывай о своей способности. Многие испугаются.

— Даже Мирону?

— С Мироном я помогу. Он хвастаться этим не станет.

— Спасибо, великий Ра…

— Думаю, что ты нужна нам в гвардии. Пойдёшь?

— С радостью!

Ну да. Парочкой служить общему делу лучше, чем сидеть на полу в коридоре и ждать, убьют где-то там твоего мужа или не в этот раз.

И да. Моему внутреннему тирану Ася нанесла только что глубокую незаживающую рану. Цивилизация Гоши наверняка долго и тщательно уничтожала подобное, а потом долго и тщательно промывала всем мозги, чтобы подобное не имело шансов возникнуть.

А я не буду.

— Мирон!

Кот замер рядом. Вот хищная морда. Один его вид уже убивает врагов.

— Возьми вот это.

Я протянул ему мокрый плавник. Мирон взял.

— Теперь твоя жена — секретное оружие гвардии. Служит с нами. Что, почему и как, она тебе сама тихо на ушко расскажет там, где вы сейчас уединитесь для разговора. Для крайне секретного разговора. Вопросы?

— Вопросов нет! Уединиться с женой и принудить её рассказать все свои секреты. Любым способом не щадя живота своего!

Шутит, значит. Вот и хорошо.

— Исполнять!

Мирон и Ася растаяли в проходе. Лайма усиленно делала вид, что её интересуют только довороты себя по максимуму. Черный хвост свистел рассекая воздух. Она станет отличным бойцом в трёх осях. Однако как ей помочь преодолеть порог?

— Лайма!

Кошка замерла рядом. Тоже весьма хищная мордашка. Все кролики или падают без сознания, или разбегаются теряя покой. Есть одно соображение и сейчас я его проверю.

— Попробуем так.

Я взял Лайму за руки и обмотал хвостом, крепко прижимая к себе.

— Никаких гормональных всплесков.

Предупредил я её.

— Ты, Ра, красивый и сильный, но я не хочу умереть 12 раз по настоящему.

И сарказм. Это, кажется, называется «сарказм». Лайме было весело, страшно и презрительно одновременно.

— Сейчас я буду перемещаться в пяти осях и перемещать тебя за собой. А ты попытаешься врубиться как это происходит.

Может и получится. Я аккуратно провернул нечто вроде вальса с последующим переворотом. Лайма взвизгнула и вцепилась в меня крепче. Хвост — очень удобная вещь для таких случаев. Ну, Боже, благослови. И я крутанул пятимерный винт с отягощением в виде прилипшей ко мне чёрной кошки.

Получилось, нет? Почему Лайма отскочила в угол и шипит как в капкане? Потому что у входа стоит Тара.

— Ты сказал, что будешь в столовой…

Это не гнев и не ярость.

— Но тебя там не было…

Это обида, а точнее ужас унижения. Тара переживала непереносимый ужас унижения. Мне нужно вскрикнуть раненым гусем: «Ты всё не так поняла!» Вот еще. Я прыгнул, пытаясь её поймать.

Но куда там. Кошки же «быстрее и гибче». Я нёсся скачками по коридору за уворачивающейся женой. Ну что за бред жизни? Девочка ответила сердцем на мой призыв и вдруг обнаружила, что Ра — гандон. Ну гандон, так гандон. Я остановился. Тара шмыгнула в каюту Бабетты.

Как такое чинят? Не имею ни малейшего понятия. Но почему она не почуяла, что нет никаких измен и всё в порядке? Обида отключила нюх?

Говорят, обида обезболивает. Обидь кого-нибудь неожиданно и сможешь тут же ему позвонок на место вставить или вправить вывих конечности. Если обидеть и сразу вправить, он и не почувствует. Самое то, размышлять о нетрадиционной медицине, очередной раз потеряв жену.

Я теряю контроль во всём. Всё расползается у меня в руках. Это сука Жругниль. Доволен страшно. А вот я страшно недоволен. Хвост вонзился в стену. Где твоя стальная воля? Вот она, холодная и прекрасная. И почему-то сильно похожая на смерть.

Чтобы никого не убить, я спрятался в мед центре. Паучки разбегались от меня как-то особенно резво. Но одного я всё-таки прижал. «Техника изъятия сердца через пах в ритуалах изгоев Пипа».

Изъятие, так изъятие. Пламенный привет изгоям Пипа. Я не могу позволить себе такую беспощадную зависимость, как «любовь». Был бы босяком со свирелькой — да ради Бога, однако слишком много котов и енотов зависит от здравости моего рассудка. Аминь.

— Помоч нато?

А это кто?

— Покажись!

— Твой самоупрос, мой топровольный кискин.

Заявило корявенькое нечто из ближайшего угла.

— Пиру люпов, таю прагмак.

— Ты кто такой?

— Пох Потрох! Вклони пашку!

— Сейчас «вклоню».

И я рубанул чудика мечом наискосок. Он честно разделился надвое, а потом опять сросся. И прокомментировал:

— Стихийка, кискин. Невплечо.

Урод был неуязвим. «Пиру люпов, таю прагмак» — торговец, что ли?

— Ты местный?

— Пох похов и потрох потрохов! Везтессущий! Таю прагмак. Перёшь?

— А зачем?

— Твой самоупрос. Я — лучший Пох. Пыстро туткин.

— Что за прагмак?

— Чистый. Апсолютно.

Значит я вызвал его своим острым желанием освободиться от любви. И этот смешной «пыстро туткин» может её забрать в обмен на прагмак. Прагмак, кстати, лишним не будет. И от любви я избавлюсь.

— Давай.

— На.

Сказал Пох и исчез. Стало очень спокойно. Почти как под дверью праведника, только без всякого лишнего сияния. Прагмак действительно был абсолютно чистый. Я взвесил потребности и выбрал сон.