Чтение онлайн

Вся крыша башни на острове уже была покрыта фейками. Котяро, сбросивший в озеро бревно рядом со мной, не удержался и поймал одну.

Милли в его руке улыбалась и ёрзала попой, а затем показала язык и дёрнула себя за соски. Котяро отбросил фейку подальше и вытер руку о живот. Сестра, хватит!

Поток феек пресёкся. Невидимый никому кроме меня Пох Потрох замер и таращился на крышу из пищащих, светящихся крылышек. Ночью будет красиво, спору нет. Надеюсь, когда дерево подрастёт, дурочки заселят самые верхние ярусы.

А теперь Мона! Нет. Вначале исполняем обещание.

— Нейропломба, Ксюнчик!

Гуг рядом замер. В изумрудной воде у наших ног барахталась мокрая кошка. Я поймал её за загривок и вытащил на сушу. Ксю шипела. А кому понравится проснуться в воде, а потом оказаться перед своим принцем со слипшейся шерстью?

Я хлопнул Гуга по плечу:

— Дальше сам.

И позорно сбежал в сторону по берегу. Вот теперь Мона. Что там намудрил научный отдел — мне неизвестно. Но я хочу Мону, которая стремительнее и защищённее меня.

— Нейропломба, Мона!

Вода в озере забурлила. Со дна поднималось нечто огромное. Коты и еноты попятились. Атас. В небо вырвалась, облив всех вокруг изумрудной водой, моя Мона. Она была в три раза больше исходника.

Сделав круг высоко над нами, она приземлилась прямо на посадки разбежавшихся енотов. Оба глаза на месте. Шея стала толще, и черная как ночь шерсть. Вот почему она смотрится толще! Моя змеюка теперь шерстяная. И длинный хвост!

Родной её хвост был гораздо короче. Надеюсь на его конце оружие не хуже, чем там же у меня. Я подошёл завороженно разглядывая подружку. Чем кормить такую тушу? Фейками?

Даже не уследил, как оказался у неё в пасти на высоте трёх своих ростов. Во даёт! Я бережно погладил хищную морду, затем белоснежный острый клык. Какое чудо!

Мона выплюнула меня, и я приземлился на ноги.

— Ну ты и придурок.

И голос её как ветер ломающий ветки. Я подобрался ближе и обнял красотку за лапу. Еле обхватил, если что.

— Ну? Долго будешь сопли размазывать, Ра? Ты лететь куда-то собирался вроде?

Да. Расчувствовался что-то. Я отпустил эту лапу с метровыми когтями. А если они еще и ядовитые! Надеюсь. Но есть одно маленькое дельце, пока не все плавающие в пруду брёвна синяя кошка на феек перевела.

Я повернулся к изумрудному озеру и возгласил:

— Нейропломба, Арт!

Подбежал и помог выбраться из воды новорожденному коту.

— Арт, вытаскиваешь своих казаков сюда. Всех.

— Как? Мой лорд, я слышал, но не очень верил…

— Говоришь этому озеру: «нейропломба» и имя казака. И в ладошки хлопаешь. Когда вытащишь всех, к Дёмычу за инструкциями. Он там, в горелом лесу. Вопросы?

— А у меня получится?

— Получится. Я по делам. Дальше сам.

— Стой, Ра! А Настеньку можно?

— Нужно!

Не дебил, справится. Я же не спеша вернулся к Моне и с большим удовольствием залез на неё. Еле успел в чёрную шерсть на спине вцепиться. Пернатая змея ударила крыльями о воздух и всех, кто был рядом на ногах, повалило. Мы летели!

Пох Потрох, к которому я уже успел привыкнуть, рассекал невдалеке коричневым комочком. Ну да, воздух — его стихия. Уродец — воздушная сучья рыба. И чего он ко мне привязался?

Но я летел! Вон маленький Дёмыч раздаёт пинки зевакам задравшим головы. Привет, Дёмыч. Я культурно помахал ручкой. А вон маленький Мирон на вершине обгорелого огрызка задрал голову к нам. Привет, Мирон. Я культурно помахал ручкой.

Только со спины не всё видать. Эти огромные крылья пол мира заслоняют. Я перебрался по шее к самой змеиной голове и уселся прямо на неё позади глаз.

— Ты что творишь?

— Я на острие атаки!

Выпустил клинки и раскинул руки.

— Я — твои рога!

Мона фыркнула, но вроде доброжелательно. Я закрепил успех:

— Съёмные разумные рога. У кого такие есть?

— Ладно. Держись только двумя руками.

И Мона резко набрала высоту. Пох Потрох заметно отстал. Чем выше, тем он слабее? Или наконец отлип от меня? Что же мы видим внизу?

Большая плешь, обрамлённая двумя широкими кольцами: горелым лесом и мёртвым лесом. И плешь эта посреди зелёного ковра леса живого. Как мёртвый глаз титанической рептилии.

Живой лес уходил в одну сторону за горизонт, а с другой стороны упирался в горы. Кое-где бликовали речки и большие озёра.

— Мона, к горам летим. И чуть пониже, пожалуйста, а то подробностей не разглядеть.

Мона плавно развернулась и пошла снижаясь в сторону гор. Я вскочил на ноги, раскинул руки и запел торжественную песню летающих котов.

Ветер пытался меня сдуть, и пришлось стоять согнув одну ногу, а вторую отставив назад для упора. Ну и сильно наклонившись вперёд.

— Можешь не орать так противно?

Да что ты понимаешь в кошачьих песнях. Каждая шерстинка на теле билась от восторга. Ну, или от ветра с восторгом. Пернатым змеям не понять. Всё испортила.

А вот и дымок! В предгорьях кто-то жёг костёр. А дальше в горы, дымок побольше, прямо дым из трубы.

Пох возник практически вплотную и зашептал в ухо:

— Кискин пальшой певуний! Летяка не оценяет. Летяка — высоко себяставка. Плевака в душку. Кискин отомстяка! Токазун и величавый!

Я отмахнулся клинком, и две половинки шептуна отстали от нас, срастаясь друг с другом. Что за болезненный бред? Без вина не разберёшься.

Большая стая крупных птиц поднялась над лесом, заорала хором нечто вроде: «Гарна карма!» и стремительно удалилась. Ну и зря. Я фанат воздушного боя.

— Облетаем маленький дымок низко!

— Слушаюсь, командор!

Шутит. Но слушается. Зелёное море леса ринулось навстречу, и пришлось сесть и вцепиться в змеиную шерсть двумя руками. Нам необходимо седло. Где ты, Лютик?

Белая туша Лютика промелькнула под нами в просвете между деревьями. Насколько я успел заметить, Лютик сидел на полянке у костра. И не один.

— Мона назад! Садимся.

— Да как я тут сяду?

Точно. Густой высокий лес не лучшая посадочная площадка.

Мона снова набрала высоту и пошла по плавной кривой вокруг места, где только что был дымок. Но вот теперь дымка там не было. Шифруются. Я бы тоже на их месте зашифровался.