Чтение онлайн

– Вам лучше уйти раньше, чем я позову блюстителей порядка, - не сдержавшись, закричал Дигби.

– Я вас хорошо знаю, - погрозила кулаком женщина.
– Недаром я столько лет жила с вами под одной крышей. Мальчишки сквернее в мире не было.

– Вы, право, не разумны, миссис Уезер. Я не могу терпеть, чтобы моя мать имела дела с людьми вашего пошиба. Я отвечаю за всё, что происходит в моём доме. А ваш вкус для меня безразличен.

Лицо женщины побагровело:

– Мой вкус! Вы подлый иностранец! Вот видите, я знаю ваш секрет, мистер Гроут.

Если бы взглядом можно было убить человека, этой ещё крепкой женщины уже не было бы в живых. Дигби повернулся и ушёл, хлопнув дверью.

– Если хотите знать, что происходит в этой семейке, то спросите у меня. У меня хранятся письма матери подлеца, которого вы сейчас слышали, ещё с того времени, когда он был совсем ребёнком. Он ещё гулял под столом, но совершал поступки, от которых волосы поднимались дыбом.

Таким образом Ева узнала новую семейную тайну. О многом говорили кости и разнообразные приспособления для пыток, которые Дигби хранил в лаборатории. От мрачных мыслей Еву отвлекло приятное сообщение - наконец-то она получила телеграмму от Джима.

Глава 23. Размолвка между влюблёнными

– Джим!
– Ева бежала к нему навстречу с распростёртыми объятиями, хотя знала, что на неё смотрят гуляющие в парке. Джим держал в своих руках две маленькие ладошки и чувствовал себя счастливым. Нечто подобное испытывала и Ева. Им так много нужно было сказать друг другу, что они начали говорить почти одновременно, не вникая в смысл слов.

– Джим, я оставляю дом Гроутов.

– Ну, слава Богу.

– Вы говорите так торжественно и в то же время так облегчённо, как будто бы мне угрожает серьёзная опасность.

– Я уверен, что так оно и есть.

– А вас очень огорчало то, что мы так давно не виделись?

– То были самые печальные дни в моей жизни, но они канули в Лету.

– Да, чтобы не забыть, миссис Уезер уже уехала?

– А кто она такая? Я с нею не знаком.

Тут Ева вспомнила, что ничего не рассказала Джиму о последних событиях в доме Гроутов. Пришлось наверстать упущенное.

– Да, Джим, легко было заметить, что миссис Уезер терпеть не может Дигби.

– А кто вообще в состоянии его любить.

– Он знает про дело с маркизом Эстремедой. Из-за него завещание окажется недействительным.

– Нет, тут вы неправы. В завещании не сказано прямо, что Дигби - сын Гроута. А то, что он внебрачный сын миссис Гроут, не меняет сути дела.

– И когда Гроуты завладеют огромным состоянием Дентона?

– В следующий четверг. А я до сих пор не имею никаких доказательств, чтобы разрушить незаконную сделку.

И хотя разговор был несколько несвязный, они прекрасно понимали друг друга.

– Знаете, Ева, чем, больше материалов попадает ко мне в руки, тем твёрже я уверен, что вы имеете самое непосредственное отношение к делу Дентонов.

Она засмеялась и крепче опёрлась на руку молодого человека:

– Если бы от вас зависело, вы бы обязательно сделали меня английской королевой. Но вы бессильны совершить подобное, как и доказать, что я не дочь своих родителей. К тому же, я не хочу быть никем другим. Я так люблю своих покойных мать и отца.

– На первый взгляд, моя мысль действительно выглядит фантастичной. Но только на первый взгляд. У меня есть друг в Капштадте, который тоже собрал небесполезную информацию о вас.

Затем разговор приобрёл более интимный характер, Еве удалось уговорить Джима, чтобы он показал ей свою квартиру.

– Вы меня убеждали, что у вас крошечное жилище. И ввели меня в заблуждение. У вас здесь так уютно и чисто. А кто вам моет посуду?

– Каждое утро приходит старушка и наводит порядок.

Джим охотно отвечал на вопросы и с восторгом смотрел на милое его сердцу существо. Ему казалось, что он мог бы всю жизнь вот так сидеть и наблюдать за Евой, слушать её мелодичный голос.

– А теперь, молодой человек, пожалуйста к столу. Чай уже поспел и закусить есть кое-что.

Они уже собрались приступить к чаепитию, как вдруг отворилась дверь и вошла женщина. Ева сидела спиной к двери и не сразу заметила вошедшую. Она обратила на неё внимание только тогда, когда она назвала имя Джима. Женщина была очень хороша собой. Небольшая прядь седых волос не только не портила её, а придавала ей своеобразный шарм.

– Извините, мне очень жаль, что я вам помешала. Я приду несколько позже, - сказала дама и покинула комнату.

Наступило неловкое молчание. Несколько раз Джим собирался заговорить, чтобы объяснить появление незнакомки, но каждый раз не решался - пока он не мог сказать Еве, что даму зовут леди Мери Дентон.

– Она вас так просто назвала Джимом. Быть может, это одна из ваших подруг?
– спросила Ева, пристально всматриваясь в глаза молодого человека.

– Не совсем так. Всё проще. Она моя соседка - миссис Фейи.

– Да, что-то я припоминаю. Но, если мне не изменяет память, миссис Фейи прикована к постели недугом. Она не первый год не выходит из квартиры.

Джим растерялся, уличённый во лжи. Он не знал, как всё объяснить Еве.

– К тому же, она очень мило назвала вас Джимом. Вы что с ней очень дружны?

– Да, мы добрые друзья... Как бы вам объяснить, Ева... Здесь есть небольшая тайна.

– А каким образом она попала в квартиру?
– Не обращая внимания на неуклюжие оправдания молодого человека, продолжала своеобразный допрос Ева.
– У неё что собственный ключ имеется?

– Да, у неё есть ключ. Так получилось, что иногда я оставляю свой ключ в её квартире. Но дело вовсе не в этом.

– Понимаю, понимаю. Не надо много слов. Вы не находите, что она очень хороша.

– Да, нахожу. Но, вы знаете, я как-то совсем иначе отношусь к её облику, - что-то лепетал в оправдание Джим, чувствуя себя всё более жалким, а свои доводы неубедительными.

– Так, всё очень хорошо...

– Меня часто не бывает дома, а ей нужно воспользоваться телефоном - она поддерживает связь почти со всем миром.

– Вот как! У неё такие крупные связи! И при этом она вас называет Джимом?