Чтение онлайн

– Оно само напросилось.

Достав шампунь с полки, он вылил немного себе на ладони и начал втирать в ее волосы.

Нора вздыхала от удовольствия, пока его пальцы скользили по ее волосам, параллельно массируя кожу головы. У Уесли, на самом деле, были чудесные руки. Сочетание силы и нежности грозилось ее убить. При не соблюдении осторожности, она могла расплакаться.

– Ты очень хорошо справляешься, малой. И часто тебе приходилось мыть взрослых женщин?

– Неа. Но в свое время, я мыл много лошадей. Не велика разница.

– Спасибо, что сравнил меня с лошадьми.

– И ты меня с ними сравнивала, - напомнил он Норе, слегка залившись краской.

– То был комплимент. Причем, большой.

На это он ничего не ответил. Отклонив ее назад, в воду, парень принялся смывать шампунь с волос, пальцами очищая лоб и щеки.

– Уес, ты в порядке после того, что тогда между нами произошло?

Одарив Нору робкой полуулыбкой, он поднял ее из воды.

– Конечно. Есть ли хоть один парень, который бы стал на это жаловаться?

– Я просто волновалась, что ты подумал, будто я - ну, не знаю - воспользовалась твоим уязвленным состоянием.

– У меня был стояк, а не рак. Не думаю, что нам следует вводить это в привычку, но не знаю...

Сухим полотенцем он вытер пену с ее лица.

– Мне понравилось. Больше нечего добавить.

– Есть что добавить к этому?

Нора кивнула на свое скрытое в пузырьках обнаженное тело.

– Иногда душ – это просто душ, - сказал он и обрызгал ее водой.

Она рассмеялась, и, взяв бальзам с полки, Уесли стал наносить ей на волосы. До того, как Нора осознала происходящее, по ее лицу начали стекать смешанные с водой слезы. Она понимала, что Уесли это видел, но ничего не говорил и просто продолжал свои действия.

– Раньше Сорен мыл меня в ванной.

Схватив полотенце, Нора утерла слезы.

– Это совершенно в духе Доминанта – быть полностью одетым, тогда как твоя любовница абсолютно обнажена.

– Должен признаться, прямо сейчас я не чувствую себя никаким Доминантом.

– А что ты чувствуешь?

Уесли посмотрел на нее… посмотрел так, словно собирался ей что-то сказать.

– Я просто рад, что ты дома. И то, что ты мокрая и голая, тоже неплохо.

Откинув голову назад, Нора постаралась смыть весь бальзам со своих волос, в то время, как поднявшись, малой развернул для нее чистое полотенце.

– Не смотри, - сказала она.

Парень рассмеялся, но не стал спорить. Закрыв глаза, он отвернулся. Нора поднялась из воды и ступила в полотенце. Со все еще закрытыми глазами, Уесли обернул ткань вокруг ее тела. Нора удивленно захохотала, когда подняв, он перекинул ее через плечо, а мгновение спустя, кинул ее мокрое тело, ее полотенце, и все остальное, на кровать.

– А теперь ты собираешься меня изнасиловать? – спросила она, уже зная ответ.

– Я собираюсь тебя одеть. Где твои пижамы?

– Наверное, среди грязного белья. Меня не было несколько дней. Я запустила стирку.

– А как насчет этого?

Оставив ее менее, чем на минуту, Уес вернулся с парой своих чистых боксеров и одной из его футболок.

– Подойдет?

– Идеально.

Оставаясь в полотенце, Нора надела боксеры. Парень снова отвернулся, когда скинув полотенце, она облачилась в его футболку. Нахождение в его одежде было сродни нахождению в его объятиях – они были теплыми и чистыми, и благоухали летним утром.

Завернув волосы в полотенце, она с силой их отжала, пока Уес стягивал покрывало.

Нырнув в свою постель, Нора испытала облегчение от привычного запаха простыней, привычной ткани и Уесли поблизости.

– Который час?

За прошедшие несколько дней, время просачивалось сквозь ее пальцы, как песок. Единственное, что она знала, что была среда, за которой следовал четверг.

– Почти полночь.

Парень накрыл ее одеялом. С наслаждением зевнув, впервые с прошлой пятницы, Нора почувствовала себя человеком.

– Почти четверг.

Она увидела пелену, накрывшую его глаза. Уес точно знал, каким был завтрашний день.

– Ты собираешься с ним видеться?

Он сел неподалеку. Пробравшись ближе, она посмотрела на него усталыми глазами.

– Я должна.

Парень кивнул. По обыкновению, когда она говорила, что "должна" была что-то сделать, он спорил с ней, доказывая обратное. Казалось, что на этот раз, малой все понял.

– Ты до сих пор его любишь, так?

Нора послала ему грустную улыбку.

– "Большие воды"...

Проведя пальцами по своим мокрым волосам, она брызнула каплями воды на пол.

– "Большие воды не могут потушить любви", - Уесли закончил фрагмент, - "И да не зальют ее реки".

– "И реки не зальют ее", - исправила Нора. Католики трактуют песнь на современном языке.

– В молодежной группе мы используем новую, международную версию.

– Я не позволю ему причинить мне боль. Я тебе это обещала. Мне просто нужно с ним увидеться. Это все.

– Хорошо, - сказал малой. Но ночью ты вернешься домой, верно?

– Да, я вернусь домой.

Уесли кивнул и, поднявшись с кровати, начал расстегивать свои джинсы.

– Что ты делаешь? – спросила Нора, когда он снял их и кинул на рядом стоящий стул.

– Я же тебе сказал. Почти полночь. Двигайся.

Он стянул свою футболку, и она подвинулась, позволяя ему улечься рядом с ней. Выключив прикроватную лампу, парень притянул Нору к себе. Она медленно дышала, расслабляясь у его груди, тая в его руках. Нора не заслуживала его. Не заслуживала этого. Уес знал, что завтра она собиралась встретиться с Сореном, и он ее за это не ненавидел. Нора могла ненавидеть себя, но малой бы никогда этого не сделал.

Она водила пальцем по его ключице, а он, скользнув рукой под надетую на нее футболку, поглаживал ее поясницу. Норе казалось забавным это незнакомое ощущение – впервые в жизни, она лежала с ослепительным молодым парнем, и у нее не было абсолютно никакого желания его соблазнять.

– Мы оба в твоем нижнем белье, - после длительного молчания прошептала Нора.

– Могло быть хуже. Мы оба могли быть в твоем нижнем белье.

Она улыбнулась, зная, что чувство чистоты и безопасности, ей вновь подарило близкое присутствие Уесли, нежели принятие ванны. Когда Сорен касался Норы, она становилась его. Когда Уесли касался ее, она становилась собой. От груди парня, Нора пробралась к его руке. У него было вдвое больше мышц, чем у нее. Он мог причинить кому-нибудь боль дважды сильнее той, что причиняла она. Однако, Нора наверняка знала, что он никогда этого не сделает, разве только пытаясь защитить другого. Ей посчастливилось увидеть это своими собственными глазами.