Сирена
Шрифт:
— Ты оху…- захлебывается.
Вода выходит обратно со всех щелей. Её рвёт.
Открываю вторую бутылку и снова вливаю, зажав её ногами, стоять уже не в силах оба.
— Отпу…- давится.
Опять всё обратно.
— Утопишь, гад!- слабо, но сопротивляется, когда начинаю вливать очередную порцию.
— Терпи!
После четвертой она окончательно сдаётся и перестаёт дёргаться.
— Холодно…- дрожит.
Мокрая вся, а на улице конец декабря. Моя одежда тоже насквозь.
— Кажись, отпустило…- сажусь в сугроб.
Внутри всего трясёт. Собираю пригоршню снега и протираю им лицо.
Левашевский, попадёшься ты мне, я тебе ебало разобью. По-любому, твоих рук дело.
— Поехали,- помогаю Сэл встать и сесть в машину.
Куда её такую? Домой? Мать убьёт. Сельванна и так вечно влетает в истории порочащие честь семьи. А тут под кислотой…
К себе… Больше некуда.
По пути несколько раз останавливал машину, её рвёт.
— Мне плохо…- всю колотит.
Дома снимаю с неё мокрые вещи, борясь со своей идиотской эрекцией. Сейчас стояк совсем не в тему. Кутаю в теплый махровый халат.
Сил у Сэл нет, и приходится отнести в кровать на руках.
Нахожу в телефоне контакт своего семейного врача.
— Пётр Игоревич, извините, что поздно,- набираю его.
— Ничего Лёша. Случилось что-то? Заболел?
— Не я. Знакомая одна… Можете ко мне приехать?
— Что с ней?- серьёзно.
— Думаю, дрянью какой-то накачали на вечеринке. Я ей желудок промыл, но она на ногах еле стоит.
— Понял. Скоро буду.
Отлично!
Сажусь рядом с Сэл на кровать, убираю с лица выбившийся из хвоста локон.
Даже сейчас красивая, дрянь.
Надо же было угораздить в тебя влюбиться.
Только тебе на меня ровно. Завидую тому бриташке, который смог тебя обуздать. У меня не получается…
Перебираюсь на пол напротив и любуюсь. Что мне теперь ещё остаётся? Правильно — нечего.
Отрывает звонок в дверь.
— Проходите,- пропускаю врача.
Он раздевается и идёт в спальню.
— В отключке?- смотрит по очереди на её зрачки.
— Спит вроде, бубнит что-то…
— Сейчас я ей поддержку прокапаю, чтобы токсины выгнать, и утром только головная боль останется. Точно не со стажем?- смотрит на меня пристально.
— Нет. Я думаю, она и не поняла, что ей что-то подсунули.
— Ясно,- достал из сумки всё необходимое.- Можешь пойти чайку попить. И мне налей. Ночь длинная предстоит.
— Хорошо…
Глава 28
Странное ощущение в теле — оно болит всё. Даже волосы. А на сгибе рука так вообще жутко ноет.
Открываю глаза и подношу посмотреть. Бинт зачем-то намотан. Разматываю — спиртовая салфетка пластырем приклеена, а под ней след от инъекции.
Что за хрень?!
Сажусь в кровати и осматриваю комнату. Это не больница, там такой обстановки не бывает. Спальня незнакомая.
Куда меня занесло?
И одежда где? Почему халат?
Гостиница?
Нет. Уютно слишком. Домашняя обстановка.
Встаю. Качает в сторону, почти сношу лампу на прикроватной тумбочке.
— Стоять!- подхватываю и ставлю на место.
Квартира не сказать, чтобы большая, но ремонт на высшем уровне, а значит хозяин при бабках. Мебель итальянская, дорогой текстиль, стена с коллекцией игрушек БирБрик и Кавс на весь коридор.
Фу, не люблю таких, с кишками наружу. Крипота какая-то. У меня куклы круче! Но эти трендовые…
Туалет где? Булькает в ушах.
Ага, вот он.
После умываюсь и, обшарив шкафчики, нахожу новую зубную щётку. Пока чищу зубы, рассматриваю пузырьки на полках.
Ничего женского, всё для мужчин. Значит, я у какого-то парня в гостях.
Напрягаю память. Гроу мелькал ночью рядом или привиделось?
А если я у него? Нет… Не могла я опуститься до такого.
Крадучись выхожу из ванной и иду в гостиную. Какой-то парень спит лицом в подушку, свесив руку с дивана.
Ну, нет… Алекс…
Так! Если я проснулась одна, а он здесь, то ничего не было.
Логично? Логично.
Нужно быстро сбежать отсюда, пока не проснулся.
Пячусь тихонько спиной назад. Надо ещё одежду свою найти, не в халате же ноги делать.
Задеваю волосами высокую напольную вазу и она, качнувшись, падает с грохотом на пол. С ужасом закрываю рот рукой. Не разбилась и, слава Богу!
Алекс поворачивает голову в мою сторону.
— Меня бить тебе вчера было мало, решила в моём доме посуду переколотить?- сонно.
— Я нечаянно…
— Угу…
— Что ты мне вколол? Почему мне так плохо?- наезжаю на него.
— Плохо?- садится и поправляет чёлку рукой.- Это тебе ещё хорошо. Вот ночью было плохо. Я первый раз такое видел. Чуть наружу не вывернулась. Если бы доктор какие-то чудесные витаминки не прокапал, то сейчас бы ты желала только одного — сдохнуть!
— Доктор? Ты что врача вызывал?- этого ещё не хватало!
— Не волнуйся. Это семейный врач, который твою тайну унесёт с собой в могилу в старости,- встаёт и идёт ко мне.
Вжимаюсь спиной в стену. Рефлекторная защита от его близости.
— Сильно болит?- нежно проводит большим пальцем по линии волос на лбу.
В глазах сочувствие. Он меня действительно жалеет…
— Немного…- пытаюсь проглотить образовавшийся в горле ком.
Мурашки побежали к пяткам.
— Почему не воспользовался моментом?
— Каким?- приподнимает бровь.
— Ну… Меня…
Ведь мог.
— Я не настолько голодный, чтобы заниматься сексом с девушкой без сознания,- усмехается.- Мне отдача нужна,- ставит руку у моей головы, подпирая стену.
Второй рукой заправляет волосы мне за ухо.
Брр… Опять мурашит.
Хоть кто-то в этом мире не готов трахнуть меня в обмороке.
Смотрим друг другу в глаза. Такие голубые…
Что со мной не так? Почему так волнительно и не хватает воздуха?
Он наклоняется поцеловать, но я ловко отворачиваюсь.