Чтение онлайн

– Ты когда-нибудь играл на каком-нибудь музыкальном инструменте? – спросила она за завтраком у Алекса.

– Профессионально?

– Хм… нет, просто для себя?

– Нет, вообще никогда.

– А хотел бы научиться?

Алекс поскреб подбородок, подумал и заявил:

– А что! Говорят же, «кто не рискует, тот не пьет шампанского»!

Клара позвонила миссис Харрингтон.

– Воздействие музыкального образования на детей трудно переоценить, – убеждала она ее. – Музыка способна совершенно их преобразить. – Она заранее подготовилась к этому разговору и говорила без запинки. – Не мог бы Совет обсудить возможность выделения Грейнджу некой небольшой суммы для покупки нескольких простеньких музыкальных инструментов?

Миссис Харрингтон в ответ рассмеялась своим сочным смехом, и Клара быстро прибавила:

– Хотя бы крохотных грошовых свистулек?

– Мисс Ньютон, вы вряд ли достаточно ясно осознаете свое положение. Поймите, вы – да и мы тоже! – весьма ограничены в финансовом отношении. Мне трудно даже представить, какова будет реакция Совета, если я изложу вашу просьбу о покупке каких-то легкомысленных свистулек! Учтите, все, что будет выходить за рамки бюджета, бухгалтерия станет вычитать из вашей зарплаты. – И Клара с тоской поняла, что ее затея обречена. Ее зарплата в «Шиллинг Грейндж» вовсе не была совсем уж нищенской, особенно для молодой женщины, но все же была невелика. При такой зарплате нечего и думать о покупках детям чего-то сверх положенного по закону. Это попросту невозможно. А если попытаться сэкономить, то придется долгое время самым жалким образом во всем себя ограничивать. Нет уж! И это еще одно свидетельство того, что работа в детском доме ей не подходит.

– Кстати, как там поживает ваш очаровательный сосед? – переключилась на излюбленную тему миссис Харрингтон. – Вы ему передайте, что мне еще кое-что починить нужно.

Клара пообещала, что непременно передаст, точно зная, что делать этого не будет. Ни за что! Она им не сводня какая-нибудь!

Но хотя разговор с миссис Харрингтон и разочаровал Клару, она по-прежнему мечтала до отъезда раздобыть хоть какой-нибудь музыкальный инструмент. Да, она совершила ошибку, приехав сюда, и почти сразу ухитрилась заставить одних детей расплакаться, а других – рассердиться, но, если бы сейчас ей удалось сделать для них хоть что-то действительно хорошее, она уехала бы со спокойной душой.

Телефонный разговор с Джуди в ту ночь, когда Клара чуть не уехала из Лавенхэма, настолько ее задел, что она довольно долго не звонила подруге. А когда, наконец, позвонила, то Джуди опять была прежней, и тон у нее был теплый, заинтересованный, так что Клара о своей обиде решила забыть.

– Только флейту в любом случае не покупай, – мрачно прокомментировала Джуди музыкальные планы Клары. – Флейта – вот поистине дьявольский инструмент! Между прочим, Артур советует тебе поискать на аукционах.

Артур говорит, Артур советует… Джуди теперь практически ни одной фразы не могла произнести без упоминаний об Артуре.

Затем – и это Джуди предложила сама – она пообещала съездить в фамильный дом Ньютонов в Лондоне и проверить, там ли отец Клары, а если его нет, незамедлительно об этом Кларе сообщить. Клара с тоской подумала, что неплохо было бы после 14-го октября вернуться в свою старую комнату и начать новую, свободную от каких бы то ни было обязательств, жизнь. Она, правда, не очень-то верила, что отец уехал насовсем. В прошлый раз он вернулся неожиданно, обрушился как снег на голову и первым делом заявил своей единственной дочери, что все это время его не покидала мысль (и он постучал по собственному лбу) о необходимости «покончить с этими нецивилизованными туземцами» и переехать на родину, для чего у него имеется «право Блайти» [9] . «Здесь, по крайней мере, чашку приличного чая можно выпить», – сказал он.

А под конец Джуди сказала, что если Кларе действительно будет некуда деться, то она, пожалуй, и у них может остановиться, хотя Артур от этой идеи по-прежнему не в восторге, так что, пожалуйста, на этот раз это не больше, чем на три дня.

На три дня?

После гибели Майкла Джуди стала ее опорой, надежной, как скала. Она заботилась обо всем – чтобы Клара вечером непременно поела, чтобы утром она вовремя встала, чтобы не забыла умыться. Она стала самой верной ее союзницей, а ее поддержка выходила далеко за рамки простых предписаний долга. Джуди оставалась ей преданным другом и после окончания войны, когда уже ушла из фирмы «Харрис и сыновья» и стала работать в школе «Ханиуэлл», о чем давно мечтала. И тут ей подвернулся демобилизованный Артур, весь такой красивый и, разумеется, тоже герой, награжденный крестом Святого Георгия – в общем, если Айвору Дилани действительно удалось спасти двадцать человек, то Артур, судя по всему, должен был спасти никак не меньше тридцати! Артур создал при начальной школе Св. Девы Марии популярный клуб для людей, занимающихся надомной работой, и после этого отношения Клары и Джуди никогда уже не были прежними.

– Увидишь, он максимум через два-три года директором школы станет! – заявила тогда Джуди почти с восторгом, хотя еще совсем недавно была бы скорее раздражена тем, как мужчина-новичок, с легкостью перепрыгивая через несколько ступенек, движется вверх по карьерной лестнице, оставляя позади женщин с многолетним опытом преподавательской работы.

Клара так толком и не сумела поладить с Артуром. А он заявил Джуди, что причина Клариной неприязни к нему в банальной ревности: у Джуди теперь есть муж, а у Клары нет. Сама-то Клара считала, что причина отнюдь не в этом, но спорить с человеком, который абсолютно уверен, что он всегда и во всем прав, было бессмысленно.

Через несколько дней вечером, возвращаясь с почты, Клара и Алекс столкнулись с мистером Уайтом, который выгуливал Бандита.

– У меня был неприятный опыт общения с собаками, – смущенно сказал Алекс, сторонясь пса, но Клара подбодрила его и предложила погладить Бандита. Алекс, хоть и не сразу, но все же осмелился это сделать, и Бандит радостно откликнулся на его ласку. Вскоре они уже стали друзьями. Алекс так и сиял. А Джулиан, подмигнув Кларе, сказал:

– Даже и не знаю, мисс Ньютон, кого вы больше рады видеть – меня или Бандита.

Клара сказала, что одинаково рада видеть их обоих, поскольку старается не обзаводиться любимчиками. Джулиан рассмеялся и сказал:

– Как же это приятно, когда женщина обладает чувством юмора! – И Клара покраснела, потому что даже не думала шутить.

Джулиан выглядел чрезвычайно элегантно в своем кремового цвета костюме. Его шляпа и рубашка были подобраны, естественно, в тон, и Клара пожалела, что не надела какое-нибудь более нарядное платье, гораздо лучше на ней сидящее – вроде того, в каком она была, когда впервые встретилась с Джулианом в саду. Впрочем, он и сегодня окинул ее беглым, но внимательным, оценивающим, взглядом. Он так смотрит всего лишь потому, что в этом захолустье молодых женщин маловато, напомнила себе Клара. В Лавенхэме, пожалуй, только она да миссис Гаррард еще не достигли тридцати. Этот «прудик» слишком мал для романтичной рыбной ловли.

Когда Клара спросила у мистера Уайта, не знает ли он, где можно подыскать какой-нибудь недорогой музыкальный инструмент, он, минутку подумав, сказал:

– Да у нас в конторе, по-моему, где-то старое пианино имеется.

Клара удивилась: неужели его «контора» настолько велика, что он не уверен, есть ли «где-то» пианино. Но нет, он явно говорил серьезно.

– Пожалуй, пианино – это слишком. Во-первых, я не смогу позволить себе за него заплатить, и потом… Видите ли, мистер Уайт, я имела в виду что-нибудь вроде старинной флейты…

– Ради бога, только не флейта, Клара! – тут же твердо прервал ее он и даже руку ко лбу поднес. – Считайте, что пианино полностью в вашем распоряжении, но при одном условии: в воскресенье вы должны будете со мной позавтракать.

Последние четыре года Клара всегда отвечала мужчинам, приглашавшим ее позавтракать, или поужинать, или на танцы, или в паб (один раз ее пригласили прямо на автобусной остановке на площади Элефант энд Касл [10] ), одинаково: «Спасибо большое, но я не готова».