Чтение онлайн

— Я, — из дальнего от меня угла вышел доселе прятавшийся в полумраке персонаж. Надо же, а я думал, что это связист какой-нибудь. А он тут, оказывается, командует.

Издалека он изрядно смахивал на Такеши, такой же невысокий субтильного вида молодой азиат. С другой стороны, издалека сам Такеши смахивал на невысокого субтильного вида молодого азиата, который чуть не размотал меня в Данже Воли. Я имею в виду, на первый взгляд и издалека все они похожи, и лишь после более пристального изучения ты сможешь уловить отличия.

— И кто ты такой? — спросил я.

— Меня зовут Тим Ватанабе, — сказал он.

— А, знаю, — сказал я. — Друзья называют тебя Маленьким Вэ.

Он слегка нахмурился.

— Никто меня так не называет.

— Ну, может, за глаза, — предположил я.

Интересно, кем этот типчик, поставленный руководить операцией, приходится Большому Вэ? Сын, младший брат, внучатый племянник?

А какая разница?

Я перевел винтовку с пуза капитана Талора на пузо Тима.

— Ты все еще считаешь, что ты здесь главный?

— Конечно, — он улыбался слишком нагло для человека, в которого целятся из штурмовой винтовки, но мне было лень анализировать его поведение и я тупо потянул за спусковой крючок.

Грянул выстрел, заряд винтовки пересек капитанский мостик и расплескался о невидимую сферу, воздвигнутую вокруг младшего Ватанабе.

А что, так можно было? В смысле, если силовое поле невидимо, значит, оно пропускает свет, а луч лазера — это и есть концентрированный свет, так какого черта…

Магический щит он вокруг себя накрутил, что ли?

Тим продолжал улыбаться, и мне это не нравилось. Поэтому я сунул винтовку в инвентарь и верная Клавдия легла в мою ладонь.

Один удар. Малая мощность моего ультимативного навыка, чтобы не повредить наверняка ценное и полезное оборудование, находящееся у него за спиной…

«Призрачный клинок» не встретил никакого сопротивления. Поймите меня правильно, он никогда не встречает никакого сопротивления, и все это время я лупил им по чему угодно с фатальными для чего угодно последствиями, но на этот раз что-то пошло не так.

Клинок не встретил сопротивления, а Тим остался стоять на ногах, был цел и невредим и все еще улыбался.

Хотя должен был бы распадаться на две части и истекать кровью.

И в следующий миг я понял, что тут происходит.

Никакого Тима тут вообще не было.

Это была голограмма. Очень качественная голограмма, даже не мерцающая по краям, и зачем-то прикрытая силовым коконом. Зачем?

Чтобы я потратил на нее свой ультимативный скилл и он ушел в откат.

Или они чертовы гении планирования, или для них просто очень удачно все совпало.

Капитан Талор переобулся в прыжке. В смысле, переоделся, сидя в кресле.

Синий форменный мундир сменила навороченная зеркальная силовая броня, голову закрыл глухой шлем.

Он подскочил с места с резвостью, неожиданной для человека его возраста, комплекции и должности, и схватил меня за руки. И я сразу же понял, что он не уступает мне в силе. А может быть, даже слегка превосходит.

Я не мог вырваться.

Пока мы стояли, мерялись крепостью своих бицепсов и смотрели друг другу в глаза (фигурально, на самом-то деле я смотрел на собственное отражение в его шлеме), мне удалось прочитать его личную информацию.

Он уступал мне уровнем, но совсем немного. Нас разделяло чуть больше двух десятков, и, насколько я понимал, этот человек должен был входить в первую сотню лидеров общего зачета. Ну, может быть, во вторую, но на самом верху.

Его характеристики были чуть ниже моих, да и прокачивался он явно не в бойца ближнего боя, зато у него была топовая экипировка, а я щеголял в реликтовых голубых джинсах, вывезенных еще со старушки-Земли.

— Сопляк, — донеслось из-под его шлема. — Молокосос.

С этими словами он боднул меня в лицо. Боднул так сильно, что даже на его шлеме осталась небольшая вмятина, а у меня загудело в голове.

— Ты вторгся на мой корабль, — сказал он и боднул меня еще разок, углубляя вмятину на своем шлеме. — Напал на моих людей. Ворвался на мостик. Угрожал мне.

Продолжая бодаться, он принялся выворачивать мое правое запястье, и я почувствовал, как разжимаются мои пальцы, и Клавдия была готова вот-вот выскользнуть из моей руки.

Пока не произошло непоправимое, я успел спрятать ее в инвентарь, а потом отвесил капитану сокрушительного пинка в живот.

Он сдвинулся всего на пару сантиметров, зато на броне появилась внушительных размеров вмятина. Слабое утешение, я не на такой результат рассчитывал, но пусть он хотя бы задолбается свой панцирь ремонтными молотками выстукивать.

Голограмма Тима Ватанабе, ехидно улыбаясь, помахала мне рукой.

Ну, вот этого я уж точно стерпеть никак не мог.

Талор зарычал, когда я лбом боднул его прямо в шлем. Не ожидал, что в эту игру могут играть и двое?

Я врезал ему еще раз, еще и еще, и хотя моя новообретенная регенерация отрабатывала на отлично, кровь все равно успела залить мне глаза. Глупо, конечно, бодать непокрытой головой какую-то железку, но лучшей идеи у меня тогда не появилось.

И это сработало. После очередного удара шлем капитана все-таки треснул, а железная хватка его рук чуть ослабла. Воспользовавшись ситуацией, я извернулся и пнул его обеими ногами в грудь. Он выпустил мои руки и мы разлетелись в разные концы помещения, и каждый из нас что-то сломал.

Я имею в виду, из мебели, хотя и не поручусь, что тот зловещий хруст не принадлежал моему позвоночнику.

Я выдрал свое туловище из руин какого-то пульта, выплюнул пару клавиш и увидел, что капитан Талор не просто уже стоит на ногах, а на всех парах несется ко мне, и броня его сверкает, как новая, и никаких вмятин на ней нет, и даже шлем целый. То ли он задействовал навык мгновенной реставрации, а то ли надел новый комплект.

Это было так нечестно, что окончательно меня выбесило.

Я не успел встать на ноги и подумать о том, что неплохо было бы воспользоваться Клавдией, как он уже налетел на меня, ударив плечом в грудь, как игрок в американский футбол. А поскольку плечо у него было бронированное, а моя грудь, по сравнению с ним, практически голая, это было больно.

Мы впечатались в стену, размалывая в пыль остатки навигационного оборудования. У меня в глазах потемнело, то ли от боли, а то ли от ярости, и я уже не думал о том, чтобы достать оружие из инвентаря. Все мои мысли сводились к одному только желанию — убить вот этого настырного типа, а потом добраться до оригинала, с которого сделана голограмма наглого азиата, и навсегда стереть ухмылку с его лица.