Чтение онлайн

— Ох… — стоять с запрокинутой головой в его состоянии оказалось непросто, поэтому Циян сделал глоток из кувшина и, небрежно оправив одежды, сел на землю прямо в пыль. А потом, чуть подумав, лёг, чтобы совсем не напрягаться. — Красота-а… — самозабвенно протянул он, считая огоньки на небе.

Земля была холодной, но от выпитого Циян чувствовал, как горит кровь и ничего не замечал. Легкий ночной ветер гонял по земле пыль, что забивалась в волосы и оседала на одеждах, но и это он проигнорировал. Казалось, ничто не могла заставить его прекратить считать звезды и встать, кроме внезапно услышанного кудахтанья.

«Здесь есть куры?!» — Циян резко сел и начал оглядываться. От движений алкоголь ударил в голову как молот по наковальне и мир закружился из-за чего начинающего пьяницу чуть не стошнило.

Он и впрямь слышал тихое кудахтанье и попискивания где-то рядом, но не мог определить где.

— Цып-цып-цып, — забормотал Циян, подхихикивая и начал кое-как подниматься с земли, намереваясь найти кур. В прошлой жизни он очень любил есть этих птиц, но никогда не видел вживую — стоило исправить!

— Цы-ып-цып-цып, цы-ып-цып-цып, — звал Циян, шатаясь от правой стороны улицы к левой и прислушиваясь.

Найти птиц удалось, пройдя четверть ли. Каким образом у Цияна включился острый слух в столь нетрезвом состоянии неизвестно, но именно он привел его к небольшому курятнику, встроенному в стену то ли дома, то ли сарая. Птиц на пике Зелени не выращивали и те, которых он нашел, скорее всего были заведены с подачки прошлого владельца его тела, потому что птичьи перья, яйца, зародыши, да и сами тушки могли пригодиться в экспериментах над лекарствами и ядами. Вот только кто ухаживал за курами Циян понятия не имел, возможно, учителя, которых он после перерождения видел лишь издали.

В курятнике за деревянной сетчатой стенкой ютилось шесть крупных куриц, некоторые из которых прятали под крыльями тихо попискивающих птенцов, а также петух, сейчас угрожающе нахохлившийся.

— Цып-цып, хы. — Циян глупо улыбнулся, сидя на корточках перед сетчатой дверцей и обнимая себя ладонями за колени. — Идите на ручки, цыпы, — пробормотал он и пальцами потянулся к защелке.

Петух, заметив его движения, тут же встал и, раскинув крылья, угрожающе закудахтал.

— Эй, ты чего, я же всего лишь погладить… — недоуменно протянул Циян, приоткрывая дверцу. — Не бойся, цыпа, я не злой. — Он просунул внутрь руку, желая коснуться ближайшей курочки, которая втянула голову, казалось, в самое тело, и теперь походила на комок напряжения.

Петух быстро клюнул его в тыльную сторону ладони и закудахтал громче.

— Ах! — Циян отдернул руку и прижал к груди. — За что?! — жалобно обратился он к петуху, потрясшему расправленными крыльями.

Циян тускло вздохнул.

— Я всего лишь погладить хотел… — Он грустно посмотрел на курочек, в ночном свете казавшимся ему мягкими и пушистыми, так и манящими прикоснуться. — Ну один разочек, — взмолился Циян перед петухом и снова просунул в курятник руку.

Его вновь клюнули и теперь уже так сильно, что он зашипел от боли. В зеленых глазах вспыхнуло пожарище, Циян посмотрел на петуха с осуждением, словно тот предал родину, близких, убил родных детей.

— Дай. Погладить. Кур, — прорычал он сквозь зубы. — Иначе я сожру тебя! — Циян гавкнул. — Я очень любил острые крылышки в ресторанчике бабушки Мао и твои крылышки, а также крылышки твоих подружек, уверен, мне тоже понравятся! — Он сам не понял, как вложил духовную силу в голос, пугая петуха сильнее чем любая лисица, а также в руки, благодаря чему вмиг открыл дверцу в курятник и выдернул оттуда своего собеседника.

Пальцы впились в худую тушку, зарывшись в перья. Циян сел на землю и, прижав птицу к груди, принялся нервно наглаживать, глупо улыбаясь.

Петух в его руках, казалось, оказался столь потрясен и напуган, что, если прикажут, был готов даже снести яйцо.

— Я теперь бессмертный, хы, нет смысла мне сопротивляться, я твой хозяин, — бормотал Циян, расчесывая петуху перья на спине. — Хорошая курочка, послушная курочка… Мягкая, вку-усная…

Петух испуганно кудахтнул. Он пробыл на руках недолго и сиганул в курятник, как только Циян отвлекся на вино и ослабил хватку.

— На-адо посмотреть, что ещё-ё здесь есть, — пробормотал он, не обратив внимания на беглеца, и поднялся с места.

Пошатываясь, Циян вернулся на улицу и направился вниз по выложенной камнем дороге, что-то напевая себе под нос и пытаясь допить не заканчивающееся вино. Улица сначала была довольно узкой, а домишки, что тянулись вдоль неё, плотно прилегали к друг другу, потом дорога обратилась в крепкий деревянный мост, тянущийся вдоль скалы. Дома справа исчезли, а те, что находились слева, вросли в камень и их входы прилегали к мосту.

— О-о… — Циян удивленно посмотрел на это опасное место жительства.

Он остановился перед деревянными ступенями, ведущими на мост, и принялся разглядывать дома не в силах понять, как они держались на этой скале. Его пьяный разум не желал что-либо анализировать, поэтому всё, что Циян смог осознать, это то, что на перилах моста сидела кошка.

Заметив Цияна, она лениво поднялась с места и, изящно виляя хвостом, направилась ему навстречу. Цвет её серебристой шерсти переливался в холодных лунных лучах, а глаза блестели как сапфиры.

Циян пошел навстречу и поднялся на мост, чтобы погладить остановившуюся у края перил красавицу. Кошка громко замурлыкала, когда его ладонь скользнула вдоль её гибкой спины и довольно прищурилась, глянув ему в лицо.

В прошлой жизни он был равнодушен к этим животным и никогда бы не подошел. Но сейчас зверюшка показалась такой родной и знакомой, словно тоже была попаданкой из мира, где не существовало монстров и демонов, и жилось куда спокойнее, отчего Циян сразу проникся к ней симпатией.

Подхватив кошку на руки, он пошел с ней дальше по мосту, иногда от шатаний неловко наваливаясь на высокие перила. Он понятия не имел, в какой части пика находился, поэтому брел куда глаза глядели, размышляя, что если обойдет пик, то в итоге достигнет дома и отправится спать.

Допив вино, Циян выбросил кувшин с моста в шумевшую под ним далекую реку и тут же поймал волну паники, решив, что только что выбросил кошку. Но зверюшка, благо, всё еще сидела на другой руке, прижимаясь к его груди и мурча.

Обойти пик по кругу, пользуясь одним мостом, у Цияна не вышло. И через десять домов он сошел на небольшую поросшую травой плиту, где кроме одинокой белой лавочки и пары невысоких, кое-как пробившихся через камень кустов ничего не было. Даже ограда отсутствовала.