Чтение онлайн

4. Завершение.

Награда — инициатор получит в качестве награды всех созданных им умертвий, запасы системного золота, брошенного в мире, напитку энергии, «последний камень обучения».

Наказание за неудачу — смерть

Наказание за отказ или саботирование — вариативно (существенные).

Дополнительные инструкции — по мере выполнения.

Подсказка (свободное) — Звезда смерти, подключённая к источнику энергии, может быть управляема её администратором, с регулируемой зоной поражения (во избежание случайной гибели остатков диких живых существ, в т.ч. обитателей океана).

Принять: Да/Нет.

Я прищурился. Система даёт мне толстый-толстый намёк на то, каким образом я могу провернуть местный армагеддон. Собственно, она и предлагает мне только потому, что я способен реализовать такой сценарий.

— Хорнбори, скажи, а где обитал этот ваш Джаакс?

— На острове, мы же рассказывали.

— Извини, но я не силён в местной географии. А где остров? Далеко отсюда?

— Да, далеко, так далеко что туда никто не плавает. Почти сотня лиг от берега и ещё десяток до этого берега.

— А лига это сколько?

— Вооружённый гном проходит четыре лиги за день, если не торопится и не бежит.

— По дороге?

— Да. Гномы не дураки, они по кустам и буеракам не шастают.

— Значит, километров пять, а сотня это пятьсот, наверное.

— Как скажешь. Прости, царь, мне пора бежать.

— Нужна карта.

Он нервно дёрнулся и извлёк из инвентаря квадрат пергамента, развернул.

— Подарок его величеству, в знак благодарности за статус Золотого Ярла, что бы это ни значило. Вот наш лагерь-гора, где мы сейчас, — он ткнул толстым пальцем в правую часть карты, а потом провёл до острова прямую через океан, где был нарисован зубастый спрут.

Расстояние — это реальная проблема, всё-таки пятьсот километров — это не шутка.

— Мне нужна большая ровная плоскость, — я было поднял глаза, но чёртов гном уже исчез, куда-то сбежал. Как водится, гномов беспокоят только проблемы гномов.

Чёрное небо над миром Хеймур не выглядело поэтичным. Просто неравномерно чёрные тучи и почти никакого света, падающего на бесконечные горы, хребты, долины, расщелины, пропасти и провалы.

Хаотично перемещаясь по местным горам, я с тоской констатировал, что ничего похожего на ровную поверхность тут нет и в помине. Даже навык Картографа не показывал и каких-то искусственных сооружений, тем более ровных.

Весь основной континент находился где-то справа, то есть условно на востоке. Недалеко и до берега, за которым был западный океан, а где-то в нём искомый остров.

Из обрывков рассказов про Джаакса я понял одно, он использовал энергию вулкана, заряжал им алтарь и творил весёлые дела. Думаю, тот факт, что среди моих навыков был «Жрец вулкана», ни разу не совпадение.

Жрец вулкана. Не масштабируемое. Интуитивно-инстинктивное, способность управлять потоками геотермальной энергии и соответствующих процессов, в том числе формирования и действия вулканов. Энергозатратно.

Всё ещё интересно, я сам решил в этот мир припереться или система мной манипулировала и загнала, как наивную лабораторную крысу?

В качестве минусов, энергии и безумия было так много, что как считают гномы, некоторые из его слуг могут быть живы. Ну как живы… они определённо не являются «живыми», но они всё ещё там и представляют опасность.

В моём представлении о прекрасном это означало, что они всё-таки нежить, потому что есть живые и есть не-живые.

Ладно, на месте разберёмся.

Ксению пришлось убрать в карту. Это неподобающее поведение с девушкой, с которой я состою в отношениях, но технически так было проще и она мне это разрешила.

Я продолжал двигаться на запад и навык картографа показал мне изрезанную береговую линию.

Отдышался и двинулся на вершину высоченного ледника. Чёрное небо и местный климат — это что-то странное. Этот мир был душным и давящим, было холодно, но мир не сковал низины и долины, мёртвые камни бесконечно нагромождали всё, что ниже ледников.

Наверное, это тоже проблема, Чёрное небо не заморозило мир, но исключило такую простую вещь, как фотосинтез, из основания пищевой цепи и как следствие, создало всепоглощающий голод.

Даже мой тюнингованный взор делал этот мир картинкой, неумело нарисованной углём на грязном холсте, сделанном из грязного рубища. И всё же справа долина была подозрительно равномерной. Дал себе пару минут прийти в себя и рванул туда серией блинков.

Бинго! Это было пересохшее озеро. Не зеркальная поверхность, конечно, но вполне должно сработать.

Покрутившись по нему, понял, что варианта лучше все равно не найду и начал приготовления.

Извлёк свою алюминиевую птицу, проверил ману, рули высоты и горизонта. Приборы в чужом мире вели себя, как безумные, показывая запредельное давление, а датчик температуры скакал с плюс пятнадцати до минус семи за меньше, чем минуту, хотя объективно ничего не менялось.

Придётся это всё игнорировать.

Запустил двигатель, разогрел (до сих пор не знаю, нужен ли советскому турбореактивному двигателю с центробежным компрессором разогрев), стал давать нагрузку, удерживая колеса на тормозах, потом резко отпустил, потому что постепенно разгонять машину по этому чёрному с коричневыми прожилками полю, покрытому солёной пылью, мне не улыбалось. За спиной, то есть, хвостом, поднимался целый шлейф пыли, от вида которой я только энергично поддал газку, поспешив как можно скорее начать «отрыв».

Едва переднее колесо оторвалось от плоскости озера, сразу же увеличил нагрузку на двигатель, вызвав за спиной настоящий шквал огня.

Дюралюминиевый корпус рвануло вперёд, и я оторвался от земли резко, словно какой-то невидимый великан пнул меня, как мячик. Высота набиралась легко и быстро, а вот удерживать рукоять «штурвала» было крайне трудно. Несмотря на кажущееся отсутствие бокового ветра, самолёт ощутимо давал крен влево, так что долгие несколько секунд я удерживал машину от того, чтобы она ушла в штопор, проверив на прочность шкуру самоуверенного царя-авиатора.

Ничего… Холодный пот (а некоторые самонадеянно говорили, что мёртвые не потеют) и я рву к мёртвому же небу погибающего мира. Ну ничего, приятель, ничего, сейчас советская авиация покажет класс, а русские сказки дадут прикурить.

Выше, выше, выше… Для меня и моего Горыныча нет никакого потолка, при наличии топлива мы способны улететь хоть к чёрту на рога.

Чёрные тучи плотным и злым покровом приближались мне навстречу, как бетонная стена, покрашенная радикально-чёрным кузбасслаком.