Чтение онлайн

Я напряглась сильнее, чем когда—либо, изо всех сил хлопая крыльями. Каким—то образом мне удалось взять контроль над падением. Как будто раскрылся парашют, и мы поплыли. Неподалеку я с облегчением увидела, что Себ тоже остановил падение. Он летел быстрее меня, но не так сильно.

— Ты в порядке? — спросил Алекс, перекрикивая ветер. Мы сплелись, ветер взлохматил волосы.

— Все отлично, — сказала я, крепко его сжимая. Я чувствовала его тепло — тепло Алекса. Мы были так близко, как раньше. Я хотела потянуться и поцеловать его. Но отвернулась, успев заметить, как у него дерну­лось горло.

— Уиллоу... — начал он и замолчал. Раздался звук, по­хожий на гром в ясный и солнечный день. У меня опять появилось чувство, что корни Совета двигаются сами по себе. Отсутствие Двенадцати разбалансировало весь мир, было такое ощущение, словно валун качается на краю пропасти. — Это плохо? — спросил Алекс, глядя мне в лицо.

Прежде чем я успела ответить, мой ангел застыл в тревоге. Я напряглась и посмотрела вверх — светлое сияющее пятно. Разиэль летел на нас. Его ангел отра­жался в стекле.

— Думаю, было бы лучше, если бы вы падали, — ска­зал он и ударил моего ангела светящимися крыльями. Ее тряхнуло, и она потеряла равновесие. Я сдержала крик, у меня заледенели руки, когда мы опять начали падать. До земли оставалось еще тридцать этажей.

— Держись! — закричал Алекс мне в ухо и отпустил одну руку, чтобы достать пистолет.

Я почувствовала тревогу Разиэля. Он не хотел, чтобы Алекс снова в него стрелял. С шипением он потянулся к жизненной энергии Алекса длинными пальцами.

Нет! Я позволила ангелу устремиться вниз, и мы стали падать как камень. Я потянулась к Алексу, земля, небо и крылья мелькали вокруг. Я чуть не отпустила его, он схватил меня.

— Я не позволю тебе упасть. Никогда не позволю, — пробормотал он мне в ухо. Я знал а, что он даже не понял, что сказал это вслух. Ветер сбивал меня. Ангел едва мог шевелить крыльями. Нет, мы не умрем. Сильнее, силь­нее. Задыхаясь, я отчаянно била крыльями и замедляла наше падение.

Я выровняла нас, и снова показался Разиэль. За ним был целый город, его крылья мелькали в голубом небе. Он нырнул к Алексу сзади, так что его не было видно.

— Алекс! — закричала я. Он резко повернулся, но перед ним были крылья моего ангела, а она слишком устала для маневра. Он выругался, когда Разиэль приблизился, и я глубоко вздохнула. Нет. Этому не бывать. Я вытащила пистолет и прицелилась в нимб.

— Не думаю, что ты это сделаешь, — прошипел Разиэль и потянулся к нам. — Теперь я тебя хорошо знаю, дочь.

— Правда? — сказала я. И нажала на курок

Я промазала, но он испугался и дернулся назад, хло­пая крыльями. Я видела рядом Себа с Сэмом и Лиз. Чувствовала, что он в ужасе, что не может помочь. Хотя Сэм стрелял в Разиэля. Он зашипел, когда понял это, и бросился в сторону. Наконец Алекс прицелился, держа меня одной рукой.

— На этот раз он умрет, — процедил он сквозь зубы. Его темные волосы развевались на ветру.

Мы с треском приземлились на траву рядом с пар­ковкой. Мой ангел пытался затормозить нас как мог, но я чувствовала себя так, будто врезалась в кирпичную стену. Я закричала, когда мы с Алексом покатились вме­сте. Рядом раздался крик боли, когда неподалеку при­землился Себ. Мой ангел, поникший и уставший, слился со мной. Я чувствовала ее облегчение, что она достави­ла нас в безопасности. Я дрожала, лежа на траве. Затем почувствовала, что Алекс обнимает меня.

— Ты в порядке? — прошептал он.

Мое лицо было рядом с его шеей. Я крепко закрыла глаза, наслаждаясь его теплом у моих губ.

— В порядке. — Почему—то мой голос звучал уверен­но. Я отстранилась и села. У меня сильно стучало серд­це.

И тут я посмотрела в небо.

Разиэль был высоко, вне досягаемости пуль, но он был не один. Кармен, женщина—ангел, которую я видела в его мыслях, мчалась к нему. Ее волосы растрепались на ветру. За ней следовало несколько десятков ангелов.

— Там предатель, который убил Двенадцать! — кри­чала она. — Не дайте ему уйти!

«Само собой», — подумала я, с изумлением вспоми­ная, что я узнала о властолюбивой Кармен в голове Разиэля. Он думал, что полностью изучил ее, но она об­манула и Совет, и Разиэля. Ее авантюра выгорела — те­перь, когда он помог ей покончить с Двенадцатью, она больше не нуждалась в нем.

Крылья ангелов сверкали как ножи. Откуда—то я знала, чувствовала, что у Совета осталось окружение из сотни ангелов. Рыча от ярости, Разиэль выстрелил прямо в воздухе, отбиваясь от небольшой армии. С болезнен­ным очарованием я наблюдала за смертью отца.

Под нами задрожала земля, и я закричала. Повсюду раздавался звон разбитых стекол. Ревели сигнализации машин. Земля опять задрожала. Вдруг из—под нее вы­рвались толстые нити энергии, похожие на щупальца гигантского осьминога. Они дико щелкнули в возду­хе — почти невидимые, сильнее, чем все, что я видела в жизни. Они тянулись через борющихся ангелов, рас­сеивая их, затем бросились обратно, некоторые раз­разились вспышками света. У меня похолодели руки. Я больше не понимала, кто есть кто и что происходит.

Алекс тоже наблюдал.

— Надо выбираться отсюда к чертям, — сказал он, вскакивая. Он протянул мне руку. Я почти взяла ее, но потом одумалась и отпрянула. Боже, я не могу к нему прикасаться, я могу повредить ему еще больше.

— Прости, — пробормотала я, вставая.

Боль мелькнула на лице Алекса, он стиснул зубы. Он посмотрел на Себа и остальных. Похоже, Сэм подвернул лодыжку — он нахмурился и встал, опираясь на Себа.

— Вот, — сказал Алекс, протягивая мне ключи. — Идите в пикап. Мы будем там как можно скорее.

Я кивнула и хотела, чтобы он объяснил. Вместо этого я повернулась и побежала. Торре—Майор осталась спра­ва. Оставшиеся ангелы были как несколько ярких копо­шащихся пятен. Меня догнала Лиз.

— Это плохо. — Она запыхалась. Раздался еще один толчок. Загремели мусорные баки. Я не могла ответить. Вдруг я все поняла и побежала быстрее, чем когда—либо.

Мы повернули за угол на Рио Атойяк. В будке не было охранника. Мы нырнули под шлагбаум, проскочили заграждение и затормозили на другой стороне. Пикап стоял там же, где мы его оставили, на погрузочной пло­щадке. Удивительно, но он выглядел так, словно всегда там стоял.