Чтение онлайн

— Себ! — рассмеялась я, хотя не была полностью уверена в том, что мне не о чем волноваться. — Ты уве­рен? Ты никогда не замечал у твоих девушек мигрень или головные боли, или что—нибудь подобное?

Себ с нежностью посмотрел на меня.

— Да, уверен. Уиллоу, мы наполовину люди, почему наша энергия должна убивать? — Он взял меня за руку. — Пожалуйста, не беспокойся, querida. Не беспо­койся. Все в порядке, я даже не сомневаюсь.

Облегчение. Полное облегчение.

— Слава богу, — прошептала я. — Я так переживала последние дни, что убиваю его. Я ненавидела себя, чув­ствовала себя ужасным человеком...

— Ты? — Себ внезапно улыбнулся. — Нет, ты не мо­жешь быть ужасной, даже если постараешься. Ты слиш­ком милая.

— Милая? — улыбнулась я нехотя. — Нет.

— Да, да. Я сразу это заметил. Ты любишь помогать людям. Ты много о них заботишься. Ты очень... — Себ за­молчал и посмотрел на меня. — Особенная.

— Себ! — Я вздрогнула от его взгляда.

— Говорю тебе как брат, — спокойно добавил он. — Братьям можно иногда говорить такое.

Я не могла не улыбнуться и покачала головой. Я не убиваю Алекса, действительно не убиваю. Я чувствовала, что у меня внутри восходят миллио­ны солнц.

— Ты не рассказал мне о том, что произошло с твоим ангелом. Он продолжал тебя подталкивать, пока ты его не слушал?

Прежде чем Себ успел ответить, я услышала, как от­крылась дверь в подвал.

— Эй, — позвал Алекс с лестницы. — Мы собираемся выйти.

Я встала с подушки и пошла к нему. Он проверил пи­столет и засунул его в кобуру.

— Еще одна охота? — спросила я с опаской.

Алекс кивнул. На нем была белая термофутболка, а сверху — красная клетчатая рубашка. Он выглядел ве­ликолепно.

— Да, думаю, надо сводить их еще раз. Может, теперь в другой парк, чтобы ангелы не догадались о наших планах.

Я прислонилась к стене, немного смущаясь того, что Себ сидит рядом.

— Будь осторожен, — тихо сказала я, — пожалуйста.

Он улыбнулся и погладил меня по лицу.

— Буду, не переживай. Я делал это много лет. Им про­сто нужно попрактиковаться.

Алекс нахмурился; я знала, что он думает о Совете. Он надеялся, что Кара сможет выяснить, что происхо­дит. В противном случае тренировка УА не имела ника­кого смысла.

— А у вас как? — спросил он и кивнул на дверь.

— Очень хорошо. Мы еще не начинали работать с аурой, но, Алекс, он мне очень помог. — Я остановилась, потому что поняла, что не смогу ему ничего ска­зать, не пустившись в долгие объяснения. Я не расска­зывала Алексу о своих переживаниях.

— Хорошо. Я рад.

Я знала, что так и есть, хотя Себ не был его любимчи­ком. Он улыбнулся и смахнул прядь моих волос со лба.

— Надо же убедиться, что парень отрабатывает свой хлеб.

Отрабатывает свой хлеб. Отрабатываю ли его я? Я по­пыталась улыбнуться, но это было непросто.

— Что такое? — спросил Алекс.

— Ничего. Просто... я буду здесь с Себом, пока все пойдут на охоту рисковать жизнью...

— Стой. — Он взял меня за руку и сжал ее, чтобы успо­коить. — Уиллоу, то, чем вы здесь занимаетесь, очень важно. — Он замолчал и посмотрел на наши пальцы. — И... Я, конечно, хотел бы поговорить с тобой об этом. Сейчас, когда Совет в городе, может, будет лучше...

— Знаю, — перебила я. — Не волнуйся, я уже решила. Я больше не пойду на охоту, пока не научусь менять ауру.

Хотя меня раздражало сидеть дома, пока все подвер­гают себя опасности, я не могла не признать, что моя энергия полуангела ставит всех под удар, — пока я не научилась менять ее.

Алекс кивнул. В нем происходила какая—то внутрен­няя борьба. Я чувствовала, как он успокоился, когда понял, что я не пойду с ними сейчас, но в то же время он переживал, что команда еще не приняла меня и та­кими темпами не скоро примет. Тут мы услышали, как все остальные переговариваются на кухне.

— Надо идти, — сказал Алекс.

Он наклонился и поцеловал меня. Я обняла его за шею, наслаждаясь теплом его губ. Как будто прошли годы, а не дни с тех пор, как я могла спокойно его по­целовать. У меня закружилась голова от удовольствия. Теперь, когда я знала, что все в порядке, все, чего я хоте­ла, — это быть с Алексом наедине так долго, как только возможно.

— Увидимся, — сказал он. Я растаяла, посмотрев в его серо—голубые глаза. Он поцеловал меня в нос. — Люблю тебя.

— И я тебя люблю.

Я стояла у стены и смотрела, как он уходит обрат­но через тир в кухню. Послышались голоса, хлопнула дверь. Мое счастье угасло, и я вздохнула, надеясь, что сними все будет в порядке. Было странно, что Алекс куда—то шел без меня, — пожалуй, впервые с тех пор, как мы познакомились.

«С ним все будет в порядке, — сказала я себе. — Алекс точно знает, что делает».

Я услышала, что Себ встал и пошел к лестнице.

— Они уходят?

— Да, они идут на охоту.

Я побежала вниз по лестнице, слегка задев Себа, и на­чала собирать подушки с пола.

— Думаю, мы можем пойти в гостиную, там удобней.

Себ взял подушки под мышку.

— Да, там лучше.

Наверху мы положили подушки обратно на диван и отправились на кухню за колой. В доме всегда было полно газировки и всякого подобного. Половина коро­бок наверху была с консервами или напитками, а вто­рая половина — с боеприпасами и снаряжением. Как будто Хуан готовился к осаде.

Я протянула Себу колу и посмотрела, что лежит в хо­лодильнике.

— Ты хочешь есть?

Он открыл колу и скорчил гримасу.

— Тут очень... американская еда.

Я посмотрела на него из—за дверцы холодильника.

— В смысле? Какая, например?

Себ пожал плечами.

— Читос, доритос и все такое, — сказал он, опираясь на стол.

Я увидела, как на груди у него напряглись мышцы, и быстро отвернулась к холодильнику.

«Что с тобой? — в раздражении одернула я себя. — Ты любишь Алекса. Почему ты вообще обращаешь вни­мание на Себа?»

— Доритос — это же мексиканская еда, разве нет? — Мой голос, к счастью, звучал спокойно.

Себ засмеялся, достал из шкафчика пачку и поднял ее.

— Уиллоу, они оранжевые, — сказал он. — И читос — тоже оранжевые. Они ярко—ярко—оранжевые. — Он пожал плечами.

Я рассмеялась и расслабилась.

— Ладно, я признаю, что сырные начос «Доритос» не совсем мексиканские, — сказала я, изучая содержи­мое холодильника. Там было негусто. Парни ели как ло­шади, у нас не часто оставалась лишняя еда. — Я имела в виду обычные, которые едят с соусом сальса.