Сияние моего Господа. Избранные стихи из «Шри Рамана джняна бодхам»
Шрифт:
Он взял меня с собой в лес под предлогом собрать листьев для тарелок. И там, с великим удовольствием, Он уничтожил беспокойность моего ума, одарив меня своим взглядом. Посреди ночи Он усмирил мое разделенное индивидуальное сознание, даровав мне переживание нераздельного Шивама, чистого Сознания [14] .
В последующие годы Муруганар очень много писал о взгляде Милости, подарившем ему Освобождение, но уже не упоминал обстоятельства, при которых это случилось. Вот два примера, которые можно будет встретить на страницах этой книги в главе под названием «Взгляд Милости»:
14
«Кирти Тирувахавал», строки 224–228.
Благодаря взгляду Гуру, кто есть Господь Аруначалы, в своем Сердце, где тьма полностью рассеялась, я познал Жизнь безграничную, нахлынувшую расширяющейся Милостью, сварупу, [мою собственную Природу], существующую вечно без иллюзии смерти.
Мой Господь даровал мне взгляд Милости – Любовь, побуждающую проявиться в Сердце блаженству Cознания. Я слился с состоянием бессмертия, что дало возможность испытать вечное прибежище – состояние истинного Я, состояние покоя [15] .
15
«Шри Рамана Джняна Бодхам», том 6, стихи 362 и 227.
Когда Муруганар оставил свою работу, чтобы переехать в Тируваннамалай, он принял решение, что будет вести жизнь саддху, просящего подаяние. Вначале он жил в храме Аруначалешвары, но через несколько дней перебрался в Палакотту, желая присоединиться к поселению садху, которое возникло на кусочке земли, прилегающей к Раманашраму. Этот переезд случился после того, как брахман из храма в Палакотту заметил, что обезьяны съели его еду, когда Муруганар был занят приготовлением себя к приему пищи:
Его одежда, включая ту, которую он носил во время бикши (прошения милостыни), была безупречно чистой. Перед принятием подаваемой ему пищи Муруганар тщательно очищал песком свои руки и стопы в водоеме Палакотту. Это занимало довольно много времени. Иногда обезьяны, которых в те времена там было предостаточно, съедали его пищу, и он оставался голодным. Заметив эту неприятную ситуацию, Сабапати Пилай, брахман здешнего храма Ганеши, пригласил Муруганара жить у него и уговорил его принять это предложение [16] .
16
«Муруганар», Шримати Канакамма, «Муруганар Раманы».
В Раманашраме ходили легенды об одержимости Муруганара чистотой. Падма Венкатараман, впоследствии ставший его учеником, отмечал, что у того уходило четыре полных ведра воды только на то, чтобы вымыть руки, ноги и почистить зубы [17] . То же отношение проявилось, когда его попросили временно заведовать пуджами в усыпальнице матери [Бхагавана]:
Он оттирал лингам так, что на нем не оставалось и следа масла от абхишеки… После этого он бесконечно убирал территорию вокруг.
Наблюдая за тем, как он совершает служение, Бхагаван шутливо отметил: «Ты так трешь лингам, что скоро от него ничего не останется. Сам лингам может исчезнуть [18] !»
17
«Благословенные дни с Муруганаром», Шримати Падма Венкатараман, «Муруганар Раманы».
18
«Муруганар», Шримати Канакамма, «Муруганар Раманы».
Прошение еды было занятием и образом жизни, давно укоренившимся в Раманашраме. Сам Бхагаван в 1890-х годах выходил в город, прося еду. В период проживания в пещере Вирупакша группы преданных обычно посещали город каждый день, прося подать еду для ашрама. После их возвращения с едой, которую им удалось собрать, Бхагаван смешивал всю пожертвованную пищу и распределял между преданными, жившими вместе с ним. Кстати, свою известную поэму «Акшараманамалай» он сочинил как песню для прошения еды. Преданные сказали ему, что им была нужна узнаваемая песня, по которой преданные из города будут понимать, что к ним приближается группа из ашрама в поисках еды. Бхагаван пообещал написать для них поэму. В последующем он сказал, что эта песня кормила их многие годы.
Муруганар просил еду отдельно от других, предпочитая вести жизнь нищенствующего монаха вместо того, чтобы зависеть в вопросах еды от общины. Как и Бхагаван ранее, он считал, что прошение еды было занятием возвышенным, а вовсе не унизительным. Ниже приводятся два его стиха, которые показывают, что он был счастлив следовать этой традиции:
Для саддху возвышенная жизнь, когда они принимают и едят пищу, полученную в качестве подаяния, – бесстрашная и величественная жизнь в Милости. Это безупречная жизнь пребывания в качестве наивысшего блаженства в запредельном пространстве, в состоянии покоя, свободном от метаний ничтожного ума.
Благодаря джняне, подлинной Милости, прекращающей всякое невежество, я был благословлен прекрасной возможностью принимать пищу, полученную в качестве подаяния – путем, который возвышает, а не унижает. И посредством природы безграничного Шивама (Шивы-Сознания), предстающей в виде неисчерпаемого изобилия, все нравящееся и ненравящееся потеряло всякий смысл [19] .
19
«Шри Рамана Джняна Бодхам», том 7, стих 454 и том 5, стих 172.
Замысел Муруганара выпустить сборник стихов, идентичный поэме «Тирувачакам», наконец-то реализовался в январе 1933 года, когда вышло в свет первое издание книги «Шри Рамана Саннидхи Мурай».
Бхагаван не скупился на похвалу этой работы, и сказал даже такое: «В тот день, когда «Саннидхи Мурай»… вышла в свет, Муруганар стал одним из самых выдающихся преданных» [20] . Вскоре после издания книги начались ее совместные чтения в старом холле. Каждый присутствующий, включая Бхагавана, читал вслух пару страниц из этой книги.
20
См. сноску в книге «Преображающие встречи с Раманой Махарши». В ней приводятся несколько других случаев, когда Бхагаван хвалил Муруганара.
Хотя первое издание «Шри Рамана Саннидхи Мурай» насчитывало более 1200 стихов, все же было упущено нечто важное. «Тирувачакам» начинается стихом в 95 строф под названием «Шива Пуранам», в котором Маниккавачагар восхваляет Шиву, в то же время в «Шри Рамана Саннидхи Мурай» не было подобного стиха-вступления. Канакамма рассказала, как этот пробел был восполнен:
В первом издании «Шри Рамана Саннидхи Мурай» не было стиха, который бы соответствовал стиху «Шива Пуранам» из поэмы «Тирувачакам». Поскольку за основу этой работы была взята поэма «Тирувачакам», то по этой причине она казалась незаконченной. Поэтому Муруганар взялся сочинять такой же стих. Его гениальное перо очень быстро начертало 200 строф. На этом этапе он задумался над подходящим названием для этого стиха. Поскольку имя Шивы было очень дорого для преданных и сам Рамана являлся для них Его воплощением, то казалось очевидным назвать стих «Шива Пуранам». Но эти строки возносили хвалу Господу в образе Раманы. То почему бы не назвать его «Рамана Пуранам?» Итак, разрываемый сомнениями, Муруганар положил написанное к стопам Раманы и покинул помещение.
Когда вечером он вернулся, Рамана отдал ему стихи. Муруганара ожидал большой сюрприз. Не только в начале работы, но и наверху каждой страницы Рамана четко написал «Рамана Пуранам». И это было еще не все. Рамана сам досочинил еще 300 строф и закончил работу…
Когда второе издание «Шри Рамана Саннидхи Мурай» уже было готово к печати, то эти стихи были также добавлены. Муруганар добавил еще сноску, которая поясняла, что первые 200 строф были написаны им, а последующие 300 – Бхагаваном. Внеся свои коррективы, он снова отдал работу Бхагавану на проверку. Просматривая ее, Рамана заметил сноску и сказал: «Разве только эти строки были написаны Бхагаваном?»
Муруганар сразу понял свою ошибку. Разве первые строки не были порождением Милости Раманы? Он распростерся перед Бхагаваном и сказал, заливаясь слезами: «Я ничего не написал. Все приходит по Твоей Милости». Затем он тут же убрал эту сноску [21] .
21
«Муруганар», Шримати Канакамма, «Муруганар Раманы». Впоследствии Муруганар никому не раскрывал тайны, где заканчивалась «его» часть и начиналась часть Бхагавана. Благодаря дополнительным 300 строфам, написанным Бхагаваном, это произведение самое длинное из написанных Муруганаром.
Поэма «Рамана Пуранам» была закончена в начале 1938 года. Ее включили во второе издание «Шри Рамана Саннидхи Мурай», которое было опубликовано в апреле 1939 года Раманападанандой – преданным, взявшим на себя публикацию большинства стихов, написанных Муруганаром при жизни Бхагавана.
Муруганар не только писал стихи, которые были в итоге изданы под названием «Шри Рамана Саннидхи Мурай», он еще и записывал учение Бхагавана в виде четверостиший на тамильском. Если он слышал из уст Бхагавана нечто примечательное, то тут же сочинял четверостишие, которое кратко излагало суть произнесенного Бхагаваном наставления. Затем он ожидал возможности показать Бхагавану этот стих. Обычно это происходило в конце того же дня. Обычно Бхагаван или одобрял написанное, или указывал, какие изменения Муруганару следует внести. Муруганар переписывал стих и через несколько часов представлял Бхагавану исправленную версию. Важность этого процесса абсолютно очевидна. В 1920-е и 1930-е годы Муруганар был единственным преданным, который записывал наставления Бхагавана на его родном тамильском, и уже через пару часов после того, как они были произнесены, нес свои записи Бхагавану, чтобы тот исправил их и дал добро. Большинство всех других наставлений, данных Бхагаваном в словесной форме на тамильском, были записаны на английском, и лишь небольшая часть из них была проверена и одобрена Бхагаваном перед их публикацией.
К 1939 году Мургуанар собрал коллекцию, состоящую более чем из 800 стихов, которые содержали наставления Бхагавана. Бхагаван хотел, чтобы этот сборник был издан, а стихи были организованы по темам. Но он также понимал, что если Муруганар обладал талантом точно записывать его наставления в виде четверостиший на тамильском, то ему точно не хватало привычки или склонности организовывать их по темам. Бхагаван поручил эту работу Садху Натанананде, своему преданному и специалисту по тамильской филологии, который уже подтвердил, что обладал необходимыми навыками для организации наставлений Бхагавана в связной последовательности [22] . На определенном этапе редактирования этой книги она получила название «Гуру Вачака Коваи» (Гирлянда изречений Гуру).
22
Садху Натанананда был составителем и редактором «Упадеши Манджари» («Духовное наставление») и редактором книги в форме вопросов и ответов «Вичара санграхам» («Самовопрошание»). Обе эти книги уже появились в полном собрании сочинений Бхагавана.