Сияние смерти
Шрифт:
Капитан же, опираясь на трость и морщась от сильнейшей боли оглядывал так хорошо знакомый с детства парк. Вот он кустарник в два человеческих роста, очень густой и багряный от осени, за которым можно при желании затаиться и остаться незамеченным, и где нашли спозаранку погибшего парня.
На его ветках уже вовсю звенели синички, стайка воробьёв прыгала вдоль тропинки, огибающей эти заросли и бегущей вниз, к озеру. Деревья, будто в прятки играя с солнцем подставляли его лучам то один то другой листик, а лёгкая изморось на них сверкала от души россыпью крохотных бриллиантов.
Где–то слышались болтливые сороки, тут же прыгали смелые белки, собирая на зиму последние дары природы, которая продолжала жить и дышать, и красоваться.
А чуть выше, на самой аллее находились волшебные лавочки, украшенные искусной резьбой, расположившиеся здесь с незапамятных времен. Они бережно охранялись администрацией и местными жителями, которые совершенно справедливо находили их уникальными.
По этим аллейкам он на велике ещё пацаном гонял, сюда же с девочкой из класса ходил уток в озере кормить, и лебедей смотреть, и множество хороших историй приключилось с ним и его друзьями в этом парке. Горожане его любили и берегли.
Так кто же посреди всего этого великолепия, этой умиротворённой красы настолько отчаялся, что совершил страшное зло?
Павел буквально видел, как это случилось: вот парнишка идёт от озера по тропинке в сторону аллеи. Одной рукой придерживает лямку рюкзака, другой открытую книгу. Он увлечён чтением, идёт давно знакомой тропой не глядя по сторонам. Поравнявшись с зарослями его следы заканчиваются, протекторы его кроссовок прослеживаются только до кустов. А дальше что? Кто–то рывком поднял его и закинул в заросли, где и убил? Кто обладает подобной силой? И кровь. Его кровь есть в кустах, но нет на тропинке. В кустах убили.
– Предварительно, Паша, парня убили с где–то с четырёх до восьми вечера вчера, точнее позже скажу, – подошёл патологоанатом к капитану, – В кустах есть следы обуви, мужской 47 размер, подошва приметная. Следы довольно свежие. Возможно парня поджидали. А может его нашли раньше терьера, но не сообщили. Есть так же следы жидкости, оставленной на кустах и земле возле следов, анализ проведём. Это всё пока.
– Что с орудием убийства? Или зверь? – уточнил Павел.
– После вскрытия, Паша. Может и зверь. Но следов звериных криминалисты не нашли, не прилетел же он? Смерть мгновенная, без сопротивления, парень даже испугаться не успел. Остальное в отчёте. – и Петрович с Мариной уехали в морг.
«Прилетел. Взлетел. Интересное слово. Девушка, блин же,» – вспомнил Павел и оглянулся на зевак. Её и след простыл. Коря себя за нерасторопность и надеясь на фотографа – криминалиста капитан следом за Петровичем отправился в управление.
А там дым стоял коромыслом. Первые сплетни о нашествии вампиров заполонили сети. С ужасающей скоростью они обрастали подробностями, и вот уже звонки репортёров, желающих подтверждения из первых уст терзали телефоны дежурных.
Смирнов затаился в кабинете, прекрасно осознавая, что придётся–таки отвечать перед начальством, остальные же, хохоча, зачитывали вслух посты горожан, разделившихся на два лагеря: одни утверждали, что вот оно, доказательство, и в полиции просто так не скажут(Смирнов в этом моменте стонал и проклинал себя за глупость), другие – что первые безмозглые тупицы.
Паша, посмеиваясь, прошёл мимо убойного и спустился к себе. Спускаться было больно и трудно, и трость эта дурацкая не помогала, и нога висела тряпкой бесполезной, а после утренней поездки ещё и болела дико, но виду не подавал. Опасался: вдруг и этот никчёмный отдел отнимут, как он тогда без любимого дела?
Всё что он любил и умел – это ребусы да загадки разгадывать, выслеживать, вынюхивать. Они с Васьком и Петровичем горы сворачивали, а теперь вот едва ходит. Ни в засаду, ни в погоню. Но голова–то, голова цела пока. Думать может ещё, анализировать. А нога пусть болит, адски болит, потерпит он.
Секретарь Анечка, невысокая и пухленькая блондинка процокав каблучками по коридору открыла скрипучую дверь и заглянула к дежурному:
– Андрюша, Павел Аркадьевич к себе вызывает, пойдём!
Андрей необычайно оживился. Молодой стажёр пылился в дежурке, где ничего не происходило. Изучение старых дел давало неизмеримый опыт, но кровь кипела, молодость била копытом, и хотелось «со шпагами на перевес». Давненько он ждал настоящего расследования по горячим следам, и вот оно. Наконец–то.
Он так резво вскочил со стула, что опрокинул и его, и корзину с мусором. Наспех всё собрав он рванул в кабинет капитана, чуть не сбив с ног и Анечку.
– Сумасшедший! – воскликнула она, и сдерживая улыбку поцокала за ним следом.
«Капитан Буран Павел Аркадьевич. Главный следователь ОТП» гласила солидная табличка на двери. Андрей ворвался чуть ли не с разбега, счастливо улыбаясь: – Вызывали, Павел Аркадьевич?
– Вызывал, Кирьянов, вызывал. Анна, входите. – обратился Павел к подошедшей девушке.
– Петрович у нас в строю, ждем его отчет по всем трём жертвам, а пока есть для вас задание: как вы знаете, последнее убийство в отличии от первых двух произошло в парке, в непосредственной близости от людей. По одной из версий нападение зверя. Поэтому необходимо проверить целостность паркового ограждения, особенно той его части, что примыкает к лесу.
По мнению криминалистов смерть наступила в интервале с шестнадцати до двадцати часов. В шестнадцать ещё светло, возможно есть свидетели. Найдите их.
Первые два тела были найдены в лесу: Анна, год назад вы плотно сотрудничали с егерем местным, опросите его, не было ли в его вотчине задранного зверья с такими же ранами?
Так же на месте преступления обнаружены следы подошвы 47 размера. Нестандартный размер, в магазинах не найдёшь, возможно обувь сделана на заказ, узнайте, кто в городе занимается.
И ещё. Никаких разговоров о вампирах. Комментариев журналистам тоже не давать, пусть Смирнов отдувается. Что с родственниками первых погибших? Удалось связаться?
– Нет пока, ищем. По адресу регистрации Екатерины Зиновьевой никто, кроме неё не проживает, соседи говорят, есть мать, но где – тоже никто не знает. Давно не видели с дочерью. Пьющая она, вроде, мать эта.
А Витальев Герман родственников живых не имеет. Есть сожительница, живут давно и даже дружно, так же по мнению соседей, но она часто уезжает в командировки, археолог. Сейчас тоже на раскопках, пытаемся найти место её работы, чтобы через начальство сообщить.
– А Екатерина одна живёт? Нет сожителя?