Сижу и вижу
Шрифт:
пинка дать бы стоило.
Полгода ничего не писав,
а только кистью марая листы белые,
забываешь, что это такое вообще -
буквы выводить карандашом осатанелые.
Всему, что льется из глубины захрясшему,
и в "хорошем и правильном" затвердевшему,
выход давать нельзя ни в коем случае,
но приходится иначе может случиться
не-поп-ра-ви-мо-е.
Просьбу
Согрей меня, спаси меня Джа!
Сделай так, чтоб в голове ее
кроме переводов бамбей куража
была еще каморка для стража.
мыслей ее.
Сделайте, господи, так
чтоб на стене ее начерчены были
не бродскости и куски ахматовских. Брак.
А мои – черным по белому, стихи для собак
2014
Охлаждение
Так в холодных ночах,
и при полусгоревших свечах
вспоминают.
Так, когда согревает лишь
огонь зажигалки, обогревателя жар
понимают.
Так при полупустом бокале,
без всякой смешной морали
раздевают.
Вот именно так, когда не
миллионы любимых и вечных,
знают,
что лучше быть одному,
чем с кем-то недолговечным
бессердечным,
но плохо, когда любовь вырывается
наружу, сквозь кожу испаряется,
а некому
некого
не от кого
нет никого.
Признание
я люблю.
это, знаешь ли, странно и страшно.
я наверно люблю бесшабашно,
но люблю.
я люблю.
это словно бы омут, но чистый, безбрежный
я люблю твой взгляд тепло-нежный.
я люблю,
но боюсь резких слов своих жала
раны от них – почти от кинжала.
я боюсь.
я боюсь
полюбить тебя так, как навечно
сплетаются два кружка в бесконечность.
я боюсь.
я хочу
нежной быть и бережной дамой,
а не шляться в пропитых уголочках Арбата
я хочу,
но я не такая.
ты для меня
это солнце и небо и яркость
и море и свечи и радость
и все что люблю.
ты для меня
это что-то такое родное
Конец ознакомительного фрагмента.