Чтение онлайн

– Лекция про хомячков, весьма интересная и всё же я не пойму, почему тебя ещё не поймали представители этой широко направленной конторы СК.

– Я умею играть. Ты умеешь играть. Не путать это слово, с тем, чем ты занимался последние пятнадцать лет своей жизни. Умение играть дано не всем. Но многие могут ему научиться. Игра помогает выйти из заданных условий или притворяться, что ты играешь по «их» общим для всех правилам. Умение играть делает тебя свободным, а там ты выбираешь сам, уходить в полное отчуждение, как это сделал я, или продолжать крутить или не крутить колесо, сильно притворяясь хомячком, чтобы остальные ничего не заподозрили и не подняли тебя в штыки.

– После всего увиденного, я врядли смогу вернуться в свои колёса Пиф.

– Совершенно верно. Только если добровольно сойдёшь с ума. А для этого нужны годы тренировок. Чтобы так запросто сойти с ума самостоятельно. Я и сам не предполагал такой реакции структуры, на твоё отсутствие в привычном колесе. Это для меня удивительно.

Обычно на любые отклонения, сразу подсылают бота, под видом человека и тот внимательно следит за человеком, проверяя, достаточно ли сильно он отклонился от заданного ему при «рождении» вектора. А с тобой как-то всё слишком быстро прошло. Структурное отчуждение сработало быстрее раз в семь. Так что твой выход из привычной жизни, всего лишь на день, повлёк структурные последствия, отразившиеся на мгновенной пропаже твоей подруги и родителей.

– А что мы могли, по привычным меркам, пропадать неделю без последствий? Что же мне так не повезло. Может я хотел бы и дальше притворяться хомячком, якобы крутящим свои колеса.

– Да какую неделю. В семь раз это метафорически. Мы могли пропадать месяц, если не больше. Прежде чем запустился бы процесс твоего обнуления. Так что я даже и знаю, чего ещё нам ждать.

– В этих кустах конечно хорошо прохлаждаться, тенёк и всё такое, но может уже составим план, куда мы теперь пойдём. Я бы хотел проведать своих друзей для начала. Если процесс моего обнуления ещё не прошёл до конца, у меня есть шансы.

– Постой. Вон те две машины. Подозрительно давно стоят без движения. Там их не было, когда мы убегали от пожирателя. Да и шляпа охранника пропала. Пасут нас Грифон Горынович, как кенгуру яблочка дать пожевать с руки.

– Они за нами?

– Скорее присмотреть за квартирой твоих бывших родителей. Заодно особо любопытных загрести.

– Тогда пошли что-ли отсюда. Правда, наш вид верхом на кенгуру, слишком вызывающий, не находишь?

– Наоборот. Это лучший камуфляж, притворится безумным ковбоем, а верхом на кенгуру, это вообще верх цинизма по отношению к принятым нормам. В общем, ждём немного, а когда они покинут салоны, двинем вдоль канала на мост.

– Мы затихли. Через пару минут, двери действительно открылись и семь человек в штатском, вышли в нашем направлении.

– Твоя теория не сработала Пиф.

– Теперь это точно похоже на засаду. Валим Гриф.

Не дожидаясь моего ответа, Пиф верхом на кенгуру, споро попрыгал в сторону моста. Я слегка дёрнул мягкую кожу на шее своего прыгуна и стремглав помчался следом. Скрипнули колёса и машины, забрав группу людей, двинулись за нами, прямо по газонам. Мы успешно допрыгали до моста, как вдруг, из окна высунулись пару мужчин с большими страшными на вид ракетницами. Одна пушка издавала какую-то волну. Те из прохожих кто в неё попадал, валились с ног на месте.

Нам повезло добраться до моста раньше, чем мы впали под её невидимые и толи усыпляющие, то ли смертоносные лучи. Поспрыгивав с прыгунов, мы теперь пригибая им головы и пригибаясь сами, бежали по округлому мостику на другую сторону канала. Заработала вторая пушка. Лавина свежести стала буквально замораживать всех, кто в этот момент остановился на мосту посмотреть на наш зрелищный расстрел и побег.

– Дальше не пройти Пиф! – предупредил я, чтобы он не совался из укрытия.

– Да вижу я. На счёт два. Я прикрываю, а ты бежишь за аптеку. Понятно? Не в переулок, а за аптеку. Только не забудь прикрыть оттуда меня.

– Ладно. Я понял.

– Поехали. Раз. Два, – Пиф, высунулся из-за укрытия, и открыл пальбу из револьвера.

Такой быстрой стрельбы из шестизарядного кольта, я не слышал даже в вестернах. Пиф не просто попал. Пиф вывел из строя их две самые мощные пушки и ранил в ноги четверых. Я под его вторичную стрельбу уже допрыгал до края, как заметил там ещё две машины и наставленные в мою сторону наплечные внушительные пушки и пистолеты. Первой пострадала идущая через переход бабушка с собачкой. Она словно замерла на месте, вместе с собачонкой и покрылась прозрачной синевой. Мне же удалось уйти за угол и под свист летящих в меня, на первый взгляд обычных пуль, скрыться в переулке. Припоминая план Пифа, я высунулся, чтобы разрядить свой револьвер, но застал его упрыгивающего и прячущегося одновременно за проезжающим мимо длинным туристическим автобусом.

– Не туда Гриф! Давай за мной! – прокричал он мне, но едва я хотел дать сигнал прыгуну подо мной, как стенка рядом со мной, стала превращаться в крошево.

Слишком поздно. Гриф вновь одномоментно разрядил револьвер и скрылся за поворотом. Я попытал удачу и рванул по переулку, чтобы найти выход на поворот, по которому сейчас должен прыгать Пиф. Едва я углубился, за моей спиной донеслись выстрелы. Пиф сработал успешно, но их было слишком много. Одна вражеская пуля даже попала мне в шляпу, сбив мне её на глаза, так что кенгуру оставшись без пилота, сам принял решение и упрыгал по одной ведомой ему траектории.

Когда я приподнял шляпу, узкий тоннель через старый дом, вывел нас на соседнюю улицу. Пифа, нигде не было. Машин тоже. Едва я её пересёк, вновь загудели моторы и донеслись новые выстрелы. Своим агрессивным поведением, Пиф заставил их не брать нас живьём, а вести огонь на поражение. Так что не было смысла изображать невинность, прогуливающегося верхом любителя экзотических животных. Я сделал три выстрела, прежде чем скрылся сам. Револьвер громыхал довольно оглушительно и с приличной отдачей. Кажется, даже один из них кто перемещался в пешем порядке, согнулся пополам. Неужели я попал? Вот, знайте наших ковбоев. Пуля 44 калибра, внушительное подспорье любым современным лучам смерти. Вон его как на асфальте раскатало и крови-то, крови.

Двигаясь по новым проулкам, с бешенной скорость, я не рассчитал один поворот и слетел с кенгуру. Благо всё обошлось, но мой прыгун будто не заметив пропажи, помчался дальше.

– Стой! – кричал я, досадуя, что не успел дать ему или ей, кличку или имя. – Стой же!

Из-за угла выскочила пара мужчин, и я обречённо открыл огонь, оставшимися в барабане патронами. Две из трёх прилетели куда надо. Парочка упала. Перезарядка на бегу, далась мне не очень легко, но это стало неважно, когда в меня выстрелили сеткой. Сталистая сетка мягко ударила в спину, обволокла целиком с ногами и тут же, обогнув меня, замкнулась в шаре. Я повалился кубарем и выронил револьвер. Сетка продолжала стягиваться по фигуре. Нож я не успел достать. Да и помог ли бы мне он, уже не узнать. На меня набросились новые люди, в тактической одежде и проворно пеленая, сделали укол, после которого я сразу же обмяк.

«Пиф, ты беги без меня…» – застряло у меня в горле, последнее пожелание новоиспечённому другу, перед тем, как я потерял сознание.

Я проснулся от того, что холодный дождь лил мне в лицо. Темнота в глазах сменилась весёлыми звёздочками, но вскоре я понял, что это обычное звёздное небо. Я лежал на сырой земле, вернее в луже. То, что это была именно лужа, я слышал по падающим вокруг меня крупным каплям. В стороне, там, где стояла машина, горели от неё фары, разговаривали и смеялись трое. Кажется, у них там был небольшой фуршет и вечерний ужин, под открытым, широким и очень высоким задним багажником, так что под него они вмещались без проблем. В теле была вялая чувствительность, но пошевелиться я не мог, словно настолько устал и расслабился, что невозможно себя заставить куда-то встать и пойти, что-то делать. Тут до меня дошло, что ноги и руки мои перехваченными тугими стяжками. Довольно быстро я напился каплями воды, текущими у меня по лицу и жить стало значительно легче.

Конец ознакомительного фрагмента.