Чтение онлайн

Какой муж выйдет из расточителя, не заслуживающего доверия?

Абигайль была так огорчена, что когда миссис Спурджен перевела разговор на достоинства своей замечательной пропавшей птицы, она чуть не потеряла терпение и не сказала ей правду. К счастью, она вовремя опомнилась. Если б попугая съел Кэри, она бы, не колеблясь, разоблачила его, но она любила Ангела. Кроме того, было бы слишком жестоко рассказать миссис Спурджен, как погиб ее драгоценный любимец. Пусть думает, что умный макао сам открыл окно и улетел. Так лучше для всех.

– Думаю, сейчас он уже на полпути к Индии, – сказала леди, дернув шнурок звонка, чтоб подавали следующее блюдо. – Мой бедный мальчик. Он не поймет ни единого слова из того, что говорят туземцы.

Собрав запасы доброты, Абигайль предложила держать окно кабинета открытым на случай, если Като вернется из Индии также быстро, как улетел. Не имело смысла объяснять, что макао родом из Южной Америки.

Два дня спустя Кэри вернулся в Хартфордшир, засвидетельствовал почтение дамам и заботливо расспросил миссис Спурджен о птице.

– Мне показалось, я видела его в вашем фруктовом саду, – ответила леди, убирая прядь седых волос под челку темно-рыжего парика. – Садовник с двумя помощниками целый час искал его, но так и не нашел. Полагаю, Като вернулся в Индию, и я никогда больше не увижу его.

– Нам будет страшно его не хватать, – если не очень правдиво, то весьма тактично заметил Кэри.

Вежливо отвечая на все любезности кузена, Абигайль только по необходимости поддерживала беседу. Зато Вера компенсировала скорбь хозяйки и молчаливость Абигайль вежливыми расспросами:

– Надеюсь, ваши дела завершились удовлетворительно, сэр?

Кэри улыбнулся:

– О да, миссис Нэш. Я продал картину без всяких затруднений.

– Продали картину? – резко повторила Абигайль. – Какую из картин?

Кэри взглянул на нее.

– Я продал Кромвеля.

– Так вот зачем вы ездили в Лондон? Чтобы продать картину?

– Да, мисс Смит. Кроме всего прочего.

– Чего именно? – настаивала Абигайль, забыв, что не имеет никакого права его расспрашивать.

Вера Нэш подняла брови, миссис Спурджен что-то пробормотала, Кэри засмеялся.

– Во-первых, – бодро сообщил он, – я расплатился по счету негодяя Рыжего Ритчи!

– Почему же он негодяй? – фыркнула Абигайль. – Вы задолжали ему деньги. Но я рада, что вы с ним расплатились.

– Я не такой бесхарактерный. Ха, расплатился? И не подумал.

Абигайль нахмурилась.

– Но вы сказали, что все в порядке.

– Конечно, все в порядке. Чтобы встретиться с ним, я даже посетил его склад.

Абигайль похолодела, боясь представить себе эту встречу.

– Правда, он был не слишком рад меня видеть. Особенно после того, как я вернул ящик шотландского виски «Золотая марка» и швырнул дурацкий счет в лицо этому старому плуту.

– Что?! – Абигайль вскочила, затем опять села.

– Я уже думал, старик вот-вот лопнет. Теперь я знаю, почему его называют Рыжий. За цвет лица, а не волос. Он лысый как яйцо.

– Как вы могли это сделать?

– Очень просто, – сказал Кэри. – Но я всегда без колебаний делаю то, что считаю правильным, как бы противно это ни было.

– Нет. Я имею в виду, каким образом вы могли это сделать? – повторила Абигайль, и вопрос был не риторическим. – Как вы могли вернуть ящик виски, который давно выпили?

– Не мог. К счастью, выяснилось, что я не пил эту дрянь Мой конюх сообщил, что в погребе стоит нетронутый ящик этого вонючего пойла.

Миссис Спурджен тут же воспряла духом, пробудившись от своей меланхолии.

– Шотландское виски? В моем погребе? Мистер Уэйборн, я этого не позволю. Мистер Спурджен пил только английское виски. Немедленно избавьтесь от него.

– Мадам, я так и сделал, – заверил ее Кэри. – Я вернул его производителю. Как видите, мисс Смит, я все уладил.

Скрестив руки, Абигайль гневно смотрела на Кэри.

– В погребе был мой скотч, мистер Уэйборн. Виски, которое привезла я.

Кэри, казалось, не мог поверить своим ушам.

– Пардон?

– Я прихватила его из Лондона. Вы не имели права брать его. Вы прекрасно знали, что свое уже выпили. Кэри, вы украли мой скотч!

– Да, – горестно пробормотал он. – Я совсем забыл про ваши отношения с бутылкой. Признаться, мне и в голову не приходило, что это может быть ваш ящик «Золотой марки». Целый ящик все-таки чрезмерен даже для вас.

– Я не знала, как долго здесь пробуду, и обещала отцу пить каждый день по глотку. К вашему сведению, я до сих пор еще не допила бутылку в моей комнате.

– Леди не держат в своих комнатах спиртные напитки, – сообщила миссис Спурджен.

– А где они держат их? – вежливо осведомился Кэри. – Меня это всегда интересовало.

Но Абигайль ему не удалось отвлечь.

– Вы украли мой скотч! Использовали его, чтобы унизить моего… мистера Ритчи! Вы еще должны ему те деньги. А теперь еще должны ящик скотча и мне.

Кэри вздохнул.

– Как неловко. Если б я знал, что это был ваш скотч, кузина, я б никогда его не тронул. Примите мои глубочайшие извинения. Если б я мог вернуть его вам, то сделал бы это. Может, вы примете наличными? Думаю, он стоит тридцать фунтов.

– Я не могу принять деньги. Это был подарок отца.

Кэри опять вздохнул:

– Тогда у меня единственный выход – признаться вашему отцу в содеянном и возместить ему всю сумму.

– Почему вы не можете просто оплатить счет?

– Я уже говорил, мне этот человек не нравится. Полагаю, ваш отец даст мне время найти деньги?

– Найти деньги? Вы сказали, что продали Кромвеля. Где же деньги?

– Парень с аукциона дал мне тридцать фунтов, – объяснил Кэри.

– Тридцать фунтов! – воскликнула пораженная Абигайль. – Вы что, смеетесь? Я же говорила вам, картина стоит по крайней мере двести фунтов. Даже Хорас предлагал вам сто фунтов!

– Учитывая, что картина досталась мне совершенно бесплатно, думаю, тридцать фунтов более чем справедливая цена. Я даже чувствовал себя обманщиком, беря тридцать фунтов за то, что ненавидел от всей души. У меня было ощущение, что я сам должен заплатить ему, чтобы он забрал ее.

– Вы не хотели продавать ее аукционисту. Вы хотели просто дать ее…

– Очень великодушно с моей стороны, – улыбнулся Кэри. Абигайль была потрясена.

– Как вы можете быть настолько глупы и безответственны?