Чтение онлайн

— Эрин.

Она бросила взгляд через моё плечо на Майкла, затем схватила один бокал, стукнув хрусталем по барной стойке. Затем она схватила свою лучшую бутылку ирландского виски и налила мне. Моему капо ничего не предложили, поскольку он пришел сюда не для того, чтобы выпить, а просто чтобы прикрыть мне спину.

Я проглотил жидкость, наслаждаясь не только вкусом, но и мягкостью, когда она утолила пересохшее горло. Как только я поставил бокал на стойку, я склонил голову набок.

— Что ты хочешь? — спросила она, отодвигая бутылку, как будто я мог протянуть руку и схватить её.

— Я пришёл поиграть в покер.

Она точно знала, зачем я здесь. Скорее всего, отец рассказал ей об этом.

На несколько секунд её обычная маска исчезла, позволив мне увидеть в ее глазах намек на беспокойство и удивление. Затем она глубоко вздохнула. Это был её бар, но её брат вёл себя так, словно владел им много лет. Когда она кивнула в сторону задней комнаты, презрение вернулось, но на её сочных губах заиграла легкая улыбка. Шон был членом семьи, и это мешало ей обеспечивать дисциплину, на которую способна только взбешенная ирландка.

Как только я повернулся к частному пространству, несколько мужчин преградили мне путь, ведя себя так, словно они были чуть ли не неандертальцами, готовыми вмешаться.

— Отойдите, — велела им Эрин. — У нашего гостя дело к Шону, — её мелодичный акцент перекрывал их низкое рычание. Они сделали вид, что не собираются подчиняться, а затем отступили, избавив меня от необходимости прибегать к насилию. Я был не в настроении.

Я не спеша направился к двери, не потрудившись постучать.

Четверо мужчин, окружавших Шона, были потрясены моим появлением, страх и ярость поползли по толстым жилам на их шеях. Они вскочили на ноги, немедленно потянувшись за своим оружием.

Я поправил пиджак, позволяя им увидеть, что у меня с собой, и приподнял брови, словно призывая одного из них потянуться за оружием. Они были бы мертвы прежде, чем смогли бы обхватить своими толстыми пальцами рукоятки своих «глоков». Они знали это не хуже других. Меня тренировали эксперты, я считался элитным стрелком, способным поразить десять движущихся целей ровно за шесть секунд.

Шон выдохнул — это была его единственная реакция на моё присутствие, но я почувствовал запах его страха. От ужаса исходил отчетливый запах, зловоние, которое можно было распознать за несколько ярдов. Я взял стул у одного из игроков и сел напротив Шона.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Шон, пытаясь взять себя в руки.

— Хочу сыграть в покер один на один. — Я хорошо знал игру, рассчитанную на двоих. Кроме того, я никогда не проигрывал в неё.

Шон несколько секунд пристально смотрел на меня, а затем перевел взгляд на Майкла. Он не был дураком. Он точно знал, что это значит. Он кивнул в сторону одного из мужчин, который, очевидно, был крупье.

— Каковы ставки? — спросил он, все еще нервничая.

Я вытащил пачку наличных, хотя это были всего лишь начальные деньги.

— Десять тысяч для начала.

Он фыркнул, как будто я пошутил, а затем коротко кивнул мне. Через несколько секунд один из солдат выложил деньги на стол.

Пока карты тасовались, мы оба молчали. Только когда несколько из них были сданы, я, наконец, разобрался в ситуации.

— Похоже, ты был плохим мальчиком, Шон. Ты проигнорировал соглашение, установленное твоим отцом.

Он фыркнул, проверяя свои первые карты, едва взглянув мне в глаза.

— Это было необходимо для поддержания нашего бизнеса на плаву в Штатах.

Обе организации рискнули перебраться через границу, пользуясь преимуществами того, что нашими клиентами были богатые и влиятельные американцы. В то время как семья Джеймс жила в основном на северо-востоке, Каллаханы отправились дальше на юг. В процессе Шон нарушил цепочку поставок. Затем у него хватило наглости переманить нескольких моих клиентов.

Это было неприемлемо ни для кого.

Он также умудрился попасть в финансовые неприятности, из-за пристрастия к азартным играм у него возникли проблемы с одним из членов Братвы, по сравнению с которыми их игры в покер за закрытыми дверями казались жестокими.

— Воруя клиентов.

Он, очевидно, полагал, что скрыл свою ошибку, возложив вину на другую организацию.

— Я повышаю на пять тысяч.

Рассмеявшись, я согласился. Какое-то время я наслаждался, наблюдая, как он корчится, когда раздаются карты. Другой аспект страха, который показался мне увлекательным, заключался в том, что на свете нет ни одного человека, способного полностью скрывать эмоции. Я мог бы сказать, что карма нанесла ему тяжелый удар, и карты сложились не в его пользу.

— Я собираюсь повысить ставку, Шон. Вопрос решен.

— Что это значит?

— Если ты выиграешь эту партию, то не только заберешь мои деньги, но и я заплачу твой долг перед подонками из Братвы.

Его глаза вспыхнули, и в них снова появился огонек. Затем в них поселилось замешательство.

— А если я проиграю?

Я откинулся на спинку стула, чувствуя себя более комфортно, чем обычно.

— Тогда ты понесешь наказание, которого заслуживаешь как мужчина.

Сначала он фыркнул, но потом понял, что я говорю серьезно.

— Наказание?

— Это честная сделка, Шон. Любой другой был бы устранен за такое вопиющее нарушение.

Теперь он был в панике, капли пота катились по его щекам.

— Я могу дать тебе человека, который контролирует синдикат в США. Ты можешь забрать их бизнес.

— О, я планирую это, Шон. И ты назовешь имя и все необходимые детали. Я предлагаю тебе шанс сохранить твою жизнь такой, какой ты ее знаешь. Это разовая сделка. Соглашайся или нет.

Он понял, что его загнали в угол. Поколебавшись всего пять секунд, он кивнул в знак согласия.

Были розданы последние карты, и он, казалось, остался доволен.

— Фулл-хаус. — Его люди поздравили его, и я почувствовал, что он готов был нанести ответный удар после победы.

Обычно я наслаждался победой, но сегодня был не из таких дней. Возможно, мне нужно взять несколько выходных и отправиться куда-нибудь в тропики. Майкл, комментируя мой необычный уровень напряжения, сказал, что мне, очевидно, нужно было потрахаться. Только ему могло сойти с рук такое неуважение.

Я взглянул на свои карты, аккуратно раскладывая их. Затем я позволил Шону ещё раз взглянуть на них, прежде чем объявить свой расклад.