Чтение онлайн

Когда Джорджина вошла в зал заседаний, то сразу почувствовала: бой предстоит серьезный. Стоило ей только увидеть Дугласа, как сердце её оборвалось.

На лице его всегда было все написано. Порой Дугласа Холлоуэя можно было даже назвать красивым: кобальтовая синева глаз, тонкие черты лица, отливающая здоровым розовым цветом кожа. Волосы, правда, несколько поредели, но это было видно, лишь когда Дуглас наклонял голову. Да и что из того - ведь ему было уже пятьдесят четыре.

Когда на душе Дугласа царил покой, губы его были чуть припухлыми, как у женщины. Сегодня они были плотно сжаты, превратившись в узкую полоску. Что ж, Джорджина и сама поняла, что схватка её ждет нешуточная.

На повестке дня стоял вопрос о сокращении редакционного бюджета "Санди Трибьюн". Справа от Дугласа восседал Эндрю Карсон; место по левую руку занимал финансовый директор, Джеймс Оукленд, по кличке "Толстяк".

– А где черти Шарон носят?
– раздраженно спросил Дуглас.
– Если она не удосужится прийти вовремя, мы начнем без нее. Тем более что она уже в курсе дела.
– Он перевел взгляд на Джорджину и сказал: - Я тут просматривал списки штатов "Санди", и пришел к выводу, что они слишком раздуты. С журналистами у тебя явный перебор, не говоря уж о том, что большинство из них - никому не нужные бездельники. Пишут в час по чайной ложке, причем зачастую откровенную дребедень. Так дело не пойдет. Мне нужна талантливая молодежь, не узкие специалисты, а эрудированные люди, готовые писать обо всем подряд.

Джорджина и прежде не раз задавалась вопросом, кого Дуглас презирает больше: читателей "Санди Трибьюн" или людей, которые для них пишут. Сам Дуглас покончил с журналистикой двадцать лет назад, а за это время в мире средств массовой информации сменилась целая эпоха.

Тогда штатных журналистов было и в самом деле вдвое меньше, у каждого был строгий контракт, а рабочий день продолжался двенадцать часов. Теперь о подобном раскладе никто и вспоминал.

– Где план реструктуризации?

Карсон вручил Дугласу кипу документов, и тот раздал их присутствующим.

В этом миг распахнулась дверь, и в зал ворвалась Шарон. Она кашляла, в зубах торчала сигарета, а следом, сжимая в руках папки с бумагами, с трудом поспевала запыхавшаяся секретарша.

– Извините, - пробормотала Шарон, - но из-за этого мудака-шофера я угодила, по-моему, во все лондонские пробки. Рокси, напомни мне, чтобы я его уволила. И принеси мне кофе с сигаретами. Ну что, вы уже провели сокращение?

Одета была Шарон по-боевому. К фирменному оранжевому костюму от Ронит Зилкха она пришила огромные черные пуговицы, покрытые сверкающим лаком, и добавила толстенные наплечные накладки. Юбка была, как всегда, короткая, пиджак мал, а из глубокого декольте торчали полукружия могучих грудей, туго сжатых чудо-лифчиком.

– Мы с Шарон уже обсуждали штаты "Дейли Трибьюн" и она любезно согласилась приоткрыть мне глаза на положение в "Санди", - сказал Дуглас, глядя на разложенные перед ним бумаги.
– На мой взгляд, нам следует сократить три четверти журналистов, а взамен нанять двадцать пять универсалов.
– Шарон и Карсон обменялись быстрыми взглядами.

Джорджина попыталась произвести в уме несложные подсчеты. Три года назад, когда она начала здесь работать, в штате "Санди" было сто пятьдесят журналистов. Сейчас осталось восемьдесят пять. После сокращения на три четверти останется двадцать пять. Плюс ещё двадцать пять - получится пятьдесят.

– Дуглас, вы, наверно, шутите, - медленно, с расстановкой, произнесла она.
– Это всего половина от того количества, которое у нас было три месяца назад, и одна четверть от штата "Ньюс оф зе уорлд". Даже в "Санди Миррор" намного больше журналистов. Как нам конкурировать с ними? Или вы забыли принципы работы воскресных таблоидов? Из четырех материалов, над которыми мы работаем, публикуется лишь один.

– Это потому, что вы понабрали безмозглых дармоедов, - вмешался Карсон.
– Шарон любезно согласилась набросать список бездарей, подлежащих увольнению, а заодно представила на наше рассмотрение кандидатуры новичков. Ей ваши кадры вовсе не кажутся такими уж замечательными. Не говоря уж о том, что многих специалистов вы могли бы использовать совместно с ней, как в "Дейли", так и в "Санди". Зачем нам, к примеру, двое журналистов, ведущих рубрику "Сад и огород"? Вам ведь хватает одного астролога на двоих? Такой подход позволил бы нам существенно сэкономить.

Шарон торжествующе улыбалась, одной рукой придерживая свой бюст, а второй сжимая сигарету.

– Вы забываете главный принцип, который лежит в основе разницы между этими двумя газетами, - запальчиво выкрикнула Джорджина.
– Их должны делать разные люди. В противном случае, все различия сотрутся.

– Чушь!
– отмахнулся Дуглас.
– Мне нужен конвейер. Журналистов должны заменить авторы-универсалы. И небольшая команда ответственных людей, которые должны решать, о чем писать, и давать этим авторам соответствующие задания. Те же должны выдавать полностью отредактированный, выверенный и готовый для печати текст. Мы должны поднять журналистику на качественно новый уровень. Любой наш автор должен уметь писать обо всем. Универсалы вот наше будущее. Узкие специалисты нам больше ни к чему.
– Говоря, Дуглас заводил себя все больше и больше.
– Всем бездельникам и пьянчугам мы должны указать на дверь в первую очередь. Все тексты должны быть набраны на компьютере, фотографии отсканированы и вставлены в собственноручно сверстанный материал. Это позволит нам сэкономить ещё и на верстке.

Джорджине показалось, что она ослышалась.

– Верно ли я вас поняла, Дуглас, - уточнила она, - что вы предлагаете ставить авторские тексты в газету даже без редактуры? Или вы имеете в виду именно это?

– То, о чем я говорю, - важно провозгласил Дуглас, - предназначено лишь для ваших ушей и огласке не подлежит. Реструктуризация редакций газет - лишь часть разработанного мной плана перестройки деятельности всех изданий и средств информации, входящих в группу "Трибьюн". Я хочу подготовить суперпрофессиональную команду авторов-универсалов. На кой черт нам использовать одного журналиста, который готовит тексты для наших радиостанций, кучу репортеров-газетчиков и нескольких телевизионщиков, когда всю эту работу может выполнить один, надлежащим образом подготовленный профессионал? Представьте только. Один-единственный журналист, оснащенный магнитофоном и видеокамерой, может готовить материалы сразу для всех средств массовой информации.

Присутствующие в зале дружно замолчали, точно воды в рот набрали. Выглядели все огорошенными.

– Мы выведем новую породу журналистов, - торжественно провозгласил Дуглас, упиваясь величием момента.

По мере того, как сидящие за столом высказывались относительно его проекта, становилось ясно, что ни один из них предложение Дугласа не поддерживает. С каждой минутой он заводился все сильнее и сильнее.

– Позвольте напомнить вам, господа, кто здесь главный!
– в бешенстве заявил он.
– Я давно вынашивал этот замысел, и ни на какие уступки или компромиссы не пойду. Сокращение штатов - лишь начало. Делайте то, что вам приказано.
– С этими словами он поднялся и с решительным видом покинул зал.

Шарон шепнула что-то на ухо Карсону, затем, в свою очередь, встала из-за стола.

– Джорджи, - слащаво заговорила она, - если тебе трудно самой провести сокращение, я готова тебе помочь. Не всем дано принимать жесткие решения.

Что ж, я сама виновата, огорченно подумала Джорджина, выходя из зала.

– Заприте эту сраную дверь!
– завизжала Шарон, когда маленькая стрелка настенных часов остановилась на одиннадцати. Кабинет её был битком набит журналистами. В основном это были мужчины в похожих костюмах из "Маркс энд Спенсера"* (*сеть фирменных магазинов, торгующих преимущественно одеждой продовольственными товарами) и в одинаковых, приобретенных их женами, полосатых сорочках, синих с белыми воротничками.

– Но Грег ещё не подошел, - робко напомнил Стив Дейнсон, заместитель редактора отдела новостей. Грег Алленби был в "Дейли Трибьюн" фигурой воистину легендарной; он уже много лет заведовал отделом новостей. Он получил кличку Бешеный дерьмомет, поскольку среди всей желтой прессы не имел себе равных по части дискредитации противника. Да и вспылить мог не хуже Шарон. Впрочем, этим качеством обладали все руководители, которых она подбирала. Таков уж был заведенный ею стиль.

– Когда я уходил, он разговаривал с кем-то по телефону, - добавил Дейнсон. Трудно было понять, пытается ли он выгородить своего непосредственного начальника или опасается, что в отсутствие Грега неизбежный гнев Шарон обрушится на него самого.
– По очень важному делу.