Чтение онлайн

Но не одни лишь птицы фигурируют в сводках преступного мира. Технически есть различие между грабителями (теми, кто наносит ущерб цветам) и ворами, которые крадут нектар, не прокалывая лепестки. В любом случае это воровство, и есть хорошо известные нам насекомые, жужжащие на темной стороне. Не верьте всему, что вы читаете о пчелах-труженицах. В семье не без сами знаете кого, и некоторые из них не очень-то добросовестны.

Пчелы-плотники, которых насчитывается около 500 видов, являются близкими родственниками медоносных пчел, но они больше по размеру — около трех сантиметров в длину, поэтому походят на шмелей, и в этом кроется проблема. Они слишком большие, чтобы залезать внутрь цветов и добывать нектар. И вместо того чтобы голодать (а диета здесь бессильна), они наносят удар в основание цветка. Получается отверстие, которое может попасться на глаза пролетающей пчеле, бабочке или другому насекомому — честному и законопослушному опылителю. И тут грех не поучаствовать в разбое, тем самым становясь соучастником преступления.

Если вы видите пчелу, похожую на шмеля, но синюю, черную или черную с небольшим желтым пятном, это вполне может быть фиолетовая пчела-плотник. В Калифорнии вы можете встретить нечто похожее на золотисто-желтого шмеля с зелеными глазами. Это самец (самки черные, с металлическим отливом) долинной пчелы-плотника (Xylocopa varipuncta). Их называют пчелами-плотниками, потому что они проделывают в коре отверстия для своих гнезд, хотя и не едят дерево, используя его только в качестве строительного материала. Они не живут колониями, как обычные пчелы, но тем не менее довольно общительны.

Многие шмели (вид Bombus) также облетают сады в поисках цветков, которые можно ограбить. У разных видов свои предпочтения, но члены семейства, к которому относятся шмели, были пойманы на краже нектара из дельфиниумов, аконитов, аквилегий, сердоликов, капских недотрог (Impatiens capensis), сердцецвета (Dicentra spectabilis) и многих других. Шмели-грабители имеют специальные челюсти, которые помогают им проделать отверстия в нужных растениях.

Мелипонины (безжальные пчелы), близкие родственники медоносных собратьев, тоже производят мед. Их жала очень короткие, что делает их безвредными для таких, как мы, и поэтому они так популярны среди пчеловодов, хотя даже они могут укусить, если их настойчиво провоцировать.

Но не все они одинаковы. Например, пчелы рода Trigona, а также вид под названием Parapartomona zonata, живущие в тропиках Нового Света, имеют модифицированные челюсти, подобные челюстям шмелей-грабителей, и являются профессиональными нектарными преступниками, вторгающимися в мир цветов. Но это еще не весь криминал: некоторые из них грабят честных опылителей, занимающихся законным бизнесом. Но их позорное поведение не заканчивается даже на этом: отверстия, которые они проделывают, открывают доступ колибри и насекомым, таким как муравьи, жуки и другие пчелы, включая безжальных, приходящих после, чтобы украсть остатки нектара. Все эти темные личности могут отнять у растений весь нектар и ничего не предложить взамен.

Некоторые тропические цветки также производят смолу — вполне вероятно, для того, чтобы привлечь опылителей. Она не совсем похожа на производимую хвойными деревьями смолу, потому что медленнее загустевает, а это значит, что пчелы могут использовать ее в строительстве своих гнезд. Цветочная смола укрепляет гнездо, делает водонепроницаемым и ограждает его от муравьев, лапки которых буквально прилипают к веществу. Смола также содержит антибактериальные, противогрибковые и противовирусные компоненты, за счет чего помогает не допустить эпидемий.

Все безжальные, а также некоторые медоносные и садовые пчелы (Euglossini) охотятся за цветочной смолой. Большинство садовых пчел — одиночки. Они живут в Центральной и Южной Америке, за исключением одного вида, поселившегося в Северной Америке. Их металлический, переливающийся всеми цветами радуги окрас восхитителен, но внешность обманчива. Они ведут себя скверно — воруют смолу и паразитируют на других видах пчел, подкидывая яйца им в гнезда.

Воров привлекает не только нектар и смола, но и пыльца. Она богата белками и витаминами, а потому ценна. Растениям трудно ее защитить. В конце концов, им нужны опылители, но никто не может быть уверен в честности и порядочности посетителей.

Некоторые растения, полагающиеся на пчел, подстраховываются: размер их цветков ограничивает виды насекомых, получающих к ним доступ. Это гарантирует, что крупная, вся обсыпанная пыльцой пчела не сможет не наткнуться на рыльце следующего цветка, который она посетит. Большинство опылителей действительно большие и крайне занятые — у них попросту нет возможности тратить много времени на каждый цветок. Но что, если внутрь цветка проникнет пчела гораздо меньших размеров? Она может взять пыльцу, не задев ни одного рыльца. Европейские медоносные пчелы, завезенные в Америку, начали свою карьеру в Мексике именно так. Они меньше, чем мексиканские пчелы, и хорошо зарабатывают на жизнь, воруя пыльцу.

Возможно, растения могут позволить себе потерять нектар, но лишиться пыльцы для них смерти подобно. Биологи доказали это в Южной Африке, поместив ульи местных пчел среди насаждений пятнистого алоэ (Aloe maculata), которое опыляется в основном птицами. Они обнаружили, что пчелы крали пыльцу, не внося свой вклад в опыление. После установки ульев производство семян сократилось. Соответственно, такие кражи действительно сильно вредят жертве.

Безжальные пчелы (вид Trigona) также были осуждены за кражу пыльцы, как и журчалки с муравьями. Как правило, преступники дольше остаются в цветах, которые они грабят, чем честные опылители. У них достаточно времени, чтобы собрать столько добычи, сколько они могут унести. От их воровства страдают не только пыльники. Они берут пыльцу даже с рыльца — практика, при которой риск заразить растение или повредить его физически очень велик. Среди опылителей орхидей есть и нашедшие способ украсть поллиний. Бражники опыляют некоторые растения, но также фигурируют в сводках как похитители пыльцы.

Большинство воров просто входят в цветок через незапертую дверь или открытое окно, крадут пыльцу и уходят, но некоторые буквально ломятся внутрь, повреждая цветок. Например, маленькие пчелы, которые грабят опыляемые колибри цветки, прокусывают венчик, чтобы добраться до находящихся глубоко внутри пыльников. Колибри, конечно, не интересуются пыльцой, но к тому времени, когда они потребуют свой нектар, цветок может потерять все свои лепестки, остаться без пыльцы и, естественно, быстрее завянет.

Птицы и насекомые — не единственные преступники. Летучие мыши опыляют цветки баобаба, посещаемые также представителями семейства Галаговых. Они тоже в некоторой степени опыляют цветки, но не забывают разжиться пыльцой. На Мадагаскаре, где ночные лемуры и фруктовые летучие мыши опыляют баобабы, лемуры регулярно выступают в роли воришек.

Что делает жертву жертвой и есть ли какие-то степени у этого состояния? Если вас ограбили на улице, это плохо, но может заставить вас задуматься о том, будто что-то в вашей внешности, походке, манере поведения каким-то образом сделало из вас легкую добычу. Это печально, но что, если бы на вас неоднократно нападали по дороге домой? Что бы вы тогда подумали?

Я не просто так упомянул это — многие растения выглядят как постоянные жертвы. Например, желтая якобиния (Justicia aurea). Она растет в Центральной Америке и опыляется колибри. В целом все неплохо, но есть и более мелкие виды этих птичек, не способные добраться до нектара. Они нападают через стену, как и прочие вышеупомянутые грабители. Отверстия, которые они проделывают в венчиках, позволяют муравьям и пчелам получить доступ к тому, что осталось от нектара, поэтому они входят как мародеры. В довершение всего, маленькие безжальные пчелы заползают внутрь и забирают пыльцу. Этого достаточно, чтобы растение не захотело больше жить.