Чтение онлайн

В день приема у Карстэрзов, всего за пару часов до выхода, мы получаем готовое платье от миссис Хенни.

Леди Шад руководит распаковкой свертков со своего обычного места на диване. Крошка Гарриет лежит у нее на коленях. Леди Шад аккуратно сворачивает коричневую упаковочную бумагу.

— Даже жаль, что я не смогу пойти, — бормочет она себе под нос. — Если бы только эта маленькая злодейка не отнимала у меня все время и силы…

В комнату входит лорд Шад, пальцы его перепачканы красками. Он наклоняется поцеловать жену.

— Мы наймем кормилицу. — Он щекочет пальцем животик дочери. — Ой, она смеется!

— Да ты что! Решительно нет — нет, не наймем, и нет, не смеется, это газики, мог бы уже понять.

— Ах! — Амелия прикладывает к себе платье и смотрится в зеркало над камином.

Я с радостью отмечаю, что не зря выбрала голубой — это ее цвет.

— Дядя Шад, это самое прекрасное платье, которое у меня было в жизни! Спасибо, сэр!

— Пожалуйста, моя дорогая, ты делаешь мне одолжение. — Лорд Шад усаживается на диван рядом с женой и берет дочку на руки.

— Подождите-ка. Что это здесь? — Леди Шад вытаскивает из-под вороха упаковочной бумаги небольшой сверток. — Ого, миссис Марсден, а это вам.

— Мне? Но я ничего не покупала.

Я принимаю из ее рук коричневый сверток и тут же с горечью понимаю, что единственный человек, который мог позволить себе такой жест, — это мой наниматель. Все это время он обращался со мной крайне учтиво, хотя он явно большой ценитель женской красоты. Временами я замечала восхищение в его взгляде, обращенном на меня… однако гораздо чаще я видела безграничное обожание, направленное на жену и детей. Но это… Я привыкла жить в мире, где джентльмены, и женатые, и холостяки, делают женщинам вроде меня подарки с одной-единственной целью. А что еще мне остается думать? Он красивый мужчина, и как бы сильно он ни любил жену, она недавно родила, а мне прекрасно известно, что в подобной ситуации мужчины часто ищут наслаждений на стороне.

А я-то думала, что он совсем другой!

Мое лицо пылает.

— О, открывайте же скорее, — подгоняет меня Амелия.

Я делаю глубокий вдох.

— Нет, здесь наверняка какая-то ошибка. Это, должно быть, тоже тебе, Амелия, в благодарность за то, что воспользовалась услугами миссис Хенни.

Амелия смеется:

— Но тут ведь значится ваше имя.

— Ах вот как…

Леди Шад смотрит на меня с живейшим интересом, и мне невыносимо думать, какой позор и крах иллюзий ей вот-вот предстоит пережить.

И мне совсем не хочется, чтобы Амелия видела то, что последует дальше; судя по всему, ее вечер в этом случае будет безнадежно испорчен.

— Амелия, ты можешь пойти в мою комнату и попросить кого-нибудь из горничных помочь тебе переодеться в новое платье? Мы будем рады посмотреть, как оно сидит, и останется время, чтобы подрубить край в случае нужды.

— Спасибо, миссис Марсден. — Она бросает еще один взгляд на сверток, который прожигает дыру в моей совести. Ведь я же не давала его сиятельству повода! Или я так вжилась в роль шлюхи, что теперь даже неосознанно подчеркиваю свой намерения и род занятий?

Амелия уходит. Гарриет тихонько гулит.

— Что-то не так, миссис Марсден? — спрашивает лорд Шад.

Я качаю головой, надеясь, что ошиблась.

— Миссис Марсден? — Леди Шад с улыбкой протягивает мне ножницы.

Поборов искушение вонзить эти самые ножницы в грудь ее неверного супруга, я перерезаю бечевку и разворачиваю сверток. Переливы алого, синего и кремового бросаются в глаза, яркая ткань складками спадает с моих колен. Это та самая кашемировая шаль, которая мне так понравилась. Но как лорд Шад узнал о ней? Неужели Гарри ему рассказал?

Я встаю, перебрасываю шаль через руку. Не удерживаюсь — и глажу роскошную ткань.

— Милорд, простите, я не могу принять такой подарок.

Я готова к тому, что сейчас мне велят собирать вещи и проваливать к черту.

— А? — Лорд Шад, играющий с крошечными ручками дочери, поднимает на меня глаза. — Это прекрасно, миссис Марсден, но я ничем не могу помочь, если вам не нравится. Верните, если хотите, хотя эти цвета вам очень идут. Кроме того, вам что-то такое понадобится в Брайтоне, правда, дорогая?

— Ну конечно, оставьте ее. — Леди Шад трогает шаль. — Какая красота. Я бы тоже такую хотела, но на мне она была бы вечно испачкана срыгнутым молоком — или мальчишки соорудили бы из нее палатку. Так кто же вам ее купил, Софи? Неужели у вас появился тайный поклонник?

Лорд Шад зевает.

— Полагаю, это Гарри Бишоп.

Гарри Бишоп? Не могу поверить, что мой хозяин оказался настолько низким человеком, чтобы впутывать в это дело еще и своего управляющего!

— Уверяю вас, милорд, у меня нет никаких видов ни на мистера Бишопа, ни на какого-либо другого джентльмена.

Он пожимает плечами:

— Думаю, вам стоит сегодня ее надеть, мэм.

Я не осмеливаюсь смотреть в глаза леди Шад, которая наверняка понимает, куда клонит ее муженек, и в очередной раз поражаюсь ее бесстрастности. Она снова, как ни в чем не бывало, берет ребенка на руки.

К моему огромному облегчению, в этот момент входит Амелия, ослепительная в новом наряде, и мы все охаем и ахаем, восхищаясь ее красотой, но для меня этот вечер испорчен безнадежно.

За прошедшую неделю я уже раз десять пожалел о своей неосмотрительности. Впрочем, мне было некогда особенно углубляться в размышления, слишком много дел по дому, и самое важное из них — лорд Шад решил перестроить гостиную, снести часть стены, чтобы обеспечить место для оранжереи, построить крыльцо и клумбы по пути в сад. Он собственноручно сделал несколько набросков, и мы оба горим желанием снести стену так, чтобы не обрушить весь дом. Я поклялся хранить тайну, потому как эта реконструкция готовится как подарок для леди Шад и должна быть завершена, пока все семейство будет в Брайтоне.

Я готовлюсь к этому ужину гораздо тщательнее, нежели подобает разумному человеку. Дело происходит в деревне, поэтому короткие шелковые штаны мне не понадобятся (а это большая удача, потому что у меня их и нет), однако я аккуратно повязываю галстук и чищу сюртук. Я не стремлюсь произвести впечатление на Софи, просто хочу сохранить достоинство, в случае если она отвергнет шаль. Действительно, чем я думал, когда выбирал такой роскошный подарок? Впрочем, это для меня он роскошный, а у нее наверняка дюжина таких же шалей, если не лучше.