Чтение онлайн

Ян Ольсон проснулся, как обычно, рано. Поспешно натянув трусы, пошел в ванную. Взглянув в зеркало, увидел густую щетину и без колебаний взялся за бритвенный прибор, который вчера прислали для премьера. Наспех побрившись, даже не ополоснул лицо, а только вытер полотенцем. Вышел в коридор, где сидел другой полицейский. Они с Ольсоном всю ночь дежурили по очереди.

— Ну что?

— Ничего. Все спокойно. Ничего не произошло.

— Кто-нибудь звонил?

— Сундлину — да, нам — нет.

— Спущусь к портье, узнаю, пришли ли газеты, — буркнул Ольсон.

В холле, несмотря на ранний час, собралось много народу. Ольсон сообразил, что это журналисты. А если так, то в большинстве редакций уже известно, что Сундлин здесь, в отеле.

Он купил газеты «Дагенс нюхетер» и «Свенска дагбла дет». Бегло просмотрел первые страницы, чтобы убедиться, не разнюхала ли чего-нибудь пресса. Нет, ничего, о чем не знала бы полиция.

Передовица в «Свенска дагбладет» утверждала, что крайне левые наконец-то показали свое истинное лицо. И выражала надежду, что, несмотря на весь трагизм ситуации, это окажется для многих полезным уроком.

Просматривая газеты, Ольсон одновременно наблюдал за представителями свободной прессы. Он узнал репортера Шведского радио — того выдавала сумка с магнитофоном — и Пера Лунда из Агентства новостей. С этим прошлой весной они встречались во время официального зарубежного визита. Лунд читал потрепанную книжку на английском в дешевом издании.

Ольсон вызвал лифт и уже собрался войти в кабину, когда рядом возникла долговязая фигура.

— Так это правда, что премьер в отеле? — спросил Лунд.

— Доброе утро. Как дела? Не очень понимаю, о чем ты. Я тут живу, потому что у меня дома ремонт.

— Я рад, что полиции так здорово платят, что сотрудники могут себе позволить жить в роскошных отелях. Можем подняться вместе?

— Я, во всяком случае, мешать не собираюсь. — Ольсон нажал кнопку. А когда двери распахнулись, предупредил: — Я выхожу.

Лунд вышел, Ольсон следом, но в последнюю минуту, когда двери почти закрылись, вскочил в кабину и поехал на самый верх. Оттуда сбежал по лестнице на нужный этаж. Конечно, это очень примитивный трюк, и Лунд наверняка пронюхает, где остановился премьер. Но все же Ольсон был доволен, что удалось оставить журналиста в дураках.

Перекинувшись парой слов с коллегой, он исчез в апартаментах премьера. Двери в спальню стояли настежь, из ванной доносился шум воды. Ольсон уселся в кресло и занялся подробным изучением газет. Насколько он понял, там не было ничего, кроме давно известных фактов, невероятных домыслов и спекуляций.

Американский корреспондент «Дагене нюхетер» сообщал, что правительство Соединенных Штатов не намеревается противодействовать обмену на убийцу их посла. Однако это происшествие может задержать назначение нового посла в Швецию.

Пресса все еще обсуждала, в какую страну вышлют Енса Форса. В «Дагенс нюхетер» додумались отправить репортера в Тирану для зондажа тамошних настроений. Это невыполнимое задание поручили способному журналисту, и тот изловчился передать репортаж, хотя, разумеется, ему не удалось увидеться ни с одним влиятельным лицом, разве что с чиновником из службы информации.

Ольсон всегда читал газеты очень тщательно, следуя совету, когда-то полученному от одного из старших товарищей. Не пропускал он даже объявлений. «Всегда полезно иметь побольше данных», — говаривал тот коллега, и Ольсон признал его правоту.

Читал он быстро, что, между прочим, немало помогало просматривать поток донесений и рапортов. И дошел уже до последней станицы со спортивными новостями, занявшись перечнем заездов в Солвалла. Ольсон увлекался скачками, хотя старался сдерживать свой азарт: он знал людей, которые погрязли в этом пороке, один из их коллег совсем загубил и свою карьеру, и жизнь. И потому не решался даже просто ходить на трибуны.

Почти в семь Сундлин вышел из ванной. Выглядел он, как обычно, выдавал беспокойство только измученный, растерянный взгляд.

— Доброе утро, — он улыбнулся.

— Доброе утро. Как спалось?

Ольсону все еще неловко было говорить премьеру «ты». Он вообще считал это лишним.

— Не очень, — ответил Сундлин. — Может, позавтракаем?

Ольсон посмотрел на часы.

— Да, уже пора. Мне позвонить?

— Пожалуй, кофе, гренки и яйцо всмятку. И закажи газеты.

— Я уже был внизу и все купил.

Ольсон собрал газеты и заказал завтрак премьеру и себе.

Сам он остался в гостиной, Сундлин одевался в спальне. Зазвонил телефон. Сундлин запер двери и взял трубку. Разговор был коротким. Уже через минуту двери вновь открылись.

— Я устроил так, чтобы, пока все это продолжается, ты постоянно был при мне. Надеюсь, это не затянется.

Ольсон отнюдь не пришел в восторг. Сундлин со своей обостренной способностью чувствовать чужое настроение тут же это заметил и пояснил:

— Мне нужен человек, которого я знаю и на которого могу положиться.

— Я, конечно, должен быть благодарен за такое доверие, но наверняка есть и другие, кто ничуть не хуже справился бы с подобной работой.

— Не сомневаюсь. Но хочу видеть здесь тебя. Пожалуй, завтрак уже принесли.

Ольсон открыл дверь и увидел официантку с подносом. На этот раз обошлось без журналистов. Ольсон взял поднос и отнес Сундлину. Накрыв стол, хотел свою часть отнести в гостиную, но Сундлин запротестовал:

— Останься. Садись со мной.

Ольсон опять разозлился. Он не любил есть в компании. Временами, выезжая в командировки с коллегами, приходилось выдумывать любой предлог, чтобы поесть спокойно.

Сундлин, если даже заметил недовольство Ольсона, не подал виду. Срезав верхушку яйца, он ел быстро, сосредоточенно и молча. Только выпив кофе до последнего глотка, спросил, много ли внизу собралось журналистов.

— Несколько человек.

— Ты кого-нибудь знаешь?

Ольсон перечислил тех, кого узнал.

— И Лунд тоже… — задумчиво протянул Сундлин. — Интересно, ушел он или нет… — Премьер поднял трубку. — Будьте любезны узнать, есть ли в холле редактор Лунд.

Прошло несколько минут. Ольсон обратил внимание, что Сундлин вспотел, хотя в комнате было совсем нежарко.

— Хорошо, спасибо. Я хотел бы с ним поговорить. Привет, Лунд. Это Сундлин. Тебя не заинтересует интервью со мной? Наверху, в номере.