Чтение онлайн

— Ты думаешь, я хотел? — сказал Хенрик и проглотил свою порцию виски. — Вот так вот взять и влюбиться, глупо и по-идиотски влюбиться в простую бедную девочку, когда я был женат на одной из самых богатых женщин страны и был вполне счастлив с ней. О, это был просто ад, сущий ад!

— Если вы считали, что деньги дороже, чем девушка, вам следовало бы отказаться от нее, — проговорил Кристер. — Вы когда-нибудь задумывались всерьез о перспективе развода с фростелльскими миллионами?

— Ваши формулировки, комиссар, никак нельзя назвать деликатными. Да, я все чаще обдумывал такой вариант. Сейчас, когда мы вернулись домой, я собирался всерьез заняться этим делом, поискать себе работу — ведь в последние годы я занимался исключительно семейными финансовыми делами. Но, честно признаюсь, я очень боялся того момента, когда мне придется изложить все это Веронике. Она-то была очень привязана ко мне и абсолютно не привыкла терять то, что ей принадлежит, и не получать того, что хочет. Мария хорошо понимала мои опасения, она еще больше меня боялась того, что могло последовать.

— И оно разразилось вчера?

Это был риторический вопрос, скорее просто констатация факта. Зеленые крапинки в глазах Хенрика Турена стали ярче.

— Вчера? Нет, почему вы так думаете?

— Это вполне разумное предположение, — ответил Кристер. Ему показалось, что Мария затаила дыхание. — Вы поссорились со своей женой, что само по себе случалось нечасто, и в результате она помчалась в ателье, чтобы разобраться с Марией Меландер. А иначе зачем бы она отправилась в ателье в такой поздний час? Кто-нибудь из вас может мне это объяснить?

— Но я ни словом не обмолвился о Марии, клянусь вам! Вероника понятия не имела о наших отношениях, и потом, она не могла знать, что Мария живет в ателье. Я же все вам рассказал… или… или почти все, потому что я не хотел тогда упоминать имя Марии. Но теперь все изменилось, и мы начали понимать, что нам не удастся сохранить наши маленькие личные тайны, если уж мы втянуты в драму с убийством.

— Так-так, — проговорил Кристер. — И как же выглядит версия номер два?

Что звучало в этот момент в его голосе — сарказм, скептицизм или обычное нетерпение? Хенрик поспешно изложил свое новое, слегка исправленное свидетельское показание.

— Я хотел встретиться с Марией, и это вполне понятно, ведь мы не виделись с самого января. Но у нас в семье был ритуал, которого сама Вероника строго придерживалась, — после долгой заграничной поездки мы всегда проводим первый вечер дома. Конечно же, я был огорчен, что мне пришлось отложить свою встречу, и поэтому я начал кричать на нее, когда она преспокойно заявила, что поедет в город, чтобы пойти в ресторан с Жаком. Ну вот, я поехал на такси в город и позвонил Марии из автомата, и она сказала, что, конечно же, может отказаться от какого-то там вечера, на который ее пригласили, так что я подъехал на Шелегатан и забрал ее.

— И потащили ее с собой по кабакам?

Он смущенно улыбнулся.

— Мы сидели в «Ла Ронд» с восьми и почти до часу ночи. Это единственное место в Стокгольме, где мы могли чувствовать себя в безопасности. Я знаком с хозяином этого ресторана Тибергом и с его старшим официантом, и я был уверен, что они не станут распространяться, с кем меня видели. Но если эта информация необходима для криминальной полиции, то они ее, конечно, дадут. Тиберг был вчера в ресторане и видел нас, вы можете лично позвонить ему и проверить.

— Вы поднимались с фрекен Меландер наверх в ателье, когда провожали ее домой?

— Нет, — ответила вместо него Мария. — Иначе он остался бы до утра, а мне казалось, что это означало бы каким-то образом злоупотребить гостеприимством фру Арман. Мы расстались внизу у подъезда.

Взгляд Кристера снова остановился на Хенрике Турене.

— Но ведь вы знали об убийстве до того, как я сказал вам об этом сегодня утром, — медленно проговорил он.

— Да. Мария позвонила мне в Мальме нынче утром, где-то без четверти шесть. Это я посоветовал позвонить вам.

— Значит, она знала, что вы находитесь в Мальме?

— Да. Когда мы сидели в «Ла Ронд», я пообещал ей покончить со всей этой проклятой раздвоенностью и подать на развод. Приняв это решение, я почувствовал, что мне надо уехать на время от Вероники и собраться с мыслями. Если бы… если бы она была жива, если бы Мария не позвонила мне сегодня утром, я поехал бы дальше, в Норвегию. Мне неприятно признаваться в том, что я трус, но мне необходимо было собраться с духом и продумать все свои аргументы перед решающей схваткой.

— Так-так, — сказал Кристер и выколотил трубку о край переполненной пепельницы. — И как же выглядит временная схема теперь?

— В общих чертах так же, как и раньше. Я уехал из дому ровно в семь пятнадцать — в тот момент Вероника была дома, а обе машины стояли в гараже. Как ни странно, движение в сторону центра было не таким сильным, как обычно, так что я был на Шелегатан в половине восьмого, может быть, чуть позже. Мария была еще не совсем готова, так что мы выехали из ателье… во сколько, как ты думаешь?

— Около восьми, — неуверенно протянула она.

— Это что еще такое? — воскликнул Кристер. — Так он все же поднимался в ателье?

— Да, — виновато созналась она. — Да, он поднимался наверх. Было очень глупо с моей стороны не сказать об этом сразу. К сожалению, мы уже так привыкли скрываться и лгать во всем, что касается наших встреч…

— Мы сидели в комнатке Марии, — заверил Хенрик. — И я бы с удовольствием остался там подольше. В «Ла Ронд» я не мог ее даже поцеловать.

— Вы не заходили в комнату закройщицы?

— Нет. Я заходил в туалет, который находится рядом. Возможно, я видел кусочек комнаты сквозь приоткрытую дверь. Но какое это может иметь значение? В тот момент Вероника была еще в Лидинге или по дороге в город, где-то у моста Лидингебрун, и она никак не могла лежать в это время на Шелегатан. Так чего же вы добиваетесь, комиссар?

— Если бы я это знал, — сказал Кристер и поднялся. — Но меня все больше начинают интересовать некоторые временные интервалы в этом нелепом фарсе. Я хотел бы знать, что каждый делал и где находился, но это желание, как я понимаю, совершенно невыполнимо. Пойду спрошу, не найдется ли в этой гостинице номера для меня с видом на собор. Спокойной ночи. До завтра.

Спал он плохо и даже во сне, казалось, пережевывал без конца мучившие его вопросы. Когда Вероника Турен покинула свою виллу в Лидинге? Когда она приехала на Шелегатан? Когда произошло убийство?

Он не подозревал, что двое его помощников разыскали двух свидетелей, способных дать в этой связи исключительно ценные сведения.

Один из них был обнаружен опечаленным полицейским в Лидинге, и это послужило хоть и слабым, но утешением после неудач этого дня. Поскольку ему не удалось связаться с комиссаром Виком, он решил, что разумнее всего будет не покидать свой пост, хотя охранять уже вроде бы было некого. Тщетно ожидая, что на дороге вдруг появится стремительно мчащийся «феррари», он бесцельно торчал у ворот, где к нему около полуночи неожиданно обратился упитанный пожилой джентльмен с такой же упитанной таксой на поводке.