Чтение онлайн

Мартел понимал все это потому, что был обращен. Будь он сейчас в шкуре хабермена, он думал бы только о сохранении сканнерства.

Вомакт в последний раз взошел на трибуну и объявил:

– Собрание приняло решение, и его воля должна быть исполнена.

После этого он принял позу: "Я старший. Требую подчинения и спокойствия".

В это же мгновение Мартел почувствовал, что пальцы рук, державших его, разжались, и начал лихорадочно думать, что же ему предпринять. В обращении он будет еще как минимум один день. Он мог бы действовать и в обличье хабермена, но ужасно неудобно разговаривать при помощи блокнота. Мартел поискал глазами Чанга. Его друг стоял в укромном уголке, терпеливый и неподвижный. Мартел медленно двинулся к нему так, чтобы не привлекать к себе внимания. Он посмотрел Чангу в лицо и зашевелил губами:

– Что будем делать? Ты ведь тоже не хочешь, чтобы они убили Адама Стоуна. Ты понимаешь, что для нас значит его открытие. Не будет сканнеров и хаберменов. Не будет агонии космоса. Если бы все они были обращены, как я, они приняли бы другое решение. И мы должны остановить их. Но как это сделать? А Парижански? Что думает он?

– На какой из твоих вопросов я должен прежде всего ответить?

Мартел рассмеялся. (Смеяться для него было истинным удовольствием.)

– Ты поможешь мне?

– Нет, нет и еще раз нет.

– Не поможешь?

– Нет.

– Но почему?

– Я сканнер. А сканнеры уже сказали свое слово, и я должен подчиниться. На моем месте ты бы сделал то же самое.

– Дело не в том, что я сейчас обращен. Разве ты не видишь: то, что они собираются сделать - глупость, безрассудство и бездушие? Это, наконец, убийство.

– А что такое убийство? Разве ты не убивал? Ты не человек. Ты сканнер. Ты не будешь жалеть о том, что совершишь.

– Но почему же ты тогда голосовал против Вомакта? Наверное, ты понимал, что для нас значит Адам Стоун. Да, сканнеры будут жить напрасно. И слава Богу! Разве это не ясно?

– Нет.

– Но ты разговариваешь со мной, Чанг. Ведь ты мой друг?

– Я разговариваю с тобой. И я твой друг. Почему бы и нет?

– И ты ничего не собираешься делать?

– Ничего, Мартел, ничего.

– Ты мне не поможешь?

– Нет.

– Даже если речь идет о жизни Адама Стоуна?

– Нет.

– Тогда я обращусь за помощью к Парижански. Он скорее поймет меня.

– Это ничего не даст.

– Почему? В нем больше человеческого, чем в тебе.

– Он получил задание. Это его Вомакт назначил убить Адама Стоуна.

У Мартела перехватило дыхание. Он прервался на полуслове и принял позу: "Благодарю тебя, брат, и ухожу".

Обведя глазами присутствующих, Мартел остановил взгляд на Вомакте. Ему пришлось принять позу почтительного прощания. Вомакт увидел это, и его жесткие губы скривились в улыбке:

– ...Береги себя...

Не дожидаясь увидеть что-нибудь еще на губах Вомакта, Мартел отступил к окну и вылетел. Очутившись вне поля зрения сканнеров, Мартел развил максимальную скорость. Он тщательно сканнировал себя во время полета. В лицо ему бил холодный ветер.

Адам Стоун должен быть в Главном Космопорту. Он должен быть там. Он, наверное, удивится. Его наверняка поразит появление первого ренегата в среде сканнеров. Мартел вдруг почувствовал свою значительность: Мартел-Предавший-Сканнеров! Нет, звучит пренеприятно. А если Мартел-Спасший-Человечество? Разве такая цель не оправдывает средства? Если он победит, то по-настоящему обретет Люси. А если проиграет, то терять ему нечего. Конец один: перегрузка и смерть. Но что это значит по сравнению с жизнью человечества, жизнью Люси?

Мартел думал о том, что сегодня вечером у Адама Стоуна будут два посетителя. Два сканнера. Два друга. Мартелу очень хотелось, чтобы Парижански остался его другом. И от того, кто придет первым, зависело будущее человечества.

Множеством огней засверкал в тумане Главный Космопорт. Мартел увидел фосфоресцирующие очертания башен города, ставших непреодолимым барьером для диких, будь то звери, машины или непрощенные. И тогда он обратился к Богу: "Прошу тебя, помоги мне сойти за человека".

Мартел тщательно застегнул пиджак, прикрыв грудь с вмонтированным контрольным блоком. Он посмотрелся в сканнерское зеркало, чтобы увидеть свое лицо со стороны и придать ему больше жизни. По лицу должен струиться пот - так он будет больше похож на человека, только что вернувшегося из длительного полета. Оправив одежду и спрятав свой блокнот, Мартел подумал: а куда же девать сканнерский палец? Если кто-то увидит его ноготь, то сразу поймет, кто он. К нему отнесутся с почтением, но его сразу опознают. Потом его наверняка остановят люди, которыми Содействие окружило Адама Стоуна. А если сломать свой ноготь? Но разве можно сделать это?! Ни один сканнер за всю историю Братства не сделал этого добровольно! Это будет отказом от сканнерства. А такого не случалось никогда. Единственный выход потом - это открытый космос. Мартел поднес палец ко рту и откусил свой ноготь. Палец без ногтя представлял собой странное зрелище. Мартел вздохнул.

Направившись к воротам города, Мартел спрятал руку и придал своим мышцам силу вчетверо больше нормальной. Он начал сканнировать себя, но вспомнил, что все индикаторы замаскированы. "Нужно действовать решительно", - подумал он.

Дежурный остановил его, направив в грудь контроллер.

– Вы - человек?
– произнес невидимый голос.

Мартел подумал, что будь он сейчас хаберменом, сила его поля мгновенно отразилась бы на экране.

– Я - человек.

Мартел знал, что с тембром голоса у него сейчас все в порядке. Он надеялся, что его не примут за кого-то из диких, которые постоянно маскируются, чтобы проникнуть в города и порты человечества.

– Имя, номер, звание, цель, деятельность, время отбытия.

– Мартел, - он с трудом вспомнил свой старый номер (не сканнерский тридцать четвертый).
– Четыре тысячи двести тридцать четыре. Родился в семьсот восемьдесят втором году Космической эры. Звание - капитан.
– Он не лгал. Это было его реально существовавшее звание до того, как он стал сканнером.
– Цель исключительно личная, ни в коем случае не угрожающая законам города. Отбыл из Внешнего Космопорта в две тысячи девятнадцатом часу.

Теперь все зависело от того, поверят ему или будут проверять через Внешний Космопорт.

Спокойный, однотонный голос произнес:

– Сколько времени вы хотите пробыть в городе?

Мартел ответил стандартной фразой:

– Сколько позволит ваше почтенное терпение.

Мартел стоял на холодном вечернем ветру и ждал.

Неожиданно тот же монотонный голос произнес:

– Капитан Мартел, номер четыре тысячи двести тридцать четыре тире семьсот восемьдесят два, входите в город. Добро пожаловать. Нужны ли вам еда, одежда, деньги, общение?