Скаредное дело
Шрифт:
Рассказывают, что в эти дни пять полных возов было сожжено палачами.
Князь словно успокоился, насытив жажду мести скоморохам; с того момента, как он получил от Терехова-Багреева отписку с рассказом обо всем случившемся, вся ненависть его сосредоточилась на одних скоморохах, и теперь ему сразу стало легче.
На другой день он даже вызвал слабую улыбку на лице царя, когда рассказывал про свой поход против них.
Царь одобрительно покачал головой.
– Богу, слышь, сие угодно было, - сказал он.
– Царице полегчало!
Все окружающие благоговейно перекрестились.
– Слышь, - продолжал царь, - с Казани мурза прибыл, настой из трав ей дал, ей, голубке, и легче стало. Был у ней ноне от утрени, говорил с ней. Такая ли ныне хлипкая стала"
И царь замолк. Потом снова обратился к князю:
– Ну, а что у тебя? Был воевода с головой?
– Нет, государь, помер.
Царь широко перекрестился.
– Упокой Господи душу раба твоего... Как его-то?
– Симеона...
– Симеона, - повторил царь.
– С чего же помер?
Князь рассказал все по ряду.
Царь опять перекрестился.
– Видна карающая десница Господа. Истинно, суд Божий осудил и казни обрек слугу неправедного! Что там? Чего ты молчишь?
Он вдруг поднялся с кресла и тревожно посмотрел на Шереметева, который только что вошел. Слышно было, как в сенях тревожно бегали люди.
– Что там?
– повторил царь бледнея.
Дверь распахнулась и в горницу с плачем вбежал князь Долгорукий.
– Кончается!..
– проговорил он рыдая.
Царь выпрямился, но тут же покачнулся. Шереметев и князь успели подхватить его под руки.
– Ведите меня!.. К ней!.. К голубушке!..
Он рванулся вперед.
Прорезая воздух, уныло, гулко ударил колокол. Раз, другой...
Царь опустился на колени и заплакал.
Кончается!..
– произнес он.
– Господи, я грешен... виновен, меня и карай! За что ее-то?
Царь плакал, а царица тихо кончалась, после трех месяцев непрерывной болезни, начавшейся с первого дня свадьбы.
Протяжный звон колоколов и бил огласил Москву; жители повалили в храм и там в слезах молились за упокой души отошедшей в вечность царицы.
Время излечивает всякие раны. Прошло два года, думные бояре стали просить царя о его женитьбе, стоял на том и его отец, патриарх. И царь женился вторично на Евдокии Лукьяновне Стрешневой, дочери простого дворянина.
Князь Теряев возвышался подле царя и вскорости был назначен в Думу.
Прошло еще добрых двенадцать лет, и молодой князь Теряев был обвенчан со своей невестой Ольгой Тереховой, после чего отличился как воин в походе под Смоленском.
Эхе женился на Каролине и вместе с молодым князем делил трудный поход; а Эдуард Штрассе был отличен Шереметевым и взят лекарем в аптекарский приказ.