Чтение онлайн

Комната, где мне посчастливилось обретаться, еще не была готова к заселению, и я решила отдохнуть в местном парке, потому как ноги ужасно гудели, а руки, не привыкшие таскать тяжести — отваливались. Что поделать, ведь именно бытовая магия была моим слабым местом! Оглядевшись в поисках свободной лавочки, наткнулась взглядом на красную шевелюру, да так и застыла.

Он сидел в окружении приятелей и обнимал за плечи миленькую блондинку, не понравившуюся мне сразу, вот прям с первого взгляда! Такого цвета волос, как у этого парня, я прежде не встречала! Складывалось впечатление, будто у него на голове бушевал живой огонь, волосы короткие, лесенкой едва прикрывают уши, но, богиня Созидания, они потрясающие! Почему-то очень захотелось их погладить и почувствовать, как согреваются ладони в этом пламени. А смех! Услышав его смех, все внутри перевернулось, а в животе приятно и волнительно защекотало. Да, что со мной? Мысленно попыталась дать себе затрещину. Что я, парней раньше не видела, в самом деле! Вон, сколько здесь бегает, смотри — не хочу! Ну, подумаешь, красавчик с обворожительной и какой-то доброй улыбкой, приятно ровным носом, очерченными скулами и медовым взглядом… Перестань сейчас же на него глазеть, это неприлично! Но мысленные оплеухи почему-то не работали, я все так же продолжала его рассматривать, пока наши глаза не встретились, и я не удостоилась о-о-очень откровенного взгляда, которым он не постеснялся осмотреть меня всю, словно меню в ресторане! И его улыбка превратилась в понимающе-снисходительную. В следующий момент волшебство развеялось, будто бы неудачное заклинание, на которое больше не нужно тратить силу. Вернулась реальность, звуки и запахи. От этого взгляда захотелось срочно спрятаться, щеки запылали, и я не знаю, от чего больше — от стеснения или гнева. На Лианель Фирсен ни один мужчина не смеет так пренебрежительно смотреть! Но вместо того, чтобы послать ему такой же снисходительный взгляд, почему-то резко развернулась и хотела, было, уйти. Как вдруг какой-то парень налетел на меня, выбив сумку из рук и буркнув короткое 'бывает', помчался дальше. Что говорить, настроения мне это не прибавило, теперь на меня глазел не только этот наглый тип, но и вся его компания!

— Не стой, где попало, а то еще попадет! — услышала я эту 'гениальную' реплику из уст красноволосого гада, и наткнулась на смеющиеся медовые глаза.

— Вот только у Рыжиков забыла спросить, где мне стоять! — и гордо задрала носик.

— Оу, юная сирина, я бы не советовал вам так его называть. Первый и последний, кто осмелился это сделать, провел три недели в лазарете после магической дуэли, на которую Мир его вызвал, — ко мне обратился парень с косой черной челкой, закрывающей пол лица, очевидно, дружок Рыжика. При этом все собравшиеся, предвкушающе улыбались, явно наслаждаясь представлением.

— Ну что ты, Роник… — укоризненно протянул Рыжик (из вредности буду звать его только так!), что же я зверь какой-то, такую милую особу и сразу на дуэль. Сейчас сирина, явно только поступившая, одумается, раскается, извинится и конфликт будет исчерпан, — и выжидающе глянул на меня, а в глазах я прочла вызов и поняла, что меня откровенно дразнят!

Внутренне закипев, но на лице при этом не дрогнул ни один мускул (все-таки мама хороший учитель!), я вальяжно протянула:

— Ах, это так великодушно с вашей стороны и главное, благородно, — а сколько сарказма в моем тоне, кто бы знал! — Требовать извинений от девушки… Но я боюсь, что не смогу удовлетворить ваши запросы, — мило улыбнулась и добавила: — Просить прощения у напыщенного Рыжика я считаю ниже своего достоинства, но и вызов на дуэль в этом случае тоже не выход. — Многозначительная пауза, чтобы народ проникся. — Куда Вам, невоспитанный сирин, до меня, первокурсницы. Нужно еще подучиться, хотя бы с полгодика… глядите, и не будет мне так стыдно избивать младенца, — мысленно крича себе 'Что ты делаешь?! Что ты, черт возьми, несешь?', продолжила с печалью в голосе, — так что, думаю, к зимней сессии вы как раз поднаберетесь опыта и, может быть, вам улыбнется удача. — И носик задрался еще выше, гулять, так гулять!

Это был фурор, однозначно. Глупый, самоубийственный, сумасбродный — но фурор! Он затмил даже нашу перепалку с завхозом, а мне казалось, что там я превзошла себя. Но, видимо, мне на роду написано, влипать во все во что только возможно! Примолкли все, видно, не в силах поверить, что у них не групповые галлюцинации, и я действительно это сказала. Такое ощущение, что даже птицы обалдели от моей то ли смелости, то ли дурости и перестали петь. Люди же, находившиеся в парке, наверное, даже дышать забыли, да уж не каждый день здесь такое представление. Но я не собираюсь спускать пренебрежение и насмешки этому хаму, он еще свое получит!

Ход был за ним, и он не заставил себя ждать. Моську этот тип состроил крайне кровожадную, но глаза… я могу поклясться, что в них не было ни грамма обиды или злости, наоборот, они смеялись! И Рыжик прилагал по-видимому, немалые усилия, чтобы смеялись только они. Это задело еще сильнее, терпеть не могу, если не воспринимают всерьез!

— Ну что ж… — с показной печалью в голосе изрек он, — вы не оставляете мне выбора, о, Грозная Воительница, я лишь уповаю на Ваше снисхождение в этом неравном поединке, — и поклонился так издевательски, зараза рыжая! Отовсюду послышались смешки, а его прихвостни, так и вовсе себя не сдерживали. — Давайте назначим это эпохальное событие, ну скажем, на день Ледяных стрел на главном стадионе РАМИиЗ. И я думаю, будет более справедливо назначить награду победителю в виде исполнения любого желания проигравшим, вы согласитесь со мной, о, смелейшая?

— О да, это будет приятным бонусом к моей победе, — ровно ответила я, продолжая умножать свои неприятности.

— Твоя самоуверенность восхищает, — он вдруг оказался совсем близко и наклонился к моему лицу. Да так, что мой вздернутый носик едва не сдал свои позиции, но оказался крепким орешком, и вторжение в личное пространство стойко выдержал. Нет, честно, я им горжусь! А затем этот тип прошептал на ушко, — но у тебя еще есть возможность извиниться, скажем, сегодня в десять в моей постели. — И подмигнул, весело посверкивая своими глазищами.

Руки зачесались от желания ударить, причем не пощечина была моей мечтой. Нет, дядя учил драться меня лично (конечно втайне от мамы с папой) утверждая, мол, мало ли что в жизни пригодится. Поэтому бить я собиралась с кулака, да в глаз, чтоб неповадно было, но… но его умная физиономия явно, чего-то такого ожидала.

А я откровенно устала развлекать публику и потому ударила исключительно словами:

— Мало знать себе цену, многонеуважаемый мной сирин, нужно еще и пользоваться спросом, а ваша, судя по всему, часто использованная персона не вызывает у меня интереса. Все же удивляет, что находятся столь недалекие особы (и демонстративно косой взгляд на блондинку), которые соблазняются на такие унизительные предложения. Или вы добиваетесь своего исключительно шантажом? — и все это также шепотом и тоже на ушко. Причем, говорить как оказалось сложно, потому как невероятно смущала его близость, а пах этот Рыжик так сладко липовым медом и летом, что голова-предательница так и норовила закружиться. Вдруг появилась вообще сумасшедшая мысль — лизнуть его в подбородок (все равно только туда я и достану), а вдруг он и на вкус как мое любимое лакомство? От этой мысли щеки предательски заалели, а руки наоборот сделались холодными и влажными, как будто я держала кусок льда в ладонях. Соберись Лия, не хватало, чтобы и он понял, что ты блефуешь, как заядлый игрок в бритич! И на одном дыхании выпалила, чтобы не дать ему снова заговорить, — уповайте, убогим это помогает. — И это уже громко, чтоб публика не заскучала. — А теперь будьте так любезны не преграждать мне дорогу, я устала от вашего общества и желаю вернуться в общежитие, — и тоже присела в шутовском реверансе, старательно махая ладошкой-веерозаменителем, демонстрируя, как сильно утомлена.

Несколько секунд он продолжал смотреть на меня слегка сузившимися глазами (все же моя речь достигла цели, и он злится, мысленно потерла ручки, так тебе!), а затем с грацией, выдающей в нем явно не простое происхождение, отвесил новый поклон, простер руку вперед и изрек:

— Не смею вас задерживать, о, воинственная богиня, но знайте, что я покорен с первого взгляда и уповаю на новую встречу. — Взгляд от макушки до стоп, и вот совсем, ну, просто совсем неприличный!

Слов не было, по крайней мере — цензурных! Демонстративно задрала бедный носик еще выше и гордо прошествовала мимо, у-у-у рыжий клоун, я тебе устрою воительницу. Еще не знаю как, но дуэль эту ты запомнишь на всю жизнь!

Смотря вслед удаляющейся стройной фигурке, Демирин из рода Алых Фениксов был внешне совершенно невозмутим… но только внешне! «Маленькая, вредная колючка, — мысленно размышлял он, — и откуда только взялось такое чудо?» Нет, поначалу, увидев в ее глазах щенячье обожание, к которому за три года в академии уже привык, он лишь улыбнулся малышке, хотел, так сказать, приятное сделать. И вот тут-то она его и удивила! Взгляд тут же сменил оттенок с теплоты на холод, был бы он повпечатлительней, замерз бы, но… Но это странным образом заинтересовало и заставило присмотреться. Совсем еще маленькая, лет шестнадцать-семнадцать, явно только поступила, об этом свидетельствовали вещи и растерянный взгляд. Почему одна, без родственников? Странно, обычно с благородными сиринами (а что она из благородных, говорит ее осанка и манера держаться, он еще об остром язычке умолчит!) всегда является свита из мамок-нянек, а эта одна. Вещи опять же эти, таскает тяжелые!

Мир шепнул заклинание creshen и задорно улыбнулся, пронаблюдав, как испуганно вскрикнула сирина и отпрыгнула от поклажи, которая вдруг сделалась совсем самостоятельной и поплыла по направлению к общежитию.

Девчонка тут же обернулась и гневно на него уставилась. А он лишь помахал на прощание и отвернулся, размышляя, какое ему собственно дело, тяжело ей или нет, что за благородные порывы? Но рассудив, что ему просто так захотелось, успокоился — мало ли какие у него причуды!

— Маленькая, гордая птичка, — задумчиво протянул Демирин. А как она с ним говорила и даже на дуэль вызвала! Птичка-синичка оказалась бесстрашно самонадеянной. Что же ему теперь делать с этой дуэлянткой? Отшлепать, что ли в назидание? Он тут же представил, в какой она будет ярости… и отшлепать захотелось еще сильнее! Почему-то к ней безумно влекло, и довел-то он ее совсем не со зла, просто не смог справиться с желанием смотреть в эти разгневанные серые глазки. «Странная реакция, Мир, определенно странная, какое тебе дело до этой девчонки?»

— Да уж, птичка-синичка… я обязательно узнаю, кто же ты такая.

— Ми-и-ир, что ты там бубнишь себе под нос, пошли уже к тебе, мне надоело здесь сидеть, — надо же, как сильно он задумался и не заметил, что к нему подобралась Кари. Его сокурсница с которой они время от времени хорошо проводили ночи да и не только… Он ухмыльнулся, вспомнив реакцию синички, на предложение об извинениях в постели и утверждение о недалекости особ, на такое согласных. А тут, пожалуйста, живой пример, и предлагать не нужно!