Чтение онлайн

– Ну да!

– Мабудь, на автомобиль «Нива»?

– Да не!

– Шо, на автомобиль «Жигули»?

– Да не!

– Шо, на автомобиль «Волга»?

– Да не!

– Шо, да невжо на автомобиль «Мерседес»?

– Да не!

– А на шо же тогда?

– А на то, на шо можно иметь и то, и другое, и третье, и четвертое, и всё вместе, эдакий ты зуда!

– Шо же эвто? – изумленно спросил поп Абросим глубоким басом. – Гараж? Невжо гаражи – аж четыре гаража?

– Шо, шо! Шо, шо! Не соображаешь невжо? Эвто, попушка, наши баксы! – шепнул чертушка драматическим тенором.

– А-а-ах во-о-от оно шо-о-о! А откеда ты их берешь, наши баксы, чертушка?

– Как откеда, попушка? Я их изготавливаю вот энтими самыми руками!

Засимчик черт Кинстинктинчик хвать со стола мельхиоровый ножичек, облизал, облобызал – и в шапочку, понимаешь, в невидимку!

– Да ну?

– Да! Я вырезаю баксы из старых газет! Много лет! Для всего мира! Вот энтими самыми маникюрными ножничками! Чик-чик, чик-чик, чик-чик!

И черт Кинстинктинчик драматически выхватил из-за пазухи крохотные ножнички, чик-чик, чик-чик ими в воздухе, а засимчик-чик-чик той же лапой хвать со стола мельхиоровую лопатку икорную с красной икоркой – и в рот, а посем облизал, облобызал – и в шапочку, понимаешь, невидимку: и ножницы, понимаешь, и лопатку икорную!

– Вот энто да! А газеты откеда берешь много лет?

– В сортирах много газет! Для всего мира!

И черт Кистинктинт хвать со стола хрустальную стопку, выпил, облизал, облобызал, причмокнул – и в шапочку ее, в невидимку!

– Да иди ты! – прошептал поп Абросим глубоким басом.

– Тенчас! – тут же закричал черт драматическим тенором, схватил со стола хрустальную рюмку и хрустальный фужер, выпил, выпил, облизал, облобызал, облизал, облобызал, дважды причмокнул – и в шапочку энту рюмочку и эвтот фужерчик, понимаешь, в невидимку! – а шапочку – на голову! – и выскочил из-за стола, а там пошел по бочкам с пивом, коих вокруг общего стола, понимаешь, покоилось огромное количество!

Поп Абросим, естественно, сперва обомомлел, потеряв черта из виду, но засим сориентировался на грохот и ринулся за незримым напарником в погон*: во все, понимаешь, лопатки залупил!

И тутычи заявилась, воображаешь, Катя Огняночка с красной утятницей в руках, накрытой белым вафельным полотенцем. В утятнице находилось невообразимо аппетитно пахнущее жаркое из зайчатины с морковкой. Катя почтительно преподнесла энто жаркое дедушке и пояснила:

– Морковки на эвто жаркое ушло аж полмешка!

– Спасибо! А почему ты почтительно преподнесла эвто невообразимо аппетитное заячье жаркое мне, а не своему, воображаешь, супругу – экс, понимаешь, царю Гороху? – спрохал дедочка.

– А он у меня гурман – из принципа ест токмо блюда из гороха: суп – гороховый, кашу – гороховую, кисель – из гороха, пиво – из гороховых стручков!

– Ах вот оно шо, чмок, чмок! Ну ежели он такой вегетарианец, то ему ни в жизть не попробовать зайчатины! М-м-м, вкусно! – восторженно сказал дедушка и, орудуя поварешкой, быстро проглотил всё жаркое, не разжевывая объедение такое. – Но где ж эвто наш выторопень, ёлки-палки? Ведь он парень ловкий – чемпион деревеньки по стометровке! Он давно уже, ёшкин кот, должен был приволочь недостающие полмешка морковки!

Но тут – о-о-о, о ужас! – в воздухе появилось привидение! Оно заорало, мерцая и – опа! – опалесцируя, млин:

– Эй вы, все! Что за шарабарашей вы тут за... занимаетесь? А вы знаете, что меня посвятили в рыцари и вы должны теперь именовать меня сэром? – и чудное видение завихляло задиком, завиляло хвостиком.

Похрусты со смеху попадали наземь, а деревенские массово сиганули в кусты малины. Энто было – смешно сказать! – привидение неизвестно кого! Даже Холмсушка, Ватсонушка да Катюша Огнянушка слегка ухмыльнулись. Дедушкина вошь заметалась, воздержаться от улыбки попыталась, но не сдержалась, понимаешь, и дюже обхохоталась, однозначно! Впрочем, не будем больше об однозначно немрачном...

– Иван! – весело воскликнул Шерлок Холмс.

– Шо, ха-ха?

– Шо, шо, ёшкин кот! Эвто кто – привидение выторопня, чмок, чмок?

– Кто, эвто?

– Да, эвто! Чмок, чмок!

– Да не-е-е, диду! Не выторопня, ха-ха!

– Чмок, чмок! А кого еще, ёшкин кот?

– Ну того... Энтого... Его... Сор... Сыр... Сир... Срыц... Ах, слово из головы вылетело, ёшкина кошка!

– Иван! – возмущенно воскликнул Шерлок Холмс.

– Ха-ха! Шо?

– Шо, шо! Я подозреваю, шо эвто ты сожрал выторопня! М-м-м, объедение такое!

– Кто, я? Ха-ха! – удивился Иван и достал из кармана белого халата прекрасную красную клизму – жупел капитализма.

– Да, ты, ёшкин кот! Объедение! М-м-м! М-м-м!

– Иван не виноват: он меня не ел, вот! – заорало перламутровое привидение, источая запах озо... зо... зо... зона. – За... за... зато вот чичас я вам расскажу, ху из тот, кто меня проглотил не разжевывая, обормот!

– М-м-м, молчи, сэр козел! Я лично тут проведу детективное расследование и сам во всём – раз, раз, раз! – разберусь с помощью дедукции! Так що, о сэр фантом, за... за... замолкни и исчезни, порешим на том! Не тень отца Гамлета, понимаешь! – решительно прогундел Шерлок Холмс и хлестко щелкнул пальцами.

Тут призрак на глазах у всех исчез. Раздались стоны изнеможения, и из кустов малины повылазили деревенские, а из кучи костей встали похрусты, страстно похрустывая костями и громко делясь новостями.

– Вот клёво! – воскликнул сортирчик и клюнул что-то на земле.

И вскоре сим вечером за общим столом пир опять шел горой!

А дедушка тем временем всё решал энту – как ее? – ну из гвоздей, понимаешь, – шарабарашараду: кто же сожрал выторопня? Дедушка целый час и так, и эдак переваривал эвту загвоздку.

– Ага! Я придумал, придумал! Ничего, чичас я узнаю, кто энто слопал выторопня, ёшкин кот! – заорал Холмс, в ярости размахивая желтой тросточкой, словно чудной девичьей косточкой. – Чичас я узнаю, кто из подозреваемых энто сделал! А я подозреваю всех присутствующих и отсутствующих, не исключая похрустов и в особенности тебя, Иван, с твоим Внутренним Голосом, двождызначно! Пусть у того, у кого в желудке не успел перевариться сожранный выторопень, да-да, именно у того, кто сожрал и не удосужился до сих пор переварить ка... ка... каина, случится – раз, раз! – расстройство желудка, однозначно! И пусть эвтот обжора воспользуется сортиром на цыплячьих лапках, понимаешь! И как толькя преступник заскочит в экстазные апартаменты, я тотчас же узнаю, кто он таков, ёшкин кот!

И Ващще Премудрый, вылитый Шерлок Холмс, трожды наисмачнейше щелкнул пальцами. И в ту же наносекундочку какая-то неумолимая силища увлекла Премудрого с желтой тросточкой, словно с чудной девичьей косточкой, из-за стола в сортир на цыплячьих лапках, на тонкодощатой двери которого было написано мелком: «Евродверь из Лавра», причем в слове «Лавра» першая буква «а» была зачеркнута, а над чертой была приписана буква «у», однозначно.

– Ну надо же! Эк стеганул-то от нас, понимаешь, Ващще Шерлок Холмс! – с восхищением зашептались все кругом. – Ну ващще! Во все, понимаешь, лопатки залупил, двождызначно!