Сказание о Доме Вольфингов (сборник)
Шрифт:
Тиодольф рассмеялся в ответ:
«В какой стране она живёт? Далёкой, близкой?Быть может, встречусь с ней в кипящей битве?И если от меча она не сляжет,То увернётся ль Дева от щита?»Но его возлюбленная грустно произнесла:
«Судьба живёт везде. Ни днём, ни ночьюНе спит она. И короля народовВ опочивальню светом провожает,И лезвию меча всегда укажетРешённый путь, и кораблю дорогуПо хлёстким волнам. Горных троп онаНе избегает – опытный охотникСтупает вслед за ней. На берегу рекиКрутой обрыв грозит обрушить внизВсех, кто осмелился стать на краю, —И что же? Судьба уж там!И косу косаря заточит, и на лугТотчас же поспешит, чтоб убаюкатьБеспечно пастуха, а овцы пустьБессчётно погибают. Мы давноНаслышаны о ней, мы, что в сей мир пришлиРождённые богами, мы не знаем,Что в жизни человеку суждено,Какой конец она ему готовит.И потому прошу тебя – нет, не бояться,Не за себя – меня побереги.Ты счастлив ли со мной? Или желаешьВ расцвете дней своих, в расцвете славы,Принять конец?»Тиодольф ответил ей:
«Я долго думал и решил в раздумьях,Что жизнь вторую ты мне даровала.Когда, не зная страха, я сражался,Мои раненья смерть мне предрекали,Но тут явилась ты, твои объятьяМеня вернули к жизни, там, на поле,Орешником поросшем. Я, очнувшись,Мир не узнал – он был богаче, ярчеТем пламенным рассветом, и росоюУмытый, мне казался чудно новым.Ведь засыпая, думал я о смерти,О мрачной, хмурой смерти – и проснулсяВ твоих объятиях – к кипучей, пылкой жизни.С тех пор ещё ни дня не утихалаВо мне живая радость – и прекраснейМне кажутся поля, луга и пашни,И недоспелое зерно, и бражныйЗал Вольфингов, и ястребы на крыше,И родичи, которым я свободуДобыл в кровавой битве, и светильник,Что светит над моею головой,Когда у дев и опытных мужейМоё играет имя на устахВо время пира, и мои доспехи,И древко красноватого копья,Которое, заточенное остро,Стоит у бока моего, у раны,Что исцелила милая рука —Твоя рука. С того рассвета в жизниМоей неугасимая надеждаПылает, как пылал я в битве,Пред тем, как воинов, построенных рядами,В атаку повести, и этимРешить исход сраженья и победуБлистательно добыть. И как же тихо,Спокойно было время после – помнюЯ голос дочери и детские забавы,И руки на моей груди, кольчугойНе скованной, – о, как прекрасна жизнь,Что ты дала мне, что добыл я в битве!И где ж её конец? С тобою вместеВот мы сидим, в божественную сущностьОблачены – и оба рады встрече,И оба мы из Вольфингов».Но женщина нахмурилась:
«О, мой могучий и счастливый воин,Из рода Вольфингов ли ты? Нет злаВ любовных наших встречах, и не здесьТвоя судьба тебя подстерегает.Славны твои свершения, нигдеИ никогда – под страхом смерти дажеТы не пойдёшь на подлость. На устахЛюдей молва о подвигах твоих,Ты лучше божества, и твоя славаНавеки сохранится. Но, как сон,Земное имя. Из чужого родаПришёл ты, чтобы мы смогли с тобойБыть вместе, и однажды ты умрёшь,Поэтому послушай!»Тревога отразилась на лице воина. Он спросил: «Что означают твои слова о том, что я не один из вождей Вольфингов?»
«Ты не из них, – сказала она, – но ты лучше, чем они. Посмотри на лицо нашей дочери, Солнца Крова. Она твоя и моя дочь. Похожа ли она на меня?»
Он засмеялся: «Верно. Она похожа на меня, правда, она прекрасней. Трудно принять, что я живу среди людей чужого рода, не зная этого. Почему ты не говорила мне об этом раньше?»
Солнце Леса произнесла: «Раньше тебе этого не нужно было знать, потому что счастье твоё было в расцвете, а теперь оно увядает. Ещё раз прошу тебя – послушай и выполни мою просьбу, пусть даже превозмогая себя».
Он ответил: «Хорошо, я сделаю всё, что смогу. Ты знаешь, что я люблю жизнь, но я не боюсь смерти».
Она заговорила, и снова её слова сложились в песню:
«Ты бился в сорока различных битвахИ лишь четыре раза пораженьеТерпел, и больше с каждым разомБыл дорог сердцу Солнца Леса, Той,Что избирает Жертву. Но сейчасС обозами вы собрались в дорогуИ выступите завтра. Против васИдёт неведанный, могучий враг,Которому нет равных. Я боюсь,Что слава Тиодольфа увядает, я вижуПоле брани и тебя – убитым…»Воин перебил её: «Нет позора в том, чтобы быть разбитым мощью сильнейшего. Если этот столь могучий народ отрубит ветвь от древа моей славы, оно только пышнее разрастётся».
Но она произнесла в ответ:
«Ты бился в сорока различных битвах,И я стояла рядом, на знамёна,Потрёпанные ветром, я смотрелаДа на осиновые копья, но сегодняЯ не пойду с тобою, ибоЯ подчиняюсь Року. Моё сердцеПредвидит с болью предстоящий бой.Я так боюсь – я не пойду с тобою.Привычная ходить по лесу,Что окружает тучные поля,Я остаюсь. Ты был в чужих краях,Ты воевал с бесчисленной толпойВрагов безжалостных, но те, кто нынеИдут на вас, сильнее и мудрееВсех прочих. И на их знамёнахМогущественный бог. Они живутВ угрюмых, мрачных городахС чернеющими, тусклыми домами,Как в преисподней. Правда, естьТам и прекрасные, чудесные строеньяИз мрамора, где в роскоши пируютВластители и полководцы. Рядом с нимиДома жрецов – там тайные обрядыСвершаются. И близко-близко,Словно стволы деревьев в лесной чаще,Стоят в домах колонны, между нимиПрекраснейшие статуи божеств,Одетые точь-в-точь, как прежде,Ещё до сотворенья городов.А сколько золота у этого народа!Оружия, доспехов – мне не счесть!Диковинные, странные машиныРаботают на них, но для чегоОни – неведомо. Порядком стройнымВаш враг вступает в бой, за ним народыБезмолвно покорённые идут.Друг мой возлюбленный, я ясно вижу:Вот ты спешишь на поле грозной брани.На этот раз могучий, грозный РокВелит остаться твоей Солнцу Леса!Я с Вольфингами на войну не смеюПойти – о, горе, горе, горе, горе!Я вижу смерть того, кто столько битвПровёл, непобеждённый. В этот разГрозит, грозит отважному погибель!Могучий Рок!»Воин, ласково глядя на женщину, ответил:
«Благодарю тебя, мой милый друг!Слова твои верны, любовь крепка,Но умирают все, и мы с тобоюВ конце времён окажемся в однихБожественных палатах. Так зачемМенять судьбу?»На лице женщины появилась радость: «Кто знает Судьбу, прежде чем она настигнет? Моей судьбой долгое время было любить тебя и помогать тебе. Я и сейчас с тобой».
Она запела:
«Мечи народа, что на вас войнойИдёт, – остры, а копья меткоБросает враг. Но есть защита —Кольчуга. Выковал её кузнецОдин. Как ты вступаешь в бой? Где шлем твой?И как прочны доспехи? Как невольник,Ты гол или одет в броню из стали,Как подобает королю?»Тиодольф вздрогнул, и лицо его покраснело:
«О, Солнце Леса, знаешь ты прекрасно,Как бьются люди Марки. В бой вступаемВ доспехах мы, чтобы стрела, случайноНас не убила. ТрусуНегоже убивать из-за засадыМогучих воинов – да ещё прежде,Чем силу, храбрость, мощь они покажут.Но до того, как кончится сраженьеИ враг бежит, доспехи будут снятыИ отличить тогда вождя народаОт самого последнего рабаВозможно лишь по ранам. Пасть в бою,Когда ты сделал всё, что мог, —Достойно!»Женщина, улыбнувшись, ответила:
«О, Волк народа, подожди, послушай!Когда иссякнут жизненные силыИ Вольфинги прославят твою смерть?В огне сжигают дерево с плодами,Которых ещё нет, и с цветом,Что мог родиться, но неужто тыОбречь меня способен на вдовство,На то, чтоб к погребальному кургануТебя я проводила толькоИз-за того, что ты в пылу сраженьяНеукротим, как вольный ветер в поле?Послушай меня, сделай, как прошу я:Кольчуги не снимай! Тогда вернёшьсяС войны на юге ты живым и вместеСо мной воссядешь в тени буков, чтобыМои глаза и губы целовать».И она, лаская, поцеловала его и положила свою ладонь на его грудь. Он мягко принял её ласки и, весело рассмеявшись, сказал:
«О, дщерь богов, ты в нашем мире долгоЖивёшь и видела немало. ПомнишьЛюдей, что, горя не познав, горюютО том лишь, что ещё должно случиться?Сейчас ты, словно дева, что впервыеВ объятиях мужчины, рог заслышав,Зовущий к бою, ластится и жмётся.Ты знаешь, как тяжёл топор, как сердцеПронзает меч. Ты о Судьбе мне пела —А ведь Судьба, о, дщерь богов, и рубит,И пробивает все кольчуги в мире.Да разве может молотом невольникСоздать в огне кольчугу, что отсрочитСудьбою предназначенное? РазвеУкроет сталь грудь воина лихого,Что побеждён врагом его народа?»Теперь рассмеялась Солнце Леса. Смеялась она громко, но смех её был так мелодичен, что сливался с песней лесного дрозда, который только что проснулся и пел, сидя на ветви рябины. Женщина молвила:
«Я, дщерь богов, тебе, могучий воин,Не расскажу о том, откудаКольчугу эту привезли и кто тот мастер,Что выковал её, но, милый, верь мне —Надень её пред битвой и до самыхПоследних взмахов грозного оружьяЕё ты не снимай! И крепкой, прочнойОна тебе защитой станет – жизниТы не лишишься. Року неподвластна,Сама, как Рок, кольчуга защитит».Поделиться с друзьями: