Чтение онлайн

Но эта ночь была лишена тревог, и девушка не заметила, как задремала. Облокотившись о ствол старой сухой ели, она закрыла глаза и погрузилась в тяжёлые раздумья. Селека вспоминала своё беззаботное детство и первый меч. Дядя подарил ей его на именины. И хотя отец был категорически против, маленькая княжна тайно тренировалась на заднем дворе поместья. Девушка думала о своём первом дне в Академии. Как смешно теперь было вспоминать обо всём этом! Гвайр вела себя слишком безрассудно, относилась к товарищам так, словно они были пустым местом. Но именно благодаря им Селека осталась жива, а не погибла от лап волколака. В тот день девушка поклялась, что отомстит каждой волчьей твари, что встретится ей на пути. Она и подумать не могла, что её с Аррагой пути столь тесно переплетутся.

Проснулась Гвайр от того, что волчья ведьма осторожно коснулась её плеча. Открыв глаза, княжна сонно посмотрела на Аррагу.

– Рекхар что-то нашёл.

Селека тут же очнулась ото сна. Благодарно кивнув женщине, она поднялась на ноги и осмотрелась в поисках Рекхара. Рыжеволосый юноша сидел на земле в нескольких метрах от них и внимательно рассматривал на земле какой-то отпечаток. Княжна отчаянно взмолилась Свету, чтобы это был след грифона. Они все проделали столь огромный и тяжёлый путь, но до сих пор не нашли ничего, что указало бы им путь к этим животным. Лишь скорлупа на Аурхуут и перья в лесах возле Аловета. Когда Гвайр приблизилась к волколаку, он поднял на неё пристальный взгляд.

– Человек.

Отпечаток действительно принадлежал человеку. На мгновение Селека почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног. Всё бесполезно. Им никогда не найти грифонов. И всё Медвежье плато обречено на уничтожение. Беральд доверился ей, княжне Леопардов, позволил отправиться в столь опасное путешествие, а она ничем не могла ему помочь. Гвайр была лишь слабой бесполезной девчонкой, верившей в сказки. Скорлупа на Аурхуут могла принадлежать любой другой крупной птице, как и перья в лесах Аловета. Всё это было лишь красиво приукрашенной ложью. Но прежде чем Селека впала в полное отчаяние, Аррага громко произнесла:

– Это мужчина. Тот самый.

Гвайр, вырвавшись из оцепенения, удивлённо посмотрела на волчью ведьму. Она говорила о Кайласе Тарамире? Его записку они обнаружили несколько дней назад, прямо перед тем, как на них напал Рекхар. Судя по всему, след был свежий, и запах ещё не выветрился, раз Аррага так легко его узнала. Селека и не думала, что они нагонят мастера Кайласа столь быстро. Но теперь, когда молодая княжна присмотрелась, она лишь сильнее убедилась в том, что это действительно был след одного из её наставников. Тарамир всегда хромал на одну ногу, поэтому отпечаток правого сапога был глубже, чем левого. Ещё никогда прежде Селека не чувствовала себя настолько счастливой. У неё появилась призрачная надежда, что ещё не всё было потеряно.

– Вы пришли не одни?
– напряжённо спросил Рекхар. Он выглядел обеспокоенным, и Селека не понимала причины. Один человек в Сат-шибале не мог сделать ничего плохого. Кайлас Тарамир наверняка даже не знал, в какой стороне находятся горы грифонов. Впрочем, Гвайр и Аррага уже второй раз наталкивались на его следы, что так подозрительно попадались им на пути... Словно старый паладин, напротив, прекрасно знал, куда идти.

– Он не с нами, но я его знаю, - пожала плечами Селека.
– Это мой бывший наставник, Кайлас Тарамир. Не волнуйся, он не сделает ничего плохого.

– Он уже сделал плохое - проник в Сат-шибале!
– Рекхар зарычал.
– О мои боги, это катастрофа. Это настоящая катастрофа!

Волколак вскинул связанные руки, словно обращаясь к небу, и сдавленно взвыл. На лице его отразился настоящий испуг, и Селека заволновалась. Она не могла понять, что так обеспокоило Рекхара.

– Это всего лишь один человек! К тому же хромой.

– О, и ты хочешь сказать мне, что он не сделает ничего плохого?
– Рекхар усмехнулся.
– Вы, люди, никогда не поймёте. Сотни лет король этого места оберегал священные горы Солнца и Луны от таких вот путешественников и искателей приключений. Вы врываетесь в сокровищницы, грабите древние реликвии, уничтожаете всё то, что наши предки воздвигали с таким трудом.

Волколак едва ли не срывался на крик, и Селека уже пожалела о том, что сказала нечто столь глупое с точки зрения Рекхара. Она всё равно не понимала, почему Кайлас Тарамир совершил какое-то зло, просто посетив древние неизведанные земли.

– Ты спросишь, что может сделать один этот человек?
– продолжал Рекхар.
– Я скажу тебе. Он вломится в священные горы Солнца и Луны. Он будет разрушать всё, что попадётся ему на пути. Он заберёт древние реликвии, нарушит покой детей Света. А если он собрался убить грифонов? Зачем они ему? Забрать на войну, где они наверняка погибнут?

Селека нахмурилась. Была разница между "просить о помощи" и "забирать насильно". Девушка не знала, зачем Кайласу Тарамиру понадобились грифоны, но Рекхар был очень этим обеспокоен. Лицо его стало бледным, как у мертвеца, а глаза налились кровью. Гвайр даже не решалась посмотреть на своего пленника. Он был очень, очень испуган.

– Сотни лет сторожил эти земли мой отец!
– воскликнул рыжеволосый, обхватив голову руками.
– Сотни лет после смерти моего отца эти земли сторожил я! И теперь всё напрасно! Я подвёл Их. Я не достоин называться королём! И почему? О боги, я решил помочь своей сестре! Я всего лишь хотел помочь сестре. Почему ты постоянно лишаешь меня всего, Аррага?! Почему ты сеешь вокруг одно лишь разрушение?!

Он завыл. Аррага удивлённо смотрела на Рекхара, не понимая, чем вызвала подобный гнев. Но волколак даже не пытался её тронуть. Он был разочарован и напуган. Селеке даже стало жаль его. Рекхар был королём, хранителем Сат-шибале, и долгое время защищал эти земли от чужаков. А теперь один хромой паладин и две девчонки могли разрушить всё то, чего добивался он и все его предки целые столетия. Но Селеке необходима была помощь грифонов. Она не собиралась их красть, причинять им боль или заставлять отправляться на войну насильно. Девушка хотела лишь попросить их. Не более.

– Я не причиню вреда ни твоим богам, ни древним реликвиям, ни грифонам, - прошептала Селека, касаясь плеча Рекхара.
– Я не верю, что Кайлас может причинить кому-то зло, но если ты так беспокоишься, мы найдём его. Когда я закончу то, ради чего я сюда пришла, мы все вместе с Аррагой вернёмся в Сангенум и больше никогда не потревожим эти земли.

– Я тебе не верю. Клянись на крови.

Селека изумлённо выдохнула. Этот варварский ритуал был неприемлем для паладинов. Если бы кто-то из старейшин Ордена узнал бы об этом, Гвайр была бы немедленно изгнана, объявлена еретичкой и проклята всеми послушниками Света. Но Рекхар не собирался её слушать. Если Гвайр хотела, чтобы он взял себя в руки и довёл их до священных гор Солнца и Луны, где скрывались грифоны, девушка должна была поклясться на крови. У неё не оставалось выбора. Чёртов волколак манипулировал ей!

Тяжело вздохнув, воительница вытащила из-за пояса кинжал и прижала его к коже на ладони. Холод лезвия заставил девушку вздрогнуть, но она безжалостно нанесла себе аккуратный порез, из которого тонкой струйкой потекла алая кровь.

– Я, Селека Гвайр из рода Леопардов, рождённая в Западном порте, адепт Нового учения, клянусь на собственной крови, что не причиню зла детям Света, буду относиться к ним с уважением и трепетом и никогда не пойду против их воли. Я клянусь, что буду вежлива с ними, даже если они откажут в моей просьбе. И если мне будет приказано возвращаться в свои земли и никогда больше не тревожить Сат-шибале, я не стану сопротивляться и выполню приказ. Клянусь Светом. Клянусь на собственной крови.