Чтение онлайн

Тот, что стоял у моих ног на коленях, назовем его Сомерайтом, немного приподнялся и направил пульсирующую головку своего члена прямо к моему лоно. Он не торопился, вожделенно следя за моей реакцией. Барджузи, тот, что целовал и мял мою грудь, на мгновение отвлекся, но решил продолжить, теперь он нежно покусывал мои соски и затем посасывал их, избавляя от напряжения, нежно сжимал и разжимал груди, повторяя сладкую пытку. Гроуд же, положил мою голову себе на колени и стал нежно оглаживать, разминать виски. Его горячий член был прижат к моей щеке…

Тяжелая, пульсирующая головка туго втиснулась в мою пустоту, но благодаря влаге, без напряжения прошла дальше. Сомерайт зашипел, закатив глаза. Кажется, ему было хорошо. Но вот мне с этого ракурса было страшно.

Он начал двигаться медленными толчками, каждый раз немного отступая назад, но входя глубже. Томно и сладко. Он делал это пока не вошел до конца, не уперся в преграду внутри меня и тогда словно обезумел, поймав какую-то свою волну.

Барджузи больше не покусывал мою грудь, он стиснул ее и держал, а Гроуд опустил свои руки мне на плечи, чтобы я не смела шелохнуться. Демон между моих ног входил в меня резко, часто, буквально вбивая в колени Гроуда. Мне не было больно от этого, но пожалуй, такой темп был слишком быстрым для того чтобы мне достичь наслаждения. Но ему и нужно было вовсе не это. Он всаживал себя в меня снова и снова, шипя, рыча, туго вбиваясь опять и опять. Я чувствовала, что он, должно быть все же не входил в меня весь, и это словно злило его, он хотел большего. Его жесткие руки больно сжали мои бедра и я поняла, что он близок к цели, я ощутила, как внутри меня его плоть начала мелко вибрировать и это были такие необычные ощущения, что я почти провалилась в свой стон, но не успела достигнуть апогея, в отличие от Сомерайта.

Горячее семя толчками пролилось в мое лоно и я почувствовала томную тяжесть внизу живота, а затем пустоту, когда демон стремительно вышел, уступив место Барджузи.

Этот уже не медлил, вошел сразу, на всю длину, очень туго и часто задвигался, заставляя семя Сомерайта покидать меня, стекая по складке между ягодиц. Его член будто был короче, но толще, потому что я чувствовала, как он бился об меня пахом и мне было почти невыносимо тесно с ним внутри. Его продолжение также начало мелко вибрировать, причиняя мне удовольствие на грани экстаза. Наконец и он запрокинул голову изливаясь в меня горячо, толчками вбивая остатки семени в преграду внутри.

Настала очередь Гроуда и он по-хозяйски перевернул меня на живот, ввел два пальца между складочек, поводил и вынул, а затем скользким и густым намазал мою вторую дырочку и сильно уперся в нее головкой, дожидаясь пока я приму его сама. Как бы то не звучало, но это было совсем не сложно — я к тому моменту уже совсем обезумела от желания разрядки. Узел в животе сжимался так, что становилось мучительно больно…

Его движения были не быстрыми, плавными. Он входил и выходил снова, исследуя меня и причиняя удовольствие… "Так вот значит зачем охотится Амарант" — не весело подумала я. Но мне было безразлично. Я хотела большего. Еще сильнее, еще глубже, мне нужно было все возможное для того чтобы достичь долгожданного апогея, иначе я бы просто умерла, выбившись из сил.

Гроуд приподнял меня за плечи, продолжая скользить во мне и снизу лег Сомерайт, а может быть и Барджузи… нет Сомерайт — он ввел в меня свой длинный член, не встретив никаких препятствий и задвигался в ритме с Гроудом. Я была такая тугая, скользкая внутри и снаружи от них, от себя. Они углублялись по очереди создавая внутри меня какую-то невероятную симфонию чувств, оставляя меня на грани разрядки, но не подпуская к ней. А я хотела нырнуть за край!

Барджузи взял меня за волосы и подставил к приоткрытому рту напряженную розовую головку, а я с готовностью принялась облизывать ее и посасывать, как показывала Жасмин на примере огурца. Только тут был целый кабачок, и я и его с готовностью приняла в свое тело. Все это не могло долго продолжаться, я почувствовала во рту, в своем лоно и заднице знакомые вибрации, они были близки, но в этот раз не торопились, давая мне насладиться, дойти до конца… и я взорвалась этим всепоглощающим чувством, оглушительно громко, до искр в глазах уже на волнах отступающего экстаза, почувствовав, как все трое изливаются в меня и кажется, потеряла сознание…

Потерять сознание не так необычно, как очнуться после этого и понять, что провел в беспамятстве не час и не два. Этот краткий миг, на который я позволила себе провалится в мирное ничто на самом деле длился не меньше пяти часов, потому что, когда я наконец раскрыла глаза, за мансардным окном прямо надо мной уже занимался рассвет.

Я лежала на смятых простынях раскинув руки, смотрела на светлеющее небо над собой и боялась пошевелиться. Мне очень хотелось, чтобы все, что со мной произошло оказалось просто сном, что я на самом деле не пошла на это… это безумие и ночной гость не пришел, а просто подарил мне двадцать пять тысяч делариев.

Нет, я никогда не думала, что деньги в "Лиловой Розе" достаются цветочкам мадам Кардамон за так! Я прекрасно видела, в каком состоянии иногда пребывали девочки после ночи с гостями, взять хоть оргии Жоржетта Второго, чего только я не наслышалась и не навидалась после них. Например, один раз пришлось вынимать бутылку от шампанского из Амаранта… хорошо, что это было розовое шампанское "Мильский бутон", которое продавалось в длинной узкой бутылке, а не в обычной. Гости порой доходили до крайности в своей жестокости и жажде удовлетворения самых низменных плотских потребностей.

И все же, лежать так и бояться дальше было нельзя — тело начало затекать от напряжения, и я медленно села в кровати. Это был кошмар… все мои причинные места болели, а ноги и грудь были улиты… стараясь не вдаваться в подробности даже для самой себя, я бросилась к тазу на туалетном столике, в котором осталась вода с вечернего умывания. Я смочила в ней полотенце и яростно терла себя, пока не убедилась, что не осталось и следа. Холодная вода бодрила, растертая докрасна кожа горела… но я все равно чувствовала себя грязной. Сейчас мне хотелось выпить "горькую участь шлюх" так, будто то была не жижа из личинок древолаза и полыни, а желанный Богами волшебный нектар… пожалуй, только это средство сейчас утолило бы мои терзания.

Что осталось мне от вчерашнего пика наслаждения? Горькие мысли о том, что три демона использовали меня, как вещь и их грязь осталась на моем теле, но хуже того, во мне самой, ведь я никогда не смогу этого забыть. Вот она, истинная цена красоты на продажу… неужели моя мать так зарабатывала на хлеб и кров? А мои сестры? Неужели кто-то в целом мире готов на такое ради достатка?

"Им больше не придется" — напомнила я себе и строго посмотрела на себя в зеркало напротив. Растрепанная, с яростным румянцем на щеках, я все еще была красива той кукольной красотой, которая в большой цене у сластолюбцев. Но это же не я, так чего жалеть? Могло ли нечто подобное перепасть на долю страшной уродины, которой я была до того, как надела зачарованный амулет?

Я с содроганием вспомнила о том, как в тайне мечтала, чтобы в темном переулке ко мне пристал незнакомец и сделал со мной то, на что при свете дня никто не отважился бы даже на спор. Я всего лишь хотела не видеть лица, чтобы затем представлять себе на его месте любое другое… я была такой идиоткой! Все это расхваленное чувство полета, соприкосновения с божественным, погружение в саму сущность магии и прочие эпитеты, которые люди подбирают к оргазму не стоит той грязи, которую это чувство может за собой таить!

Я вспомнила короля Генриха… своего ласкового короля, первого любовника и чуть не расплакалась. Пусть и не любя, но он дарил нежность, он не искал эмоций только для себя, ему хотелось быть сопричастным с моими переживаниями. Хотя, быть может и то было особой формой извращения?

И я снова одернула себя. На что же я надеюсь? Неужели я так свыклась со своей начарованной красотой, что уже строю на нее планы?

Найти любимого мужчину…

Стать ему верной женой…

Воспитать детей вдали от этой грязи, чтобы они даже не допустили мысли о том, чтобы зарабатывать на кров и пищу лежа на спине…