Чтение онлайн

В Вогезах, если вам навели порчу на глаза, нужно сказать: «Красный дракон, синий дракон, белый дракон, летящий дракон (вариант: свирепый), кто бы ты ни был, я требую, я заклинаю тебя, отправляйся в глаз самой большой жабы, которую сможешь найти».

Нужно открыть глаз больному и трижды подуть внутрь, говоря: «Дракон, уходи, как ветер!».

Из одного своего кармана колдун вытаскивает грязную книжечку, вырывает оттуда листочек, на котором пишет что-то плотницким карандашом, с трудом найденным в глубине другого кармана. Он старается и при каждом движении карандаша высовывает кончик языка. Закончив, он тщательно сворачивает листок и протягивает его бретонцу, хмуря брови при этом.

— Завтра утром, как только ты услышишь первые за день слова, ты проглотишь эту бумагу… Через короткое время болезнь уйдет. Главное, остановись на этом и не впутывай в твою историю врача…

Он творит крестное знамение в обратном порядке и медленно уходит, пятясь. Марк слышит, как Галиотт задает ему вопросы, потом звук телеги из Ну, на которой он приехал в свою кузницу, как и было велено. Тогда Бретон нетерпеливо разворачивает листок. Он жадно читает эти странные и непонятные слова, начерченные рукой колдуна: «Abraxas, garaze, eglatus». Сделав это, он снова в страхе сворачивает листок, как если б он только что навредил своему здоровью.

В Тарне крестьянин, если его животное страдало язвой из-за глистов, становился рядом с одним из побегов бузины и, выкручивая ей ветку, произносил приветствие, обращаясь к ней со следующими словами: «Здравствуйте, мадам бузина, если вы не выгоните глистов оттуда, где они есть, я сломаю вам ногу».

Персиковое дерево может снять жар. В Марселе, если не удалось безопасно сбить температуру, больной должен уснуть в тени персика, опираясь спиной на ствол; достаточно двух-трех часов; больной встает уже вылеченным, но персиковое дерево начинает желтеть и вскоре погибает. Кроме того, персик — это проклятое дерево колдунов: последние, по-видимому, могут лечить своих больных, только перенося проклятье на него.

Кусок истинного Креста — это реликвия бесценная в деле снятия порчи и колдовства. Но не всем дано суметь раздобыть себе подобную реликвию. Часто люди думают, что обладают куском дерева, на котором был распят наш Спаситель, но на самом деле у них есть всего лишь кусок, срезанный с первого попавшегося дерева. И вот тогда вера действительно творит чудеса, как это видно из следующего рассказа.

«Одна женщина из окрестностей Вантрона, в Вогезах, была заколдована и жестоко страдала. Напрасно обращалась она к докторам и к заклинателям порчи: проклятье, которое ей довлело, не брало ни одно лекарство, ни одна чудодейственная молитва. Она уже было отчаялась в возможности выздороветь, как один священник посоветовал ей, чтобы сразиться с демоном, вооружиться куском истинного Креста. Если б она могла приложить к груди эту святую реликвию, наверняка пришло бы избавление. Она искала, искала, ну, да у кого же в деревне могла быть хотя бы малейшая частичка священного дерева? Ни у кого. Один из родственников больной, тронутый горем женщины, сказал, что он найдет средство для облегчения ее страданий, даже если для этого ему придется отправиться на край света. Он отправился в путь, полный веры. Человек шел долго-долго; но напрасно он стучался во все двери, ему никак не удавалось заполучить то, что он так долго не мог разыскать. Нет такого пыла, который не остывает. Однажды вечером, когда, усталый и упавший духом, наш путешественник сидел на телеге, им внезапно овладел сон. Говорят, утро вечера мудренее, и в данных обстоятельствах это было верно. Когда на следующий день человек проснулся, решение было принято. Он раскрыл свой нож, сделал насечку на одном из бортов телеги, на которой отдыхал, и отрезал от него кусок, величиной не более, чем ноготь на мизинце. „Дерево за дерево, — сказал он себе, — это ничуть не хуже, чем другое. Там видно будет“. Сделав это, он спокойно отправился обратно в деревню, куда вернулся на девятый день вечером, с торжественным видом. Он был принят с распростертыми объятьями. Порченая, нимало не подозревая обман, истово поцеловала кусочек дерева и приложила его к своей груди. Чудо! Дьявол, задыхаясь, с пеной на губах от бешенства, тут же вышел из тела несчастной, бросив ей следующие слова: „Если б у тебя не было веры, и миллион телег не заставил бы меня убраться“».

Однажды утром десятилетняя девочка встала с постели и пошла за дверь по нужде. Покуда она этим занималась, ее так сильно «оглушило» ветром, что она упала, не прерывая своего занятия, и не могла встать. Она закричала, позвала родителей, которые перенесли ее в дом. Там она пожаловалась на сильную боль в боку и особенно в ноге.

Болезнь не унималась, несмотря на старания целителей; родители отслужили за нее мессу — ничего не помогло. Ребенок не мог пошевелиться. Через некоторое время мимо проходил один очень старый уставший человек, который попросил себе пристанища. Видя, что родители девочки печалятся и горюют, он спросил у них о причине. Когда ему были даны разъяснения, он велел принести к нему ребенка; он осмотрел его и сказал:

— Я вылечу ее и безо всякой мессы; порыв колдовского ветра был ужасно сильным, он был смертельным, но девочку только слегка зацепило. Несмотря на все это, она будет хромать всю оставшуюся жизнь.

Родители не очень-то поверили, когда старик сказал, что снимет проклятье без мессы; но поскольку он был мудр, он понял их мысль и добавил:

— Когда кто-нибудь получает проклятье от злого колдуна, никакие божественные обряды не могут его разрушить; когда оно наслано Господом, мессы от него освобождают.

Родители были вполне довольны и сказали старику, что они ему очень доверяют. Тогда тот сказал им:

— Принесите мне кастрюлю, сало, гвозди и клещи, и разведите огонь.

Старик поставил кастрюлю на огонь и бросил туда сало и гвозди. Когда все это закипело, он сказал:

— Теперь приведите вашу дочь и посадите ее на спину животного, которого вам менее всего жаль.

— Взять курицу? — спросили родители.

— Да, да, — ответил старик.

Отец и мать держали девочку на спине курицы, в то время как старик по одному щипцами вытаскивал из огня гвозди и вбивал их в каминный колпак. По мере того, как он вколачивал, девочка чувствовала себя лучше, а курица кричала. Когда все было окончено, девочка встала, прихрамывая, а курица камнем свалилась на пол. Она была мертва. Тогда старик сказал:

— Колдун, который навел порчу, проткнут этими гвоздями в камине, и вы можете быть уверены, что он вам ничего никогда не сделает.

Мне говорили, что на Корсике дурной глаз называют Ордин. Моя корреспондентка добавила, что она видела, как плакали матери, которые у постели своего больного ребенка допустили ужасную ошибку, сказав, что у него все хорошо, и затем не отвели проклятье, добавив: «Благослови его Бог».

По счастью, почти повсеместно есть синьядури, обладающие даром исцелять дурные последствия ордина. Эти женщины знают ритуал, совершаемый только рождественской ночью. Они наливают в тарелку воду и затем кладут туда прядь волос или распашонку больного ребенка. Они крестятся и, взяв масляную лампу, окунают туда мизинец, а затем дают маслу стечь к тарелку. Если капли масла в воде не двигаются, значит, ордина нет, это просто какая-то болезнь. Но если они растекаются, значит, это ордин. Тогда, чтобы снять проклятье, иногда нужна сила многих синьядури, которые, утомленные, в поту, просят помощи еще и у других синьядури, и так до тех пор, пока непослушный ордин не будет снят.

В XIX веке бедняки водили медведей из провинции в провинцию, объявляя везде, где проходили, о том, что тот, кто сядет на медведя верхом, больше не будет подвержен страху. Этот скромный промысел практиковался также в Париже; как только кто-нибудь садился верхом на медведя, его хозяин, с шапкой в руке, заставлял животное сделать несколько шагов, поворачиваясь, и бормотал некие слова, которых совершенно не было слышно. Все это — за дубль (монетка, грошик, двойной — прим. ред.).