«Сказать все…»: избранные статьи по русской истории, культуре и литературе XVIII–XX веков
Шрифт:
Разумеется, «своя правда» (как всегда у Пушкина) есть у всех героев «Полтавы»; и в этой поэме личное, частное уже раздавлено, перемолото историческими жерновами, и несчастная дочь Кочубея сходит с ума; да и последние строки «Полтавы» внешне близки к будущему финалу «Медного всадника». В 1828-м – летучая память о страданиях и гибели Марии… В 1833-м – гибель Евгения – «похоронили ради бога». Но тем более отчетливо видна разница авторского взгляда. В «Медном всаднике» две правды, которые не поддаются закону сложения, вычитания: итога нет; в «Полтаве» же все-таки общий итог существует:
В гражданстве северной державы, В ее воинственной судьбе, Лишь ты воздвиг, герой Полтавы, Огромный памятник себе…Памятником как главным положительным аргументом истории заканчивается «Полтава»; «Медный всадник» – с памятника только начинается.
Будто оспаривается, «взрывается» финал первой петровской поэмы.
Памятник воздвигнут… Но что же дальше? Пять лет всего разделяют две поэмы, но какие годы!
Посредине этого периода – 1830–1831: революции и восстания во Франции, Бельгии, Италии, Польше; нашествие холеры, бунты в Петербурге и военных поселениях…
Конец ознакомительного фрагмента.