Чтение онлайн

— Эй, Диль! — кричит он, будто знаком с ним как минимум полвека. — Ты когда в следующий раз в город собираешься?

— Как скажут, так и пойду, — пожимает он плечами.

— Спроси-ка у Деда, не отпустит ли он меня с тобой ненадолго! Да-да! Я помню, — он закатывает глаза, примечая, как изменился тот в лице. — Бежать в любом случае бессмысленно. Ты вездесущ.

— С чего это… — начинает Диль свою шарманку.

Ноги его подкашиваются. Он, секунду назад здоровее некуда, вдруг падает и начинает кататься по земле, хватаясь за голову.

— Что с ним? — спрашивает растерянно старик.

Ён и сам не знает. Он садится на корточки возле Диля, готовый отскочить в любой момент, если вдруг тот решит развернуться в его сторону.

— Свяжись с Дедом, — повторяет он. — Тогда помогу.

Диль застывает и смотрит на него из-под жмущихся друг к другу локтей. Его внезапное спокойствие настораживает Ёна.

— Угрожаешь? — по лицу Диля течёт пот, хотя взгляд бездумен и холоден.

Он яростно сжимает зубы, не желая говорить, но слова всё равно срываются.

Ён только сейчас соображает, как выглядит со стороны его просьба. С одной стороны, он не прочь оставить Диля пострадать на подольше. С другой, речь идёт только о пострадать. От мысли о том, что с кем-то может случиться из-за него что-то ужасное (самое непримиримое — смерть) его пробирает озноб.

Однако Ён не успевает подумать об одном, как мысли его заполняет новая тема. Как же Диль свяжется с Дедом? Как они общаются между собой, да еще так быстро. Явно здесь есть какая-то сеть. Ён невольно осматривает небо над ними и глазеет по сторонам в поисках вышки. Вероятно, Дед провёл свою сеть.

Тогда получается, что он совсем не простой человек. Создать свою сеть, да ещё и за серыми стенами, разве это не ужасающая сила?

Вот уж воистину нужно быть аккуратнее со своими желаниями. Совсем недавно Ён рассказывал Гао, чего бы он хотел, и вот теперь он стоит за серыми стенами, с одной стороны придавленный общественным мнением, с другой — загадочными могущественными личностями. Его имя гремит на весь город, но упоминают его не как героя. Теперь он замешан в крупнейшем деле последних, может, лет пятидесяти, да только отнюдь не в роли достойного полицейского.

— Ну так что? — торопит он.

Ещё секунда — и рванёт за Врачом. Жестокость явно не его конёк.

— Хочешь выбраться в город? — цедит сквозь зубы Диль. — Думаешь, тебе там рады? Скорее за пазухой у каждого по камню. Миллионы камней… Выдержишь?

— Вы меня фигуркой из глины считаете? — Вопросы задаются с упором на проверку. Будет ли он мёртвым грузом? Постарается ли сбежать, создавая им новые проблемы? Или покорно принял своё положение? Как будто кто-то из этих действительно волнуется о его состоянии. Посмешили тоже! — Я согласился не мешать вам, потому что вы можете помочь мне. Эта взаимность перечёркивает все задолженности между нами — хорошее отношение, сохранение жизни, помощь. В конце всё сведётся к двум возможным вариантам — либо вы убиваете меня — и что-то мне подсказывает, к иному решению вас не склонить, — либо я веду вас под суд. И в этом случае, никаких поблажек вы от меня тоже не ждите.

— Ставишь условия? — выдыхает Диль. — Хорошо, но только потому что времени в обрез…

Он резко замолкает и хватается за волосы. Боль настолько сильна, что совладать с ней не может даже самый опаснейший из преступников.

Ён поднимается и идёт за Врачом.

— Может, понесёшь? — советует старик. — Долго же промается, пока ты туда сбегаешь, потом обратно.

Однако Ён не настолько силён, чтобы нести взрослого человека. Да и велика честь тащить этого юродивого на себе. Поэтому он отмахивается и прибавляет шаг.

[1] Синь Гао в значении Новогаощина (Новые Гао). Синь — новый, то есть пытающийся занять место Гао, Лже-Гао.

Улыбка Великого Гао светла и приветлива. Собравшиеся возле экранов люди кричат от восторга, зовут его, хотя и понимают — он их не услышит.

Ён радуется со всеми. Недолго, но радуется. Затем в сердце его закрадывается неприятное сомнение. Кажется, что-то в происходящем не так. Что именно, уловить в духоте улиц не получается. Ну же! Ещё чуть-чуть и додумается! Совсем немного. Но нет, причина гложущего чувства ускользает.

Великий Гао говорит, сохраняя лучезарную улыбку:

— Раз вы видите меня, и слышите меня, и снова полны надежд, значит это моё наказание. Ад распростёрся на тысячи километров, целый иной мир, наполненный страданиями. А самое жуткое место для меня — не он. Нет! Самое жуткое место для меня здесь. В городе. Перед вами.

Радость людей сменяется молчаливым удивлением, которое затем превращается в ужас. Одни начинают вопить, вторые — хватаются за головы, рвут на себе волосы. Бесчисленная толпа в секунду сходит с ума.

Нечленораздельные звуки, мычания, гневные выкрики, но не в сторону Гао, а на того, кто стоит рядом. Последователи ищут предателей, которые разочаровали Гао; тех, из-за кого он расстроен, получил настолько сильные душевные раны, что говорит не менее ранящие слова. И находят их в лицах своих соседей.

Ён успевает уйти от потасовки до того, как она его затронет.

Жара по-прежнему наполняет город, однако теперь сливается с запахом крови и дыма. Пять минут. Ён идёт по улицам города, сворачивая то там, то здесь, всего пять минут. Как за такой короткий срок мог случиться полнейший хаос?

На всём пути с экранов его сопровождает добродушная улыбка Гао.

Ён сворачивает в очередной переулок, когда из окна, разбив стекло, ему на голову вместе с осколками летит стул. Людям больше не страшны наказания. В людях больше не осталось веры. Люди лишились надежды. Вместе с чувствами, которыми их одаривал Великий Гао, ушло и нечто иное. Они по-прежнему выглядят как люди, ходят как люди, даже кричат как люди. Вот только поступать как люди они больше не в состоянии.

Внутри Ёна тоже образуется пустота, разрастается, но сердце пока нет захватила, только колет, сильно так, иногда даже дышать нет сил. Он никогда не верил в чистоту намерений Гао, никогда не считал его лучше любого, кого встречал на своём пути. Так почему?

Ён открывает глаза. Лоб холодят капли пота, на грудь камнем ложится тьма. Он не сразу вспоминает, где он и почему вокруг хоть глаз выколи. Из кабинета Врача доносится храп — Диль сегодня ночует в лечебнице. Обычно он заглядывает ненадолго, а потом снова исчезает в неизвестных направлениях. Однако Дед дал ему передышку.

Как понял Ён, Диль должен был следить за тем, чтобы он ничего не выкинул перед походом в город. Однако самодовольного крысёныша вообще не волнует, имеет ли Ён на уме какие коварные планы, готовит ли какие пакости. После припадка он как ни в чём ни бывало нажрался неведомой гадости и улёгся спать на кушетке.