Чтение онлайн

— Я ничего не анализирую, я просто наблюдаю. Почему он старался держать ее на расстоянии? Он же ее целовал, или она ошиблась? Похоже, что ему вчера хотелось, чтобы между ними завязались какие-то отношения. Даже если они будут недолгими. Но отношения требовали общения.

— Это называется поближе познакомиться с кем-то. Кейн прекрасно знал, как это называется.

— Будет лучше, если вы не станете делать этого. Лиз покончила с омлетом и выбросила бумагу.

— Чего не делать?

Она принадлежала к кристально чистому миру. Его мир был черно-серым. Кейн хотел остаться один в своем мире.

— Вам ни к чему излишняя информация обо мне.

— Слишком поздно, — ответила Лиз, наскоро приводя комнату в порядок. — Я уже начала ее получать.

Кейн взял ее за руку, словно его прикосновение могло привести ее в чувство. Они были двумя разными берегами реки. Если она будет как-то связана с ним, цельность ее мира может пострадать.

— Тогда остановитесь!

— Кейн, я не могу сделать это так просто, словно перекрыть кран. Надеюсь, вы понимаете это?

Она посмотрела на его руку. Лиз ждала продолжения, но Кейн отпустил ее.

— Кроме того, нам придется вместе провести несколько дней до того момента, когда вы найдете Кэти. — Последнюю фразу она сказала так, как читают молитвы. — Мне кажется, что мы могли бы стать друзьями.

— У меня нет друзей.

Лиз решила расценить его слова не как предупреждение, а как приглашение:

— Тогда я стану вашим другом. — Почему она так ему навязывается? Что с ней случилось?

— Вы что, не понимаете? Мне не нужны друзья! — Он искренне верил в это.

— Друзья нужны всем.

— Но не мне.

Его резкий и даже злой ответ насторожил ее.

— Чего вы боитесь? Кейн нахмурился:

— Вам нужен друг? Хорошо. — Он пошел к двери. — Пошли.

Он из-за нее терял над собой контроль. Если все будет и дальше так продолжаться, от него будет мало пользы в том деле, которое так важно для них обоих. Он был полицейским! И должен оставаться им! Да, Элизабет чертовски привлекательна, но если он сдастся, то проиграет. И Лиз проиграет вместе с ним!

— Я не хочу создавать трудностей. Он фыркнул:

— Тогда вы странно себя ведете.

— Я вам благодарна за все, что вы делаете для меня… — начала Лиз.

— Ну, хватит! Я просто выполняю мою работу, — прервал он ее.

Но Лиз уже трудно было смутить резким выпадом: она раскусила и его упрямый характер, и его ранимую душу. Если будет нужно, она сможет быть такой же упрямой, как и он.

— …За все, что вы делаете для меня, — продолжала она. — Одно то, что вы разрешили мне поехать с вами…

У него нет времени для выяснения отношений. У него нет времени для болтовни. И никогда не было.

Он повесил трубку.

— Ну, что?! — быстро спросил его Кейн, когда Редхок еще не успел положить трубку на аппарат.

Широколицый индеец улыбнулся.

— Один из санитаров, работающий в вечернюю смену, считает, что видел эту женщину. — Редхок постучал карандашом по фото, лежащему у него на столе. — Он говорит, что запомнил ее, потому что одной рукой она держала младенца, а другой как-то странно трясла. Он еще подумал, что так она может уронить ребенка. Когда санитар сказал ей об этом, она ответила, что занимается младенцами двадцать лет, и еще ни одного не уронила.

Лиз резко вскинула голову: она вспомнила! В ее памяти отчетливо возникла сцена: женщина, стоявшая у двери с Кэти на руках. При этом правая ее рука тряслась. Лиз обратилась к Мэдигену:

— Это она! Санитар видел Розалинду Вард! У нее нервный тик!

Мэдиген о чем-то задумался.

— Опишите это мне, — сказал он Лиз. Интонация у него была такая, что Элизабет и Редхок вопросительно уставились на него.

— Что описать? — спросила Лиз.

— Как она трясет рукой. — Кейн кивнул на руку Лиз. — Покажите нам, как она это делает.

Слова имеют разные значения для людей. Лиз говорила о простой нервной дрожи в руках. Если это так, то от его предположения придется отказаться.

Лиз пожала плечами: она не понимала, что хочет от нее Кейн.

— Я не знаю, как сказать: трясет рукой. Ну, так, словно у нее в ладони были монетки и она трясла ими… — Она посмотрела на Кейна, ожидая его следующего вопроса.

— Может быть, это выглядело так, словно она перемешивала игральные кости?

— Кости? — удивленно спросила Лиз. Кейн кивнул:

— Как будто она сидит за игральным столом в Лас-Вегасе и играет в кости.

Элизабет еще раз прокрутила в голове этот образ.

— Да, можно сказать, что рука словно готовилась бросить кости!

Это было странное предположение, но иногда такие вещи приносили пользу.

— Возможно, мы имеем дело со страстным игроком. — Кейн повернулся к Редхоку: — Мне кажется, что нам следует еще раз побеседовать с ее братцем и узнать, не любит ли Розалинда играть в азартные игры? — Кейн вспомнил о газете, которую нашел в мусоре.

Редхок согласился:

— Поехали.

Лиз поспешила за ними к машине.

— Что это все значит?

Она понимала, что у него в голове уже сложилась какая-то версия, и ей не терпелось его расспросить. Кейн открыл перед ней дверцу:

— Куда бы вы поехали, если бы вам захотелось поиграть?

Лиз пожала плечами. Она в своей жизни ни разу не купила даже лотерейного билета. Ее это не волновало.

— На ипподром?

— Это в том случае, если вы интересуетесь лошадьми. Если вы играете в кости, то поедете в Вегас и станете играть там.

— Вы считаете, что она поехала в Лас-Вегас?

— Она уже была там дважды, — сказал он ей. — Однажды там произошло похищение ребенка, и дома у нее я нашел старую газету, свидетельствующую, что Розалинда была там еще минимум один раз. Может, она поехала туда, чтобы там затаиться или поразвлечься. Мне нужно поговорить с ее братом и вытрясти из него правду.

Лиз села на заднее сиденье. Редхок подождал, пока Кейн сел в машину, и рванул вперед еще до того, как тот успел закрыть за собой дверцу.