Чтение онлайн

Джули выглянула наружу. Ника нигде не было видно. Поодаль виднелся длинный черный блестящий лимузин, а внизу у трапа стоял какой-то мужчина.

— Добро пожаловать в Афины, мисс Уоткинс. Мистер Андропулос ждет вас в машине.

Джули направилась к автомобилю. Шофер отворил дверцу, и Ник галантно протянул девушке руку, помогая сесть.

— Добро пожаловать в Афины, Джули. Рад, что вы приехали.

— Здравствуйте, мистер Андропулос. Как вы себя чувствуете?

— Неплохо. У меня было растяжение связок, и доктор запретил давать ноге большую нагрузку еще несколько недель. Видите, хожу с тросточкой. Ненавижу этот предмет, но без нее мне и с места не сойти.

— Как странно, мистер Андропулос…

— Простите, Джули, но «мистер Андропулос» в ваших устах звучит нелепо. Не могли бы вы называть меня просто Ник? Я знаю, что Роджера и Эммона вы зовете по именам.

— Хорошо, Ник. Я только хотела сказать, что не представляю, как это вы упали на лыжах.

— И правда, такого со мной раньше не случалось. Просто вместо того, чтобы следить за лыжней, я мечтал кое о ком. И вот результат. Дурацкая неосторожность.

— Мне бы не хотелось, чтоб вы думали, будто я желаю вам зла, Ник. Я вам очень сочувствую. Можем мы сейчас поговорить об Акапулько?

— Нет, давайте сперва доберемся до острова и пообедаем. А после спокойно поговорим.

— Но я уже обедала в самолете, — объяснила Джули.

— Я знаю. Я старался, чтобы ваш привычный режим не очень нарушился в полете. Вы можете просто выпить кофе, пока мы обедаем. А на следующей неделе я покажу вам Афины.

— История повторяется… — тихо сказала Джули.

— Что вы имеете в виду, Джули? — Ник вопросительно уставился на нее.

— Джеффри обещал тогда показать мне Лондон, но я не провела там и суток. Видимо, я из тех немногих людей, кто ухитрился побывать в Лондоне и не увидеть ни Тауэра, ни Биг Бена.

— Джули, мне страшно жаль, что я был тому причиной. Сможете ли вы когда-нибудь простить меня?

Они свернули с автострады и ехали теперь через живописную деревушку. Шофер мастерски маневрировал огромным автомобилем в узких улочках.

— Вот моя собственная гавань. Простите меня, что я вынужден пользоваться этими подпорками, но без них не обойтись. До смерти надоело, но надо же наконец выздороветь.

Багаж Джули погрузили на катер, и она заняла место рядом с Ником на палубе под тентом. Она еще раз взглянула на берег. Вид был поистине чудесный. Белые глинобитные домики под красными черепичными крышами, утопая в зелени, взбирались по пологому склону горы. Машин было совсем мало, а по дороге вышагивал с мешком на спине симпатичный маленький ослик.

— Как-нибудь я приглашу вас пообедать в здешнем ресторанчике, — заметил Ник. — Еда тут замечательная. А здешние женщины вдобавок вяжут лучшее кружево в Греции. Моя мать всегда покупает здесь кружева для подарков. Уверен, что местные мастерицы преподнесут вам кружево. И не вздумайте предлагать им деньги — они обидятся.

Джули посмотрела на Ника. С чего это вдруг он заговорил о кружевах? Он, казалось, нервничал, и она недоумевала почему. Может быть, он чувствует себя неловко из-за своей хромоты? И почему он заставляет ее так долго ждать, откладывая разговор об Акапулько?

— До Стефоса нам плыть минут сорок пять. Там дом моей матери. Папа умер совсем молодым, и с тех пор она живет на острове с дедушкой. Его зовут сэр Джордж Ландж. Он англичанин, и, значит, проблем с языком у вас не будет. Бабушка умерла несколько лет назад. Мама с дедом, можно сказать, растили меня.

— А родители вашего отца?

— Они тоже делали, что могли. Они так до конца и не примирились с тем, что отец женился против их воли. У них на примете была для него другая невеста, но когда отец, еще учась в Оксфорде, познакомился с мамой, то твердо решил, что женится только на ней.

— И как отнеслась к этому браку ее семья?

— Скорее всего, поначалу они были не в восторге. Но поскольку сделать они ничего не смогли, то осталось только смириться. Вообще-то, мой дед — один из самых замечательных людей, которых я когда-либо встречал.

— Вы сказали, ваш отец умер молодым, Ник. От чего он скончался?

— От сердечного приступа. Дедушка говорит, что всему виной стрессы и переутомление. Он любил свою работу и любил свою семью. Он проводил с нами столько времени, сколько мог, но от него зависело слишком много, а перекладывать дела на помощников он не любил. А семья для грека — это святое. Многие коллеги и друзья жили на островах и, стало быть, до них не так-то просто было добраться, ведь ночевать он желал непременно дома. Вертолет же ни он, ни мать на острове не потерпели бы. Мне куда проще: я приезжаю только на выходные, а в мамином доме современной техникой я занял целую комнату. Вам она тоже послужит, Джули.

— Ник, у меня с собой все необходимое, мы можем начать работу, когда вы пожелаете.

— Отлично, Джули, но только на сегодня забудем о делах.

— Хорошо. Скажите мне, когда начинать. Чем скорее мы начнем, тем скорее я смогу вернуться в Нью-Йорк.

Ник пропустил эти слова мимо ушей. Ему не хотелось даже думать об ее отъезде. Он допускал мысль, что они могли бы как-нибудь съездить туда вместе навестить знакомых, потому что он лелеял мысль жениться на мисс Джульетт Уоткинс, хотя считал, что это будет непросто.

Ник бросил быстрый взгляд на свою спутницу.

— Отчего вы смотрите на меня так, Джули? — спросил он.

— Не думала, что это заметно. Я просто подумала, Ник, что приехала в Грецию по приглашению мужчины, которого Кларк назвал самым закоренелым холостяком в мире.

— Он так сказал? Наверное, он прав. Хотя, по правде сказать, я бы хотел жениться, Джули.

— Не могу поверить, что слышу это от вас.

— Почему? — удивился Ник.

— Трудно представить вас в роли женатого человека, — пояснила Джули.

— Джули, у вас обо мне неверное представление. Дайте мне шанс, и я докажу, что совсем не таков, каким вы меня считаете.

Слуга подал холодные напитки. Джули с удовольствием подставила лицо свежему морскому ветру.

Вскоре показался небольшой, утопающий в зелени остров.

— Это Стефос, — сказал Ник. — Остров принадлежит нашей семье издавна. Как я уже сказал, там дом моей матери. Оосле нее он перейдет ко мне или сестрам. Мы ни за что не продадим его. У меня тоже есть несколько островов, и на одном из них я хотел бы выстроить себе дом. Дом матери красивый, но я не хотел бы жить в нем постоянно.

По легким сходням они сошли на берег и сели в маленький электромобиль, которым Ник мог управлять здоровой правой ногой. В другой такой же погрузили чемоданы Джули.

— Разве у вас нет багажа, Ник? — удивилась Джули.

— Нет, Джули, я предпочитаю путешествовать налегке. Проще иметь гардероб во всех домах, где я останавливаюсь. К тому же, не надо тратить время на сборы.

Они подъехали к дому. Джули была удивлена. Она ожидала увидеть белое здание под красной крышей, но этот дом гораздо больше напоминал тот, в котором она провела ночь во время своего короткого путешествия в Лондон. Он был выстроен из серого камня, а на крыше, к удивлению гостьи, торчали печные трубы. Ей-то казалось, что в Греции всегда тепло. Перед домом пестрели нарядные клумбы с цветами.