Чтение онлайн

никаких слез. Зато у фрекен Бок они катились градом, но, конечно, не из-за соуса.

Нет, нет, просто она продолжала оплакивать провал своей телевизионной передачи.

И даже похвалы, которые господин Пеёк так щедро расточал ее огненному блюду, не

могли ее утешить. Она чувствовала себя бесконечно несчастной.

Но тут произошло нечто совершенно неожиданное. Господин Пеёк вдруг уставился в

потолок и воскликнул:

— Придумал! Придумал! Вы будете выступать завтра вечером!

Фрекен Бок подняла на него заплаканные глаза.

— Где это я буду выступать завтра вечером? — мрачно спросила она.

— Как — где? По телевидению! — сказал господин Пеёк. — В передаче «Искусный

кулинар». Вы расскажете всем шведам, как приготовить «Соус Хилурия Бок»…

И тут фрекен Бок потеряла сознание и грохнулась на пол. Но вскоре она пришла в

себя и вскочила на ноги. Глаза ее сияли.

— Вы говорите, завтра вечером… По телевидению? Мои соус… Я расскажу о нем по

телевидению всему шведскому народу? О господи!. Подумать только! А Фарида

ничего не понимает в готовке, она говорит, что моими кушаньями можно только

свиней кормить!

Малыш слушал затаив дыхание, потому что все это было ему очень интересно. Он

едва не забыл про Карловна, спрятанного в ящике. Но тут вдруг, к его великому

ужасу, в прихожей раздался какой-то скрип. Ну да, этого следовало ожидать…

Карл сон! Дверь из кухни была приоткрыта, и Малыш увидел, что Карл сон

разгуливает по прихожей. Но ни фрекен Бок, ни господин Пеёк еще ничего не

заметили.

Да, это был Карл сон! И в то же время не Карл сон!. Боже праведный, на кого он был

похож в старом маскарадном костюме Бетан! На нем была длинная бархатная юбка,

которая путалась в ногах, мешая ходить, и две тюлевые накидки: одна украшала его

спереди, другая — сзади! Он казался маленькой кругленькой бойкий девочкой. И эта

маленькая бойкая девочка неумолимо приближалась к кухне.

Малыш в отчаянии делал знаки, чтобы Карл сон не шел на кухню, но тот будто не

понимал их, только кивал в ответ и подходил все ближе.

— Гордая юная девица входит в парадный зал! — произнес Карл сон и застыл в

дверях, играя своими накидками.

Вид у него был такой, что господин Пеёк широко раскрыл глаза:

— Батюшки, кто же это?. Что это за милая девочка?

Но тут фрекен Бок как заорет:

— Милая девочка! Нет, извините, это не милая девочка, а самый отвратительный

сорванец из всех, которых мне довелось видеть на своем веку! Убирайся немедленно,

дрянной мальчишка! Но Карл сон ее не послушался.

— Гордая юная девица танцует и веселится, — продолжал он свое.

И он пустился в пляс. Такого танца Малыш никогда прежде не видел, да, надо думать,

что и господин Пеёк тоже.

Карл сон носился по кухне, высоко поднимая колени. Время от времени он

подпрыгивал и взмахивал своими тюлевыми накидками.

«Что за дурацкий танец, — подумал Малыш. — Но это еще куда ни шло, только бы он

не вздумал летать. О, только бы он не летал!»

Карл сон завесил себя накидками так, что пропеллера вовсе не было видно, чему

Малыш был очень рад. Если он все же вдруг взлетит к потолку, то господин Пеёк

наверняка упадет в обморок, а потом, едва придя в себя, пришлет сюда людей с

телевизионными камерами.

Господин Пеёк смотрел на этот странный танец и смеялся, смеялся все громче и

громче. Тогда Карл сон тоже стал хихикать в ответ, да еще подмигивать господину

Пеку, когда проносился мимо него, размахивая своими накидками.

— До чего веселий мальчишка! — воскликнул господин Пеёк. — Он наверняка мог бы

участвовать в какой-нибудь детской передаче.

Ничто не могло бы больше рассердить фрекен Бок.

— Он будет выступать по телевидению?! Тогда я попрошу освободить меня от этого

дела. Если вы хотите найти кого-нибудь, кто перевернет вверх тормашками

телевизионную студию, то лучшего кандидата вам не сыскать.

Малыш кивнул:

— Да, это правда. А когда эта студия перевернется вверх тормашками, он скажет:

«Пустяки, дело житейское». Так что лучше остерегайтесь его!

Господин Пеёк не настаивал.

— Если так, то не надо. Я только предложил. Мальчишек полным-полно!.

И господин Пеёк вдруг заторопился. У него, оказывается, скоро передача, и ему пора

идти.

Но тут Малыш увидел, что Карл сон нащупывает кнопку на животе, и до смерти

испугался, что в последнюю минуту все выяснится.

— Нет, Карл сон… нет, не надо, — шептал ему в тревоге Малыш.

Карл сон с невозмутимым видом продолжал искать кнопку, ему трудно было

добраться до нее из-за всех этих тюлевых накидок.

Господин Пеёк уже стоял в дверях, когда вдруг зажужжал моторчик Карловна.

— Я и не знал, что над Вазастаном проходит маршрут вертолетов, — сказал господин

Пеёк. — Не думаю, чтобы им следовало здесь летать, многим этот шум мешает.

Прощайте, фрекен Бок. До завтра!

И господин Пеёк ушел.

А Карл сон взмыл к потолку, сделал несколько кругов, облетел лампу и на прощание

помахал фрекен Бок тюлевыми накидками.

— Гордая юная девица улетает далеко-далеко! — крикнул он. — Привет, геи-гей!

Время после обеда Малыш провел наверху у Карловна, в его домике на крыше. Он

объяснил Карлсону, почему надо оставить в покое фрекен Бок.

— Понимаешь, она хочет сделать торт со взбитыми сливками, потому что мама, и

папа, и Боссе, и Бетан возвращаются завтра домой.