Чтение онлайн

Дэн обернулся на звук шагов, окинул меня взглядом и застыл. Что я еще сделала не так?

–  Не трогай мои бумаги, сейчас сама уберу.

Парень с трудом сглотнул и, отвернувшись, встал у окна. Я повтыкала закладки в книги, все сложила в стопку, сверху положила листы и осторожно пошла в комнату, придерживая подбородком верх горки, и спиной чувствуя пристальный взгляд. Сгрузив книги в шкаф, упала на кровать и сразу, без промедления уснула. Сдается, кто-то мне в этом помог.

Среди ночи я вынырнула из глубин сна. Что-то меня разбудило. Открыла глаза. С моей стороны кровати стоял, покачиваясь, Дэн и как-то странно смотрел на меня. Такой знакомый взгляд. Ой, не нравится он мне!

–  Маша, - голос хриплый и сдавленный.

–  Ты что, Дэн?
– сердце сжалось в нехорошем предчувствии. Король помолчал, потом опустил голову и еле слышно произнес:

–  Ничего, - он что-то добавил на своем языке, задул свечу и лег со своей стороны.

–  Дэн, ты положил свой меч?

–  Забыл.

Вслед за этим я услышала металлический лязг, и за моей спиной лег меч. Я с облегчением выдохнула: воевать среди ночи с пьяным королем мне не улыбалось. Особенно, если вспомнить, что несколько часов назад он один, да со сломанными ребрами одолел четверых мужиков.

Утром я проснулась первая. Кинула взгляд на спящего парня, опять подивившись, как меняется его лицо во сне. Спал он, как был, в халате, без одеяла. Ох, черт, про одеяло-то я и забыла. Разметавшись во сне со своей стороны постели, король был похож сейчас на большую черную птицу. Кулаки крепко сжаты, причем один - в сантиметре от рукоятки меча. Темные волосы падают на лицо. Сразу захотелось их убрать. Уже протянув руку, чтобы сделать это, тут же ее отдернула. Я что, совсем спятила? Вздохнула, спустила ноги на край, посидела так, потом дотянулась до нового домашнего платья, накинула его на плечи, и только потом встала.

Прошла в кухню, застегиваясь на ходу. На столе стояла недопитая бутылка вина, и лежал опрокинутый бокал. Я заглянула в мусорное ведро. Лежит одна пустая бутылка, которую мы выпили вчера вместе. Это что же, его так с пол-литра вина развезло ночью? Взяла бутылку, с трудом вытащила пробку (вот засадил-то), принюхалась. Странный запах. Без задней мысли приложилась к горлышку и глотнула. Горло обожгло жгучей жидкостью. Вот черт! Какое ж это вино! Голимый спирт! Ну точно градусов больше, чем в водке. И следов закуски не наблюдается. Надо же до такого додуматься! Хлебнув скоренько воды из-под крана, заметила, что под столом лежит лист бумаги. Я вчера потеряла, что ли? Вытерла губы тыльной стороной ладони, и наклонилась под стол. Подняла лист, перевернула и изумленно уставилась на рисунок. На нем грубыми штрихами было изображено уродливое чешуйчатое чудовище, вздыбившееся на задних лапах. Острые длинные когти, шипастый хвост, окровавленные клыки и горящие красные глаза. Рисунок был нарисован карандашом, но глаза и капли крови, стекающие из пасти, окрашены в густой красный цвет. Голову чудовища, почему-то, венчала изящная корона. Под рисунком была небрежная размашистая подпись вязью. Я повертела лист в руках, и положила с краю стола, рисунком вниз. Это вот спьяну художники такое рисуют, да?

Пошла в ванную, собираться. Надо бы Дэна разбудить, но даже не знаю. Настроение вчера после возвращения у него было… не фонтан. Можно сказать, поссорились. Даже не знаю, как мы теперь будем.

В углу ванной были свалены его вещи. Из складок одежды торчит окровавленный платок. Обычно аккуратный, вчера король был, видимо, не в себе. Э-хе-хе. Я вздохнула, и потянулась к куче - подобрать, но тут из комнаты раздался хриплый голос:

–  Не трогай. Сам уберу.

Очень надо, сам, так сам. Я щелкнула задвижкой и стала умываться. Когда вышла, Дэн сидел на кухне. Выглядит получше, чем вчера, глаза нормальные, да и сидит ровно, и дыхание в порядке. Мы настороженно посмотрели друг на друга. Я собралась с духом:

–  С добрым утром, ваше величество! Как самочувствие?
– надо же кому-то первому начать.

–  Доброе утро. Я вчера был резок, не сдержался. Прости. Пойми и ты меня.

–  Я понимаю. Тебе лучше? Ночью ты… того.

Парень сразу подобрался:

–  Что-то случилось? Ночью?
– на лице промелькнуло беспокойство. Я смущенно молчала.
– Скажи сразу, я что-то натворил? Мне вчера было очень плохо. Я… сорвался. Ничего не помню.

–  Все в порядке, Дэн. Ничего ты не натворил. Малость перепил, - я кивнула на бутылку.
– Где ты взял-то это? Вино же было.

–  Сейчас снова будет вино, - парень закрыл глаза, шевельнул пальцами.
– Можешь попробовать.

–  Спасибо, я уже попробовала разок.

Дэн внимательно смотрел на меня:

–  Мне точно не за что извиняться?

–  Ну, даже не знаю.

–  Говори прямо. Что случилось? Я тебя напугал?

–  Было немного. Когда среди ночи просыпаешься оттого, что на тебя голодным взглядом смотрит в дюпель пьяный мужчина, станет тут не по себе, - к концу моих слов глаза Даанэля остановились, от лица отхлынула краска:

–  Таак. Дальше?!

–  Да ничего не было дальше. Ты лег спать. Я же говорю, все в порядке. Успокойся, Дэн. С кем не бывает.

–  Со мной не бывает. Не должно быть. Но я так устал от вашего мира, от ваших нравов, все у вас какое-то вывернутое наизнанку. Прими мои извинения, такое больше не повторится… Давай сейчас займемся делом, а вечером…

–  Что вечером?

–  Мне надо подумать. А вечером поговорим.

Тут он кинул взгляд на рисунок на столе:

–  Ты, конечно, видела это?

–  Видела. Он под столом валялся, я думала, это мой лист, ну и…

–  Прекрасный портрет. Хоть сейчас на стену тронного зала, - парень любовался на рисунок с презрительной усмешкой. Лицо его в этот момент было ну очень неприятным.
– Самое страшное, что я вовсе не уверен, что ваш мир не сломает меня окончательно, - с этими словами он медленно порвал рисунок на две части, потом еще на две, кинул обрывки в мусорное ведро.
– Показывай свои документы.

Я сходила в комнату, вытащила паспорт, студенческий и читательский билеты. Принесла в комнату, протянула Дэну. Тот взял, деловито осмотрел со всех сторон, принюхался, со вздохом отложил:

–  Не получится, здесь кроме бумаги и другие материалы, я не знаю, из чего они сделаны. И фотографии еще везде. Жесткий у вас контроль над гражданами.

–  Да, возможности нашего информационного общества в этом плане велики. Паспорт могут и по базе пробить, у каждого свой уникальный номер. И что теперь делать?

–  Остается один путь. Сделать иллюзию. Первым мне понадобится это, как я понимаю, - Дэн указал на читательский билет.
– С него и начнем. Проблема еще в том, что я своего фотографического изображения не видел, только портреты, это же совсем другое. Но попробую. Сиди тихо и ничего не трогай руками.

С этими словами парень медленно провел рукой над моим читательским билетом, потом сложил ладони вместе и когда развел их, на правой руке у него была полупрозрачная копия документа. Он бережно положил ее на стол рядом с моим билетом.

–  Теперь изменим надписи. Какое имя здесь написать?

–  Пиши "Иванов Данил Сергеевич". Это я Сан Санычу так сказала, тебе же все равно, надеюсь, - буквы моего имени расплылись, и собрались в новое имя.

–  Что еще исправить?

–  Если ты хочешь в редкий фонд, то курс должен быть четвертый-пятый, лучше пятый, они дипломники. Римская цифра "два" трансформировалась в арабскую "пять".