Чтение онлайн

— Ты тоже поняла? — только и спросил он.

— Да. В ту же секунду. Что будем делать?

Дима так тяжело вздохнул, что душа ушла в пятки.

— Ничего. Ты поедешь домой, я пойду собирать остатки вещей и ждать Олесю.

— Уедете? — догадалась Ада.

Он кивнул.

— В Питер. Маму как-то надо будет перевезти. С универом надо будет что-то делать.

Он уже всё решил. Мысленно уже был так далеко от неё, что сердце Ады сжалось и не сразу забилось вновь. Вот так теперь и будет всегда, непроходящая боль под ребрами.

— Жаль, что всё так получилось, — смогла выдавить она. Губы пересохли, а горло как будто наждачкой ободрало.

— У нас с самого начала не было шансов. Ты только вспомни слова песни, что уже говорить про всё остальное…

— Олеся поедет с тобой?

— Ты ещё сомневаешься? У неё целый клинический случай под рукой всегда будет, как она меня отпустит.

— Она тебя любит.

— Но не так, как ты.

Ада замолчала, не зная, что тут можно ещё сказать.

— Но это же нечестно, господи, как это нечестно! — вырвалось у неё, а потом всё-таки полились слезы.

Крепко прижав к себе, Дима дал ей выплакать всё, что ещё осталось, а потом сказал:

— Пора.

Тут же стукнули ворота, и послышался голос Олеси.

Ада разжала руки и отошла на шаг назад. Она знала, что видит его в последний раз, поэтому пыталась запомнить каждую черту так ярко, как только могла. У неё хотя бы был такой шанс, в отличие от многих других, кто не знал, что прощается навсегда. Вот такой уже родной, взъерошенный, с поблекшей красной прядью в волосах и вечно разбитыми костяшками. Всегда её, и никогда вместе и тем более рядом.

— Все живы? — воскликнула Олеся, подбегая к ним.

— И даже целы, — отозвался Дима. — Иди в дом, я тебе всё потом расскажу, только провожу Адель.

Олеся порывисто обняла её и шепнув на ухо «спасибо!» унеслась к крыльцу, даже не обратив внимания на ещё горящую бочку.

— Я сама дойду, — сказала Ада, ощущая подступающие слезы.

— Возьми, — сквозь пелену она разглядела цветок и, всхлипнув, сунула его не глядя в карман.

В молчании Ада постояла ещё минуту, а потом пошла к воротам.

— Адель! — крикнул ей вслед Дима.

Уже у ворот она обернулась.

— Я ни о чем не жалею!

Догорающий огонь освещал его со спины, и Ада попыталась сохранить этот образ на обратной стороне век, чтобы навсегда остался с ней.

— И я, — сказала она и открыла дверь, чтобы в следующую секунду перенестись в свою прихожую и рухнуть прямо на пол.

— Адочка! — заполошно воскликнула мама и кинулась к ней.

Откуда только взялась, как будто под дверью ждала всё это время!

— Всё в порядке, я просто устала, — почти не соврав, сказала Ада, позволяя усадить себя на диванчик. И правда — столько раз за сегодня пользовалась дверями, что, видимо, истощилась. Надо узнать у Юхи, что с этим делать…

Только подумала, а потом очнулась уже на диване в гостиной. Мама и папа с испуганными лицами стояли над ней.

— Надеюсь, вы не вызвали скорую, — с усилием села Ада.

— Я отговорил. Что случилось?

Ада оглядела их и вдруг поняла, что то, чего она так хотела — безраздельного внимания родителей, — наконец получила. Но какой ценой!

— Я всё потеряла. Зато теперь никто больше не пострадает, — сказала и сама поняла, как это двояко звучит.

Родители обеспокоенно переглянулись, и мама осторожно спросила:

— Ты кому-то должна денег? Или твой друг?

Ада хмыкнула, отмечая, что от этого даже лицо заболело.

— Уже ничего не должен. Наконец свободен. А я не знаю, что теперь буду делать.

Мама села рядом и аккуратно обняла Аду.

— Адочка, мы всё решим. Не переживай, только расскажи нам, что случилось?

Она покачала головой и уткнулась ей в плечо, ощущая терпкий запах духов.

— Значит, потом, когда отдохнешь. Только, пожалуйста, помни, что мы с тобой.

— Мы тебе всегда поможем, ты же наша доченька, — добавил папа, и Аду снова пробило на слезы.

И только час спустя Ада, зайдя к себе в комнату, вытащила из кармана порядком помятый цветок. Это оказался алый георгин.

Подойдя к книжной полке, она хотела поставить его в ту вазочку, где уже стоял засохший цветок, но его там не оказалось.

Наверно, мама выбросила, подумала Ада и включила компьютер. Пока загружался ворд, она так и сяк вертела в голове строчки. Они ложились сами, так что скоро белый лист заполнили слова.

Одинокое сердце, пьяное,

И усталость горит в глазах.

Я с тобою всегда упрямая,

Я с тобою теперь только в снах.

Я тебя никогда не забуду —

Наши дни, приключения, сны.

Только рядом теперь не побуду,

Зарекаются и от любви.

Я хотела б вернуться обратно —

В дни тумана и ветра с утра,

Только мне, наверное, рано —

Просто так возвращаться впотьмах.

Я дождусь возвращения снега,

Я дождусь возвращения снов.

Я тебя никогда не забуду,

Непростая моя любовь.

Скопировав текст, Ада открыла страницу «ВКонтакте» и тут же выложила. Скоро кто-то оценил запись, и она машинально посмотрела.

Дима восстановил страницу. Теперь в статусе красовалась та самая строчка из «Адель», и она только вздохнула.

Значит, будем теперь так общаться? Вспомнилось загаданное в равноденствие желание. Если это было то, как оно сбылось, то грош цена их праздникам.

Как и вере, как и любви.

И черная дыра внутри едва заметно колыхнулась.

Эпилог{31}

Утренний кофе горчил.

Ада знала, что 2 сентября никогда не бывает легким. Каждый год оно накрывает, как волна, и заставляет вспоминать всё.