Чтение онлайн

– Поедем отсюда.

Они вышли и направились к стоявшему поодаль ЗИЛу.

– Какая красивая машина!

– Прошу вас, мадам, – он галантно распахнул перед нею дверцу, – позвольте вам помочь!

Отъехав немного вдоль берега, он остановил машину напротив небольшого ущельица, заросшего кустарником:

– Варенька, пошли купаться!

– Нет, нет, я не могу.

– Пустяки, снимай свои башмаки, – он потянулся к шнуркам.

– Нет, нет!

Вино постепенно брало своё, она поддалась под его властным и нежным напором.

– Все девушки прекрасны, когда они немного сопротивляются, – он взял её за плечи, – посмотри, какая дивная ночь! Темнотища кругом, а нам с тобой светит Анастасия! Море ластится к тебе, ты войдёшь в него и станешь совсем другой. Все твои печали смоет тёплой волной. Смотри, море светится, Варенька!

– Я плавать не умею. Море чёрное какое. Я боюсь.

– Не бойся, я рядом, – он подхватил её и бережно увлёк в воду. – Ты – прекрасная инопланетянка, спустившаяся с кометы, чтобы насладиться этим миром.

Вода сверкала мириадами искорок.

– Посмотри, Варенька, милая, на твоих ладошках светятся звёздочки с неба, – ласково провёл рукой по её спине, другой поддерживая за талию.

Лёгкая волна соприкоснула их тела. Сколько душевного тепла, невысказанной нежности и ласки накопилось в этом худеньком существе за долгие годы страданий! Всё это потоком хлынуло на него. Он уже не понимал, чего вокруг него больше – моря или Вареньки!?

И тут он первый раз в жизни ощутил, понял, постиг, как может быть прекрасен пусть даже самый уродливый телом человек. Это трудно себе представить, но в эту минуту уродство несчастной девушки, слившееся с порывом её истосковавшейся души, сумевшей в горе не озлобиться на людей, превратилось в красоту более высокого порядка и вызвало в нём совершенно особое сильное чувство…

…Утомлённая, ставшая совсем, совсем другой, Варенька словно приросла к его груди, не укрывающаяся, нет – сама любовно оберегающая его от всех невзгод!

Всё замерло вокруг. С этого дня и часа для неё открылся новый прекрасный мир. И какое теперь значение имеет конец света!?

Невдалеке послышался резкий прерывистый звук сирены.

– Приехала милиция. Надо встретить, – промолвил Сан Саныч, проведя рукой по Варенькиным спутанным волосам.

Её руки не сразу отпустили его…

Он подошёл к двум милиционерам, осматривавшим место происшествия, представился, вкратце рассказал, как всё было.

Полезли на крышу, нашли валявшиеся там три пустые гильзы, осмотрели “Москвич” с пробитыми навылет стёклами.

Капитан сразу опознал Шимпанзе:

– Допрыгался. Здорово вы его! А кто этот второй!

– Не знаю, но он тоже был вооружён.

Тут Сан Саныч заметил, что и второй его выстрел достиг цели, но не остановил врага: пуля пробила край поясницы, повредив печень.

Капитан наклонился к трупу:

– Этот пистолет я, кажется, узнаю. Номер тот. Несколько дней назад пропал наш сотрудник. Теперь ясно, что из-за этой вот паршивой игрушки. Да, правосудие свершилось. Эти гады не должны были умереть как все!

“Хм, – подумал Сан Саныч, – умереть как все…”

– Покажите оружие.

Сан Саныч достал ружьё, охотбилет и разрешение на хранение:

– Вот. Обрезал его, когда понял, что за мной охотятся – в “Москвич” не помещалось.

Пока совершали все необходимые формальности, рассвело. Уезжая, капитан протянул Сан Санычу ружьё:

– Не то сейчас время. Понадобитесь – вызовем. До свидания.

Приехав в больницу и проводив Вареньку, он поднялся к Анастасии. Та пила чай.

– Узнаёшь? – он протянул ей нож.

Она открыла его и невольно вскрикнула, подняв на Сан Саныча испуганно-вопросительный взгляд.

– Это Шимпанзе шлёт тебе с того света. Они с дружком вчера меня всё-таки выследили у больницы. Но моё ружьё оказалось длиннее, а пули – быстрее.

– Ты не ранен?

– Ни царапинки. Слегка ранен только наш доблестный неубиваемый “Москвич”. Навылет. Меня сберёг мой нож.

Он показал чёрно-бурую “фотографию” на животе.

Она схватила его руку и долго не отпускала, прижимая к груди:

– Муж мой любимый…

Он совершенно ясно представил, что, не колеблясь, отдал бы за неё жизнь, пошёл бы на муку.

– Я так боялась за тебя… и за твоего сына, – она положила его руку к себе под сердце. – Ты сбросил гору с моих плеч. Мне почему-то кажется, что никакого конца не будет. Я чувствую это своим женским чутьём. Я так хочу родить и выкормить ребёнка… и быть всегда с тобою. У нас ещё всё впереди, правда?

Он закрыл глаза, поцеловал её, молча кивая – пусть она так думает.

– Ты меня уже дважды спас и в третий раз я приму спасенье из твоих сильных рук, верный муж мой.

Что-то кольнуло его при этих словах.

– Ты чем-то встревожен?

Он понял, что-либо скрывать бесполезно, всё всегда было написано на его лице:

– Ася, милая, я вчера… мне вчера так стало жалко ту сестру, что плакала в коридоре. Она в своей жизни видела только горе, и у неё не было надежды… я взял её на море… я хотел сделать всё, чтобы она забыла про свои несчастья, я знал, что ты поймёшь меня.

– Я восхищаюсь, что у меня такой муж. Но где-то в глубине моего подсознания ты сделал мне больно… Что я говорю! Не слушай меня, не слушай. Я несу чушь!

Дверь в палату отворилась и на пороге появилась стройная молодая девушка с букетиком цветов в одной руке и шваброй – в другой. Её тонкие черты лица озарялись милой загадочной улыбкой. Поверх длинного платья на остреньких плечиках её сверкал ослепительно белый халат. Девушка, смутившись, поздоровалась, оставив букетик на столике: “Извините, я потом уберусь”, – исчезла за дверью.

В комнате воцарилось молчание. Да. Это была Варенька.

Нарушила тишину Ася:

– Ты прав, муж мой, – она обвила его шею руками.

Понимая, что необходимо срочно переменить тему, чтобы в их отношениях не возникло и малейшей трещинки, Сан Саныч оживился и громким нарочитым голосом заявил:

– Ну а теперь, гражданочка, сдайте оружие.

Ася залихватски выхватила пистолет и в одно мгновение, понарошку: “Кх-кх-кх…” – перестреляла все банки с лекарствами, плафоны под потолком и пуговицы на своём халате, висевшем на крючке: