Чтение онлайн

Сегодня предстоял синхронный запуск первых кораблей, которые должны были доставить части марсианских модулей на околоземную орбиту.

Общая программа экспедиции, предусматривавшая несколько вариантов в зависимости от стечения обстоятельств, сводилась к следующему. На первом этапе различные блоки марсианских модулей доставлялись на круговую околоземную орбиту и там дособирались и стыковались. Затем доставлялись грузы, провизия, топливо и доукомплектовывался экипаж. После проверок и достижения необходимой степени готовности сборный многотонный корабль должен был стартовать к Марсу. Кроме этого, несколько отдельных кораблей стартовали к Марсу самостоятельно, поскольку в распоряжении землян находился совершенно разношёрстный парк ракет-носителей и кораблей, а сроки подготовки запусков плохо увязывались. Национальные космические центры были, по большому счёту, разобщены. Поэтому марсианская экспедиция представляла из себя целую флотилию разнокалиберных аппаратов.

Самая большая станция, корабль-флагман, была американско-российско-французской, состыкованная из жилых и грузовых отсеков, посадочных модулей и модулей жизнеобеспечения. Но даже и она не имела всего необходимого для выживания на Марсе.

Флотилия собиралась на орбите около Марса, если удастся – у Фобоса, затем должна была осуществиться перестыковка модулей, выбор места посадок и поэтапная посадка. Главная задача – отыскать такое место, где можно сравнительно безопасно “примарсианить” посадочные модули и соорудить центральную станцию – марсианское поселение. Жизненно важным было наличие воды и тепла. На марсианских полюсах много воды и углекислоты, но мало тепла. На экваторе – наоборот.

Обитаемыми были только три посадочные модуля. Остальные – были грузовыми. Требования к безопасности их посадки были послабее, что экономило общий вес экспедиции.

Надо было так “усадить” эту флотилию, чтобы можно было потом всё отыскать и собрать воедино. Ведь потеряй что-нибудь из оборудования, инструментов, припасов или гигантской библиотеки знаний – и экспедиция столкнулась бы со значительными трудностями. Почти не было ничего лишнего или запасного.

Экипаж состоял всего лишь из семи молодых женщин, прошедших подготовку, на сколько позволяли сроки и жёсткий отбор. Это был поистине самый цвет молодого женского населения Земли.

Основной же генофонд человечества был представлен обширным банком законсервированной мужской спермы и женских яйцеклеток лучших представителей почти всех наций и народностей. Везти с собой живых мужчин было в условиях страшного весового дефицита непозволительной роскошью. Женщины были заранее оплодотворены на разные сроки в земных условиях. Лететь без мужчин – это было рискованно, но расчёты показывали: уменьшить число женщин – риск ещё больший.

После высадки женщины должны были соорудить себе несколько подземных жилищ, на первых порах располагаясь в посадочных модулях и используя привезённые запасы воды, воздуха и продовольствия. Должны быть построены также своего рода теплицы – полуподземные сооружения как бы располагающиеся внутри огромных пластиковых пузырей, удерживающих влагу, искусственную атмосферу и солнечное тепло.

Марсианская вечная мерзлота поставляет воду и углекислый газ, необходимые для водорослей и других микроорганизмов, производящих кислород и биомассу. Постепенно в рабочий цикл включатся более сложные растения и животные, снабжая людей всем необходимым и обеспечивая регенерацию отходов.

Механизмы будут приводиться в движение электроэнергией или мускульной силой. Разложение воды под действием электричества на кислород и водород пойдёт для дыхания, для водородно-кислородной резки и сварки, плавления пород и прочего.

Постепенно марсианская колония смогла бы обеспечить себя всем необходимым не только для выживания, но и для увеличения населения, расширения колонии, освоения Марса.

Не исключалась встреча с марсианской жизнью, прежде всего, с вирусами и бактериями, могущими оказаться опасными. Экспедиция имела необходимый минимум средств защиты. Каждая женщина должна была рожать детей, причём, как можно больше и на первой стадии преимущественно девочек, при рациональном использовании мужского генофонда. Вокруг каждой женщины, таким образом, возник бы её род, пёстрый по цвету кожи и национальным признакам.

Был спроектирован своего рода гинекологический центр, облегчающий вынашивание и роды, но создать его предстояло уже в марсианских условиях.

Чрезвычайно интересен был Устав экспедиции. Он, прежде всего, предполагал равенство всех людей, которые прилетят с Земли или родятся вне её, а также полную доступность каждому любой информации.

Ни цель, ни Устав не могли быть изменены до достижения колонией определённой численности людей, обеспеченных всем необходимым. Это – своего рода завещание, которое передавалось гибнущей частью человечества. Конкретная цифра ещё дебатировалась и должна была быть названа в последний момент. Одни склонялись к тысяче людей, другие настаивали на миллионе и более. Американцы называли порог в сто тысяч человек.

Сан Саныч, хотя и не занимался этим непосредственно, склонялся к большим цифрам, поскольку он считал, что развиваться, то есть сохранять и преумножать сумму знаний и навыков, может только очень большая популяция людей, даже оснащённая мощным инструментарием и даже в благоприятных условиях, когда не надо постоянно бороться за выживание. Малочисленное общество, не имея возможности заниматься сразу всеми отраслями знаний на должном уровне, обречено на деградацию, на постепенную утрату навыков, материальных и духовных ценностей, и превращение в стадо животных.

Уставом запрещались политические партии. Суд вершил командир при участии выборных заседателей. Наказания определялись конкретными условиями существования. Лучшей гарантией против несправедливости и неоправданной жестокости, по мнению многих, была именно общедоступность всей информации. Любой и всегда мог задать своё “почему?” и докопаться до истины.

Так или иначе, Сан Саныч испытывал удовлетворение от этого Устава, простого и ясного, вмещавшего весь здравый смысл, по-детски справедливого, очищенного от земного лицемерия, корысти, неравенства.

Постепенно в главный зал ЦУПа начали собираться ответственные руководители. Засветились экраны. Работа оживилась. Шли всевозможные проверки.

Он неотрывно смотрел на экран.

Объявлена получасовая готовность и все были в напряжении. Отдавались мало понятные для непосвящённого команды, постоянно докладывалась готовность тех или иных систем, космонавты переговаривались с операторами. Наконец, прошли основные проверки, пошёл отсчёт…

И вот на огромном экране титанических размеров ракета осветилась яркой вспышкой – есть зажигание! – окуталась дымом, тронулась… и медленно, но всё быстрее и быстрее начала подниматься. Из огромных сопел било ровное, казавшееся твёрдым яркое пламя.

При мелких неполадках полёт проходил нормально, и вскоре было доложено, что корабль вышел на расчётную орбиту.

Через некоторое время были показаны старты французского и американского кораблей. По экрану близко друг к другу поползли уже три яркие точки. Происходило сближение кораблей на орбите.

Подошёл сотрудник и попросил пройти в рабочую комнату. Опять возникли вопросы по траекториям отлёта и уклонению от осколков. Часть кораблей не укладывались в график подготовки. Постоянно перетасовывали груз, стараясь всё, что в крайнем случае можно было потерять, погрузить на последние корабли.