Чтение онлайн

День стал отличаться от ночи. Днем, всё таким же непроглядным, радиостанции исчезали в помехах. Ночью оживали вновь.

По радиосообщениям, за несколько дней метеорного воздействия страны потеряли более половины своего населения. Только мизерная часть его имела шанс в дальнейшем справиться с лучевым поражением, ранениями, голодом и холодом.

Основная масса гражданского населения была обречена на гибель. Невозможно было представить, какие ужасающие физические муки и душевные страдания стояли за сухими сводками этих чудовищных потерь.

Страны, расположенные на прибрежных низменностях и в жарких пустынях, а также Япония и Австралия перестали существовать. Другие, хоть и сохранились территориально, лежали в руинах и параличе.

Но в мире, поверженном адской космической бомбардировкой, шла война. Война без конкретных противников, слепая, ползучая. Некоторые ключевые стратегические объекты многих стран подверглись ядерному воздействию явно не космического происхождения. Правительства обвиняли заинтересованных соседей, но не имели достаточно веских доказательств. Все были де факто в состоянии войны со всеми. Будто уцелевшие собаки ревностно продолжали охранять опустевшие дома зачумлённых вымерших деревень.

Как только были получены первые сообщения, проясняющие общую картину, жизнь на “Командоре” на некоторое время приостановилась. Планета была покрыта миллиардами трупов, сотрясалась от мучительных стонов миллионов и миллионов умирающих. В сознании членов маленькой колонии не укладывалось, каким же чудовищно жестоким рассудком, рассудком поистине хуже дьявольского, обладают те, кто в этих катастрофических условиях, ощущая свою неуязвимость и безнаказанность, руководствуясь долгосрочными корыстными интересами, пустил в ход отравленные ядерные кинжалы в спину соседям!?

Радиация спадала медленно. Большое неудобство доставлял серый заражённый снег, который приходилось счищать и закапывать подальше от крепости.

Возвращаясь с опорожнёнными санями, Сан Саныч с чувством ностальгической грусти посмотрел на своё ледяное творение, подсвеченное фиолетовыми фонарями – вернуть бы сейчас годы беззаботного детства – вот бы наигрались с друзьями в этой крепости на ярком морозном солнце до алеющих щёк, извалявшись в снегу по самые уши, набрав его полные валенки!

Сгребая очередную порцию снега, Сан Саныч нашёл необычные чёрные стеклянные шарики.

– Ого! Не иначе, как тектиты с Луны, свидетельства страшных космических ран на её теле, – решил он.

– Не исключено, не исключено… – многозначительно заключил Евгений, повертев находку в руках и разломив один из шариков пассатижами.

Первое время “чёрной зимы”, как окрестили наступившее грозное явление, прошло в относительном затишье. Постоянный гул далёких вулканов – не в счёт. Человек постепенно ко всему привыкает. Совершение обременительных процедур радиационной защиты вошло в привычку. Жизнь принимала размеренный характер. В один из моментов капитану показалось, что его экипаж начинает скучать и грустить.

– А не провести ли нам Малые зимние Олимпийские игры!? – воскликнул он как-то за завтраком, когда все собрались вместе. – Ведь мы находимся всего в каких-нибудь двухстах километрах от знаменитых Афин и столько же до самой настоящей горы Олимп!

Евгений и Ася дружно закричали: “Ура! Даёшь Олимпийские игры!” Остальные тоже поддержали эту идею.

Сам капитан строгим доктором Славко не был допущен к атлетическим видам спорта, поскольку нахватался радиации и не совсем ещё избавился от симптомов лучевой болезни.

В беге и прыжках не было равных Евгению и Асе. Зато подтянуться Сан Саныч ухитрился шестнадцать раз, выйдя на почётное третье место, на одно подтягивание опередив Асю. Плотный Славко подтянулся тридцать раз, а каратист Женька мог подтягиваться с утра до вечера. Но упорный Сан Саныч под общий свист и овации первенствовал в забеге на коньках и взял второе место в лыжных гонках. Зато в стрельбе из пневматического пистолета не было равных капитану и Славко. Только Славко стрелял не целясь, как-то без заметных усилий, словно цель сама притягивала его пули. Сан Саныч с большим отрывом довольствовался почётным третьим местом.

В классической греко-римской борьбе победитель выявился не сразу. Мощному, как домкрат, Славко противостоял быстрый и ловкий Женька. Упорнейшая схватка затянулась настолько, что капитан, будучи главным арбитром, присудил две золотые медали.

Но в шахматном блице Юра и Андрей сразу дали понять, кто здесь король и ферзь.

За праздничным обедом, когда олимпийцы утолили разыгравшийся в борьбе аппетит, слово взял капитан:

– Лавровый венец абсолютного победителя и Почётное звание лучшего олимпийского повара-кока присваивается доблестной Анне Николаевне!

Смущённая Анна Николаевна под возгласы всеобщего одобрения, улыбаясь, вытерла о передник влажные руки и торжественно принесла с камбуза праздничный торт.

Затем по инициативе Вареньки на после ужина был назначен концерт олимпийской самодеятельности.

Остаток времени прошёл в подготовке и репетициях по отдельным каютам.

Концерт вела Ася. Только сейчас Сан Саныч обратил внимание, как прекрасна её хорошо поставленная речь, с распевной, чрезвычайно выразительной интонацией, как завораживает её богатый обертонами грудной голос, как тело своей пластикой аккомпанирует ему.

Сан Саныч замер от восхищения.

– А ты не знал, что одно время она была актрисой местного театра, – прошептал ему в ухо Женька, – пока не отвергла притязания главрежа?

Первым номером было выступление Вареньки. Кто бы мог подумать, что в этом тщедушном трепетном создании к всеобщему восторгу обнаружится абсолютный слух и обворожительный голосок, похожий на чистый и звонкий горный ручеёк, серебряный колокольчик или тонкое пересвистывание весенней пташки. Две её песни, украинская и русская, сорвали бурю аплодисментов.

Затем Сан Саныч, Женька и Юра разыграли несколько юмористических миниатюр из студенческой жизни. Все весело смеялись, больше всех, до слёз – Славко. После этого в таинственной полутьме, подсвеченная мигающими красными фонарями аварийной сигнализации, под неистовство магнитофона, в обтягивающем трико, свой умопомрачительный танец с вариациями на тему космической драмы исполнила Ася. Сан Саныч не мог оторвать взгляда от любимой. Затаил дыхание, с заботливой опаской лаская взглядом её подтянутый живот.