Чтение онлайн

А сыну тем временем удалось убежать из плена, и он скрылся в большом лесу на высокой горе. И разверзлась гора, и попал он в большой заколдованный замок, и были там стулья, столы и скамьи – все чёрным покрыты. И явились три принцессы, одетые во всё чёрное, – только лицом они были чуть белые; и сказали ему, чтобы он не боялся, что ничего ему злого от них не будет и что он может освободить их от злого заклятья. Он им ответил, что он охотно бы на это согласился, если бы знал, что надо для этого сделать. Тогда они сказали, что он целый год не должен с ними говорить и не должен на них смотреть; и если он хочет за это что-нибудь от них получить, так пусть скажет им это сейчас, пока они могут дать ему ответ, и они исполнят его желанье. Он им сказал, что ему очень бы хотелось навестить своего отца. Они ответили, что он сможет это сделать, но должен взять с собой большой кошелёк с деньгами и красиво одеться, а спустя неделю вернуться назад.

И подняло его тотчас на воздух, и он вмиг очутился в родном Остенде. Но отца своего в рыбачьей хижине он уже не нашёл, и он стал тогда спрашивать у разных людей, куда девался бедный рыбак, и люди ему объявили, чтобы он так его теперь называть не смел, а не то попадёт он на виселицу. Вот пришёл он к своему отцу и говорит:

– Рыбак, как это вы сюда забрались?

И ответил ему отец:

– Вы не смейте так мне говорить: если услышат о том хозяева города, то вы попадёте на виселицу.

Он не поверил, чтоб его могли за это вздёрнуть на виселицу. Но когда его уже присудили повесить, он сказал:

– Достопочтенные господа, дозвольте мне в последний раз сходить в нашу старую рыбачью хижину.

И надел он там свою старую куртку и вернулся назад к хозяевам города и говорит:

– А теперь поглядите, пожалуйста, разве я не сын бедного рыбака? Вот в этой одежде я зарабатывал хлеб своему отцу и матери.

И узнали его тогда отец с матерью, выпросили ему прощение и взяли его с собой в дом. И рассказал он тогда всё, что с ним приключилось: как попал он в лесу на высокую гору и что гора та под ним разверзлась и он попал в заколдованный замок, где всё было чёрным покрыто, и явились к нему три принцессы, и были они одеты во всё чёрное, только лица были у них чуть белые, и сказали они ему, чтоб он ничего не боялся и что он может их освободить от злого заклятья.

И сказала тогда мать, что тут таится что-то недоброе и что он должен взять с собой святую восковую свечу, зажечь её и капнуть принцессам на лицо растопленным воском.

И вот он снова вернулся туда, ему было страшно, но он капнул воском на лицо им, когда они спали, – и они стали наполовину белые. Тогда все три принцессы вскочили и сказали:

– Проклятый пёс, наша кровь взывает о мести, и не родился ещё и не родится на свет тот человек, который смог бы нас освободить от злого заклятья; но есть у нас три брата, они закованы семью цепями, они их разорвут.

И вдруг поднялся страшный грохот и крик по всему замку, и он еле выскочил через окошко и сломал себе ногу, – а замок опять опустился под землю, и замкнулась за ним гора, – так никто и не знает, где этот замок и был.

Между Веррелем и Зайстом жил человек, звали его Кнойст; было у него три сына. Один был слепой, другой хромой, а третий ходил голышом. Вот вышли они раз на выгон и увидели там зайца. Слепой его пристрелил, хромой поймал, а тот, кто ходил голышом, в карман его сунул. Подошли они к большой-пребольшой реке, и стояло на ней три корабля: один по ней плыл, другой тонул, а в третьем не было дна. И взошли все втроём на тот, где не было дна. Подъехали они к большому дремучему лесу, и росло посреди леса огромное-преогромное дерево, и была в дупле дерева большая-пребольшая часовня, и находился в часовне толстый-претолстый причетник и худой-прехудой пастор, держали они в руках воду для купели и кропило.

Пошла раз девушка из Бракеля в капеллу пресвятой Анны, что под Гинненборгом, а так как ей очень хотелось выйти поскорее замуж и она думала найти жениха в капелле, то она запела:

А стоял в это время за алтарём причетник, услыхал это и как возгласит пронзительным голосом:

– Ты за него не выйдешь, ты за него не выйдешь!

Подумала девушка, что это вскрикнул божий младенец, стоявший рядом с преподобною Анной, рассердилась она и воскликнула:

– Что ты там лопочешь, глупый малыш, держи язык за зубами, пускай мамка сама скажет.

Куда идёшь?

– В Вальпе.

– И я в Вальпе, и ты в Вальпе; ну, пойдём вместе.

– А у тебя муж есть? Как мужа-то звать?

– Хам.

– И мой муж Хам, и твой Хам; я в Вальпе и ты в Вальпе; что ж, пойдём вместе.

– А ребёнок у тебя есть? Он большой? Как его звать?

– Паршей.

– И моего Паршей, и твоего Паршей; мой муж Хам и твой Хам; я в Вальпе и ты в Вальпе; ну что ж, пойдём вместе.

– А нянька у тебя тоже есть? А как твою няньку зовут?

– Квашнёй.

– Мою тоже Квашнёй, твою тоже Квашнёй; мой ребёнок Парша и твой ребёнок Парша; мой муж Хам, твой муж Хам; я в Вальпе и ты в Вальпе; что ж, пойдём вместе.

– А батрак есть у тебя? Как батрака звать?

– Работяга.

– Мой батрак Работяга, твой батрак Работяга; моя нянька Квашня, твоя нянька Квашня; мой ребёнок Парша, твой ребёнок Парша; мой муж Хам, твой муж Хам; я в Вальпе и ты в Вальпе; что ж, пойдём вместе со мной.

Жили-были братец да сестрица, они крепко любили друг друга. Родная мать у них умерла, и была у них мачеха, она детей не любила и всячески их исподтишка обижала. Случилось раз, что играли они с другими детьми на лужку перед домом, а находился возле лужка пруд, и с одной стороны он доходил до самого дома. Дети бегали вокруг пруда, играли в войну и в салки:

Дети при этом стояли, собравшись в кружок, и на кого падало слово «ловить», тот должен был убегать, а остальные бежали за ним и его ловили. Когда они так весело прыгали и играли, мачеха смотрела на всё это из окна и злилась. А так как она знала разное колдовство, то и заколдовала обоих, и обратила брата в рыбку, а сестрицу в ягнёночка. И вот стала рыбка плавать в пруде, и было ей грустно, а ягнёночек ходил по лугу и тоже запечалился, ничего не ел, даже к стебелькам не притрагивался. Так продолжалось долгое-долгое время, и вот явились в замок неведомые гости. И подумала коварная мачеха: «Это удобный случай». Позвала повара и сказала ему: