Чтение онлайн

«Может, тебе стоило бы меня бояться. У меня есть прошлое» – надпись была сделана рукой Ронима.

А дальше шла неуверенная приписка Ласкеза:

«Я не боюсь. Прошлое есть у всех».

Ки выпустила еще немного дыма, кивнула, и ее глаза сузились:

– Ну да. Гости. Недавно заявились красные крысы на своих драндулетах.

Ласкез не отвечал. Его взгляд был прикован к тетради. Он взял ластик и принялся стирать написанное.

– Знаете, мы чуть ли не единственный большой город, где их не так много. В Такатане у них гнездо. И в Галат-Доре. На Веспе они кишмя кишат. У нас получше, может, их дубленые шкуры не выдерживают ветра. И тут нате вам! Мало того, что заявились скопом… так говорят, еще и привезли кого-то. Заключенного, какую-то шишку. Сама не видела, но говорят, запрудили всю Осевую улицу, и эти их флажки…

Она говорила и говорила, невнятно и глухо из-за зажатой в острых зубах трубки. Ласкез чувствовал, как Таура, вдруг схватившая его за левую руку, стискивает дрожащие пальцы. И уши, и губы у нее дрожали. Глаза блестели. Ки тоже все это заметила, но поняла иначе:

– Не любишь дым, подруга? Так бы и сказала.

Она с виноватым видом принялась гасить трубку, даже открыла окно. Но Ласкез прекрасно понимал: дело вовсе не в том, что салон машины уже превратился в туманную пещеру, пахнущую жжеными сладкими травами. Просто Таура, вероятно, подумала, что знает, кого привезли в этот город.

И она могла быть права.

Ласкез не стал высвобождаться. Наоборот, покрепче сжал пальцы шпринг в ответ. Остаток дороги они ехали практически молча.

Ярд 45-д напоминал хорошо подсвеченную, чистую, удобную клетку. Одну из полудюжины одинаковых клеток, стоящих на общем неогороженном пространстве и соединенных по некоторым этажам горизонтальными галереями и спиральными лифтами. Окна оказались большими, и в них все было видно.

Задрав головы, Таура и Ласкез наблюдали за мужчинами и женщинами – одетые в знакомую форму, они возились с документами, ходили туда-сюда, говорили друг с другом. Казалось, вовсе не замечали, что за ними следят. Или просто привыкли?

Этажей в «клетке» Ронима было двадцать пять. Помещений – скорее всего, десятки, а обитателей – сотни. Как найти одного-единственного? Но чтобы не паниковать еще больше, Ласкез просто пошел ко входу. Таура держалась вплотную, ее уши и вибриссы подрагивали.

– Доги воют… – пробормотала она. – Как их много…

Ласкез улавливал лишь монотонный гул и не мог, да и не хотел сосредоточиться на этом звуке. Поднявшись по ступеням, он взялся за ручку двери – стеклянной, как почти все вокруг, ледяной и гладкой. Затем открыл ее и впустил шпринг первой. Потом вошел сам, уже готовясь к приветствию вроде: «Гражданские? Убирайтесь!»

Но сидящий за стеклянным столом дежурный – пушистый дымчатый шпринг в серой форме – только рассеянно моргнул и, поздоровавшись, уточнил:

– К кому вы, ле?

Помещение было полупустым: ничего, кроме этого стола и нескольких диванов у дальней стены. Еще дальше – за спиной дежурного – темнел перегороженный турникетом проход к лифтам и лестнице. Шпринг поправил очки и улыбнулся:

– Может, какие новобранцы?

У Ласкеза колотилось сердце. И заколотилось еще сильнее, едва он услышал вопрос – даже ладони вспотели. Выдохнув, он как можно увереннее ответил:

– Мы… к старшему детективу Грнгроссу.

Произнеся это, Ласкез стал лихорадочно придумывать ответ на вопрос «Кем он вам приходится?» Слово «друг» казалось громким – теперь, когда Ласкез вырос. «Родственник» было бы дурацкой ложью. Честнее всего было сказать…

– Нам очень нужно его увидеть.

«Он единственный, в кого я еще верю».

Но шпринг вообще ничего не спросил. Он просто придвинул плоский старый телефон, поднял трубку и, быстро перелистнув лежащую перед ним тетрадь до конца, набрал номер.

– Отдел убийств, группа 36? Дежурный Вуцки. Детектив Грингросс на месте? К нему гости. Вероятно, он их ждал. Пропустить или он спустится? Хорошо. – Вернув трубку на рычаг, дежурный поднял глаза. – Проходи, парень. Оба проходите. Двенадцатый этаж, на двери будет номер 36. Налево.

Под столом оказалось несколько выступающих круглых кнопок. Шпринг опустил ногу на крайнюю, и турникет за его спиной бесшумно поднялся, открывая путь к лифтам.

– Благодарю! – сдавленно сказал Ласкез.

Таура уже в который раз вцепилась в его руку, но сейчас скорее успокаивающе, чем пугливо. Она даже улыбнулась.

– Парень, вы… не из Малого мира?

Вопрос догнал их уже возле лифта, и Ласкез так сильно вдавил кнопку вызова, что руке стало больно. Он обернулся. Дежурный улыбался.

– Да. Оттуда.

Шпринг явно хотел спросить что-то еще, но лифт уже приехал. Ласкез торопливо шагнул в полутемную кабину, нажал «Закрыть дверь» и, едва лифт со скрипом тронулся вверх, привалился спиной к стене и зажмурился.

– Ну-у, – услышал он голос Тауры. Она уже не держала его за руку. – Хватит бояться. Ты глупо выглядишь.

Ласкез приоткрыл один глаз. Шпринг приглаживала волосы перед мутным зеркалом.

– С чего ты взяла, что я боюсь?

– С того, что ты боишься, – отозвалась она. – Не могу объяснить. Если бы ты был котом, у тебя бы шерсть стояла дыбом.

Он не ответил. Лифт полз медленно. Казалось, невыносимо медленно, будто специально. Ком в горле становился все ощутимее, дрожь в коленях усиливалась. Ласкезу даже казалось, что он вот-вот потеряет дар речи. Как тогда, когда Тэсси…

– Так здорово, Ласкез, – очень тихо произнесла Таура, глядя в пол. Эта фраза почему-то сразу заставила Ласкеза взять себя в руки. Он вопросительно посмотрел на шпринг. Она продолжила:

– Джер нашел семью. И ты нашел… ну… что-то, что почти семья. Может быть… мы все найдем?

Ласкезу стало не по себе. Он в очередной раз подумал, что мог бы быть к шпринг повнимательнее. Пожалуй, стоит вести себя как подобает защитнику, а не трясущейся девчонке. Чего он, в конце концов, боится? Что Роним просто прогонит его, формально сказав что-нибудь вроде: «Рад был тебя повидать»? Пусть. По крайней мере, можно надеяться, что он их не сдаст. Разочаровываться в чем-то после длительного ожидания довольно больно. Но не смертельно. И это помогает многое обрести. Например, свободу от собственных иллюзий. Детских заблуждений. Беспочвенных надежд.

Лифт остановился. Двери с легким скрежетом разъехались. Ласкез сделал вдох, вышел, сразу повернул голову влево, в поисках таблички с номером, но…

– Здравствуй, Ласкез.

Он вздрогнул и посмотрел вперед. Серый детектив стоял шагах в пяти.

Казалось, он не изменился. Только форменный плащ, небрежно накинутый на плечи поверх рубашки, стал потрепаннее. Немного отросли волосы, острее обозначились морщины в углах губ и на лбу.

– Ты вырос. Здравствуйте и вы, прекрасная ла.