Чтение онлайн

Росла на вершине скалы слива дикая, красным цветом усыпанная. Подпрыгнула девушка в красном, за сосну ухватилась, легко на самую макушку вскарабкалась. Вмиг до середины отвесной скалы добралась, да так ловко, будто ветром ее туда занесло. Хоть и привык Да-чжуан по горам лазить, а подивился. Взобралась девушка на вершину скалы, наклонилась, полную охапку сливовых цветов нарвала. Распрямилась, видит - юноша с нее глаз не сводит, рассмеялась и бросила в юношу цветок. И вот диво: ни вправо не упал цветок, ни влево, ни вперед, ни назад - прямехонько в голову юноше угодил. Растерялся юноша, покраснел. А девушка так и покатывается со смеху.

Говорит ей сестрица:

–  Не шутки у тебя, а зло одно. Пошли лучше домой. Увидит отец - не до шуток будет.

Повернулись девушки и за каменной скалой исчезли. Стал юноша думать, стал гадать. «Чьи же это дочери сюда ненароком забежали?» А потом решил: «Не мое это дело», и снова принялся хворост рубить.

На другой день Да-чжуан, как всегда, в горы отправился. Рубит он хворост, вдруг - шварк - камешек прямо перед ним упал. Обернулся юноша - меж сосен красное платье мелькнуло. Звонкий смех бусинками рассыпался. Заколотилось у юноши сердце, никак не успокоится.

На третий день девушка в красном с охапкой хвороста Да-чжуану навстречу вышла, смехом заливается. Глаза у нее еще яснее, щечки еще розовее.

Говорит юноша:

–  Ты… - и ничего больше сказать не может.

Бросила девушка хворост, засмеялась и убежала. Взяла тут юношу досада. Ругает сам себя: «Рот деревянный, язык непослушный». Обо всем забыл юноша, только про девушку и думает. Насилу день прожил. Утром пришел, смотрит - девушка на травке у реки сидит. Расхрабрился юноша, дай, думает, подойду к красавице. А красавица рот рукой прикрыла, так и прыснула со смеху. Застеснялся юноша, остановился, дальше идти не решается. А девица головой кивает, зовет юношу. Подошел он. Как звать девицу, не знает и спрашивает:

–  Ты откуда?

А девушка смеется и отвечает:

–  Не все ли равно откуда? Давай лучше я тебе хворост помогу рубить. Посмотрим, кто больше нарубит!

Девушка то на дерево заберется, то вниз спрыгнет. Руки проворные, сама легкая. Ломает хворост, да никак ей за юношей не угнаться - чуть поменьше его наломала. Забралась девушка на сухое дерево, с треском верхушку обломила. Вдруг из лесу голос послышался:

–  Эр-ни! Хватит тебе проказничать, не маленькая! Иди скорее, отец пришел!

Спрыгнула девушка с дерева, на одну кучу хвороста посмотрела, другую взглядом смерила, головой мотнула и говорит:

–  Ты верх взял, больше меня хворосту наломал. А теперь мне пора. Старшая сестра кличет.

Повернулась девушка, к лесу побежала. Обернулась, засмеялась и исчезла.

С той поры девушка частенько прибегала из лесу. Шутки шутит, смехом заливается, юноше хворост собирать помогает. Сказала она, что прозывается Эр-ни - Вторая дочь, что она из семьи Ху, живет за высокой горой, а девушка в зеленом старшей сестрой ей доводится.

Уж так рад юноша, когда девушка к нему приходит, что небо вместе с ним радуется, земля веселится. Защебечут птицы - чудится юноше пенье дивное. Зашумят на ветру листья - слышится юноше звонкий смех. И цветы будто краше стали и ручьи звонче. Вот бы взять такую девушку в жены. Думает так юноша, а красавице ничего не говорят, боится.

Приметила мать: уходит сын раньше, домой возвращается позднее. Хворосту еще больше приносит. Радуется старая - трудолюбивый у нее сын, и тревожно ей - неладное чует. То веселится юноша, то вдруг задумается, как потерянный ходит. Не стерпела мать, спрашивает:

–  О чем печалишься, сынок?

И рассказал ей сын все, как есть, по порядку.

Говорит мать:

–  Горы глухие да пустынные. Откуда там девушке взяться? Коли встретишь ее опять, приведи, я на нее, погляжу.

Наутро пришел юноша в горы, а девушка на прежнем месте сидит - на самой верхушке скалы каменной. Голова вся цветами изукрашена. Взяла Эр-ни один цветок, в волосы юноше воткнула, а сама смеется-заливается.

Говорит юноша:

–  Не будем мы нынче хворост рубить.

–  Отчего же не будем?
– спрашивает девушка.

Отвечает юноша:

–  Моя матушка на тебя взглянуть хочет.

Обиделась девушка и говорит:

–  Эх ты! Хочешь, чтоб мать тебе подходящую жену выбрала?

Сказала так девушка, плечами повела, повернулась и убежала.

Растерялся юноша, быстро догнал девушку, говорит, а сам запинается:

–  Хочу я с тобой век вместе прожить, коли не брезгуешь, соглашайся.

Застеснялась девушка и говорит:

–  Да это я так, шутки шучу.
– Сказала и опять смехом залилась.

Посмотрел юноша на девушку и тоже рассмеялся, пот со лба вытер.

Привел юноша Эр-ни к себе в дом, стала она его женой. И до того трудолюбива была Эр-ни! За что ни возьмется - все у нее спорится. Нисколько не гнушалась девушка бедностью Да-чжуана. День-деньской щебечет да смеется. С нею и старуха-мать словоохотливей стала. Только вскорости закручинилась вдруг старуха, брови нахмурила. Стала ее Эр-ни спрашивать, что да как. А старуха ей и отвечает:

–  Не хочу я тебя обманывать, доченька, все наши припасы кончились, нечего больше в котел класть.

Засмеялась молодая невестка и говорит:

–  Не тревожьтесь, матушка!

Сказала она так и убежала куда-то. Немного времени прошло, смотрит мать; невестка с целой корзиной риса воротилась. Глазам своим не верит старуха. Радуется, а у самой сердце ноет. И спрашивает она невестку:

–  Где ты рис раздобыла, доченька?

Ничего не сказала Эр-ни, рассмеялась и за стряпню принялась. Дни долгие, ночи длинные. Старуха-мать и думать про этот случай забыла.

Год прошел. Родила Эр-ни мальчика. Живут они вчетвером - не нарадуются. Оглянуться не успели - мальчик бегать научился. Но вот однажды, когда солнце уже за гору село, шел Да-чжуан домой с вязанкой хвороста, вдруг видит - Эр-ни с каким-то стариком разговаривает. Хотел он было подойти посмотреть, что за старик такой, опомниться не успел, как старик исчез. Эр-ни одна осталась. Подбежал к ней Да-чжуан, смотрит, а у Эр-ни из глаз слезы-жемчужинки катятся. Растревожился юноша, дрожит весь, ни разу не видел он, чтоб жена плакала. Не успел он и рта раскрыть, а Эр-ни ему и говорит:

–  Должны мы с тобой, Да-чжуан, нынче расстаться.

Смотрит юноша на Эр-ни, глаза широко раскрыл. Ему и во сне такое привидеться не могло, думает: может, ослышался. А жена опять ему говорит, да тихо так:

–  Искал меня отец, искал и нашел наконец. А теперь с собою увести хочет.

Понял тут Да-чжуан, что приключилось, заныло у него сердце, и спрашивает:

–  Уйдешь ты, значит, от меня?

–  Не моя на то воля, отец неволит. Забудь обо мне, будто и не было ничего промеж нас. Никогда мы больше с тобою не свидимся.
– Сказала она так и заплакала горько-горько.