Чтение онлайн

…Подьезжая к синим воротцам, мы видим бело – серую «шкоду», с заляпанным грязью бампером и распахнутым во все четыре дверцы салоном.

– Опять курила, зараза! – яростно шипит Мишка, стискивая руль, и кривя верхнюю губу. – Сейчас, вот я ее, за шиворот!

– Не надо, Миша! – вздыхает легко фей, и его ручка в красной перчатке едва касается плеча разъяренного Ворохова – Такая жизнь, что я иногда думаю, что и сама бы закурила..

Мишка пристально смотрит на фея, в зеркало переднего обзора, и вдруг – улыбается. Расслабившись:

– Тебе бы пошло, королева! Если с мундштуком – ваа – аще отпад… Грэг, как ты думаешь?

– Да. – Я задумчиво улыбаюсь. – Только сигареты в такт к ее духам не подобрать.. Она их часто меняет. Духи….. Через день – два.. Не успеваю привыкнуть.

– Это я вместо.. Вместо – мужа. – Фей смягчает абрис щеки тонкой, едва заметной улыбкой… – Перчатки, духи, шарфы, коллекции. То, что подобает менять настоящей женщине Подлинной. Не копии. Теперь я, видишь, Мишенька, даже дом сменила… Живу на даче… Как здорово! —

Проглотив язык, ошеломленно, смотрю на Мишку, он подмигивает мне в зеркало, и держит большой палец вверх, что означает у него всегда – полный восторг, но ответить что то на монолог фея мы оба не успеваем, потому что фей уже весь – в другом… И – о другом совершенно.

– Ой. А это кто там? – ахает она, поднеся обе ладошки к щекам.. – Лешик? Лешик мой приехал! Ура!!! – И едва машина успевает затормозить, как фей почти выпрыгивает из нее, не освобождаясь, не убегая от объятий краснощекого Лешки, тотчас бросившего корзинку с яблоками и охапку хвороста на половине садовой дорожки. – Па, привет! – ломающимся тенорком сипит Лешка, целуя фея в нос, и куда то – пониже шеи, пожимая руки мне и Мишке. – Там мама камин топит целый день, но тепло только, если двери в столовую закрыть.. Наверху дубак вообще! И еще, прикинь, па, мама мышь поймала на кухне! Класс! – Лешкины глаза горят азартным огоньком, но он брезгливо морщит нос:– Теперь она все комнаты с хлоркой моет.. Там такая аромагия, блин! Фей, тебе нельзя пока в дом.. Посиди в саду, а? – Лешка осторожно берет Ланочку за руку и ведет, по тропинке, к ольховой скамейке под кустиком низкорослой черной рябины. – Я тебе плед сейчас принесу, подушку.

– Да. Я побуду тут. Хорошо после дождя. Свежо. – Фей согласно кивает, ласково гладя Лешкины соломенно – черные вихры на затылке. – А ты яблоки собирал, да?

– Хм… Ма сказала, компот сделает и варенье. Как у бабушки в Ярославле. Я еще не дособирал.. Их много.. А давай вместе собирать? Грэг, можно? – Лешка вопросительно смотрит на меня и одновременно ободряюще подмигивает, мол, не дрейфь, дружище, я рядом…

Я киваю медленно, раздумчиво:

– Не спешите только.. Потихонечку. Если фей устанет, ты знаешь, что делать, да?

– Ну, нет, братцы! – Вступает вдруг в разговор Мишка, нагруженный, как и я, сумками и пакетами из багажника.– Мышь это – класс, конечно, зверье, живье, и все такое, но так дело не пойдет, надо котофея искать..

– Ух, ты.. Вместе с феем у нас еще и котофей будет??! Ух, ты здорово!!! – и младший Ворохов, пританцовывая, кружится по садовой дорожке, подняв к солнечным бликам утра сентября нос в веснушках, и красные, как яблочки, щеки.

Фей рассыпает по краю дорожки серебряные колокольцы – дребезги своего тихого смеха, как обычно, и у меня немного светлеет на душе.

****

….Распахиваются входные двери и на крыльцо вылетает Аня Ворохова, в синих джинсах и шлепанцах на босу ногу, в куртке канареечного цвета..

– Приехали? Слава Богу! Миш, привет – она целует Мишку, на ходу, с летящей нежностью, куда то, мимо уха, от нее веет легким запахом хлорки, дезинфектора и яблок… Странный такой коктейль. Я морщусь слегка, и, обходя чету Вороховых на садовой дорожке, осторожно треплю Анину макушку, отчего ее волосы, стянутые тугой резинкой, рассыпаются…

– Грэг, привет! – Аня сжимает мое запястье.– Не хулигань! Пакеты поставь на кухне, я разберу… Наверх не поднимайся… И ты, солнышко, не поднимайся тоже, пока.. Нельзя туда. Сказали, через два часа.

– Кто? – Фей нетерпеливо развязывает ленты накидки – пальто – Кто сказал?

Санпедстанция* – важно произносит Лешка, выпуская воздух через одну ноздрю.. – Такая машина большая, зеленая, с крестом, и там два дядьки в противогазах с чемоданами… Как на войне, фей, прикинь, блин! Мышей травили… А на чердаке столько сундуков каких то… Они все двигали, и переставляли, и сказали, что сундуки с камнями, наверное… Но крыс там нет.

– Еще крыс только нам и не хватало! – хрипло смеюсь я, присаживаясь на крыльцо.

– Да. Для полного счастья. – Тихо шепчет фей, держась за мою руку и останавливаясь рядом. – Я их не люблю. – Она передергивает плечами. – Честно сказать, боюсь. И не понимаю, зачем они… А когда не понимаю, тогда мне страшно…

– Они же, как санитары, милая! – Я осторожно стягиваю ее перчатку с запястья вниз, целую, стараясь в одно мгновение, нитью губ, услышать пульс… Аритмия. Пульс то появляется, то – пропадает… Пахнет сиренью.. Ее любимые духи. Сквозь все.

Улыбаюсь, осторожно пригибаю ее мизинчик к тыльной стороне ладошки, еле слышно шепча детское и теплое: «Сорока – ворона, кашу варила» – и подмигиваю ей: Она улыбается, успокаиваясь:

– Прости, я думаю бог весть что!.. Аня, а вы давно здесь?

– Солнышко, мы – с утра. – Аня выходит на крыльцо с пледом и подушкой, с вышитым по атласу маком. – С утра дождь и дымка была, представляешь, какая красота! Я думала, радуга будет… Говорят, когда радуга так поздно, в сентябре – к теплу.

– Грибов тьма, наверное! – Мечтательно вздыхаю я.

– О. Грэг, а пойдем на разведку, а?… – встревает в разговор младший Ворохов и осторожно тянет за руку фея, отбирая у Ани, все, что она вынесла – Ма, чего ты, дай, я сам постелю.

– Аккуратнее только! – Аня, легко, бугорком ладони, касается головы сына. – Он прижимается к ее коленям:

– И папа сказал, у нас котофей скоро будет.. В придачу к фею.

…От мышей – котофей.

С глазом, что когтя – острей.

В доме он живет, где фей

Пьет на завтрак звезд елей…

Тихо, едва выдыхая, бормочет фей, и улыбается:

– Это про меня немножко, ребята, да? – И нетерпеливо бежит по дорожке от крыльца, позвякивая молниями на сапожках, в глубину сада. Лешик, тотчас же -«зигзагом» срывается за ней:

– Подожди, эй, куда ты?… Там яблоки, тихонько!!! Упадешь! – Но фей не замедляет шага…

– …Запиши, что ли? – Растерянно протягивает мне ошеломленный Мишка коробку от сигарет и сломанный наполовину карандаш…

– Я и так запомню. Не надо. – Мой голос срывается на хриплый шепот. Аня медленно сползает по столбику крыльца на ступеньку. Сидит и плачет беззвучно. Просто – не вытирает слез, которые капают со щек на ее пальцы, оставляют дорожки на шее.