Сказки народов Африки, Австралии и Океании
Шрифт:
— Кто хочет потрогать?
Дети подошли, и он прикоснулся к ним нагревшейся стрелой. Дети вскрикнули и разбежались. А мальчик стал вертеть стрелу еще сильнее, чтобы она нагрелась еще больше, а потом снова дотронулся до детей. Тогда и они стали помогать ему и предложили:
— Давайте нагреем еще сильнее.
Они снова начали вертеть стрелу — тогда появился дым. Клочок сухой травы, лежащий внизу, начал тлеть. Дети принесли еще травы, чтобы увидеть больше дыма и повеселиться. И в то время как они стояли и смотрели, вверх взметнулось пламя — пшш… пых! Оно осветило и поглотило траву, стало расти и уничтожило кустарник и все время гудело и трещало: «во-во-во-во-во», будто проносилась буря.
Люди со всей округи сбежались сюда, смотрели на пламя и говорили:
— А где же те, кто послал нам это чудо?
Потом они отыскали детей и закричали:
— Откуда вы взяли это чудо?!
Взрослые были очень рассержены, и дети испугались. Но они все-таки взяли свои деревяшки и показали, как их вертели. И тогда снова вспыхнуло пламя. Взрослые закричали:
— Что вы наделали! То, что вы придумали, уничтожит всю нашу траву и деревья!
О том, что огонь может сослужить и добрую службу, взрослые узнали, когда дети стали искать на месте пожарища принесенную на пастбище пищу. Дети сказали:
— Подите-ка сюда, взгляните: всю нашу еду уничтожил Вово! — Они назвали огонь Вово, потому что когда он горел, то гудел: во-во-во-во.
Но когда дети, проголодавшись, все же попробовали бананы, то обнаружили, что они стали намного мягче и слаще, чем были. Они снова развели небольшой огонь и положили в него бананы — и снова нашли, что бананы стали вкуснее.
И тогда все люди понесли Вово домой и стали печь на нем свою еду.
Однажды к ним пришел незнакомец, отведал их еды и спросил:
— Как вы это готовите?
Тогда ему показали огонь. Незнакомец пошел домой и взял козу, чтобы обменять ее на огонь. Он повстречал другого человека, и тот спросил его:
— Куда это ты идешь с козой?
А незнакомец ответил:
— Я иду к Вово за огнем.
Вот так и пришло много людей. Они купили огонь и разнесли его по всей земле. И научились добывать огонь из кусков дерева трением. Мягкое дерево они назвали кипонгоро, а другое — овито. Эти две деревяшки они стали держать наготове на полу хижины и говорили:
— Это на случай, когда наступит долгая ночь и все люди будут спать, так что никто не сможет достать огня у соседа.
Как на земле появились горы и реки
Перевод М. Вольпе
Сказка камба
— Вы понесете мой лук и одну-единственную стрелу, а также возьмете бочки с пальмовым маслом, — сказал великан своим спутникам.
Лук великана был согнут из исполинского ствола, тетива была втрое толще человеческой руки, а стрела — длиной в сотню человеческих рук.
Не успели охотники выйти за деревню, как уже выбились из сил, до того тяжелым оказалось снаряжение Мвуки. Пришлось великану освободить товарищей от этой ноши. Он легко закинул лук за плечи и, поигрывая стрелой, словно перышком, двинулся вперед. Другие охотники еле-еле поспевали за ним.
Вскоре они пришли на поляну, где паслось большое стадо носорогов. Охотники сказали Мвуке:
— Смотри, сколько носорогов, стреляй в них.
Мвука только отмахнулся:
— Вот еще, буду я терять время на таких мелких зверюшек!
Через некоторое время охотники наткнулись на стадо слонов. Опять они говорят Мвуке:
— Возьми в руки лук, Мвука. Видишь, сколько слонов.
Тот и головы не повернул:
— Было бы на что стрелу тратить! Не нужна мне такая мелюзга!
Люди дивились на Мвуку. Какого же зверя хочет убить великан? Вскоре они увидели стадо жирафов, которые щипали листву с верхушек высоких акаций.
— Стреляй, Мвука!
Великан лишь засмеялся в ответ:
— Малышки мои, вы, видно, проголодались. Будет вам мясо.
Он взмахнул рукой и повалил столько животных, сколько у человека пальцев на двух руках.
Охотники освежевали добычу, развели костер и нажарили мяса жирафов. Наелись они до отвала. Только Мвука ничего не ел. Он сидел поодаль от костра и думал о чем-то своем.
— Для какого зверя бережет он стрелу? — спрашивали охотники друг друга.
Какую только дичь не повстречали они в лесу! А Мвука и не помышлял об охоте.
Набрались охотники сил и отправились дальше. Они долго шли, пока не очутились в стране, куда никто из их соплеменников прежде не забредал. Тут они устроили привал, и великан наконец сказал:
— Я хочу подстрелить зверя нзангамуйо, о котором говорится в сказаниях предков. Нет ничего вкусней его мяса. Если нам удастся справиться с этим зверем, потомки будут с гордостью вспоминать о нас.
Он очистил от травы просторную поляну, а охотникам велел соорудить длинные лестницы. Когда все было готово, люди по лестницам взобрались на плечи Мвуки и полили его тело маслом из бочек. Они тщательно растирали маслом спину, грудь, шею и руки великана, чтобы они залоснились. До поздней ночи охотники занимались этим. Весь следующий день Мвука лежал на животе и грелся на солнце. Перед закатом он взял свой лук и стрелу.
До самой темноты натягивал он тетиву, пока не почувствовал, что лук стал достаточно гибок, чтобы поразить нзангамуйо, когда тот появится.
Едва взошло солнце, Мвука ушел от становища, а вернулся с несколькими жирафьими тушами.
— Разведите большой костер, вытопите жир, — велел он.
Охотники натопили много жира и вылили его на великана, так что жир стекал с тела Мвуки, как струи дождя. День за днем великан приносил обильную дичь. Люди растирали жиром его тело, а мясо съедали. Сам Мвука за это время поел лишь один раз, но проглотил сразу столько жирафов, сколько у человека пальцев на двух руках.
Наконец наступил день, когда у самого горизонта охотники заметили пыльное облачко. Солнце успело подняться высоко и закатиться, а столб пыли словно замер на месте. Но на следующее утро охотникам показалось, что он немного приблизился.
— Нзангамуйо идет, — сказал Мвука.
Пыльный столб все приближался и приближался. Люди со страхом ждали, что будет. Великан успокоил их:
— Шесть раз солнце сменит на небе луну, лишь тогда появится голова нзангамуйо.
И действительно, утром шестого дня столб пыли поднялся под самые облака и растекся по небу, точно широкое озеро. Охотники увидели голову нзангамуйо. Она была на удивление маленькой и плоской, шириной всего в десять человеческих рук.