Чтение онлайн

— Ваше Величество, Вам не кажется странным, что нас не встречают? — спросил меня старый кучер, подавая мне руку.

Я пожала плечами. Когда дело имеешь с главой магического ордена, отсутствие засады — тоже дружелюбная встреча.

Мы с кучером шли по скользкой тропинке, петляющей среди деревьев. Можно было подумать, что граф любил проверять трезвость своих гостей с помощью этой змейки. Было бы куда удобнее, если бы карета могла подъехать прямо к замку, но нам пришлось обойти все деревья, посаженные в хилый рядок.

— Это поместье всегда принадлежало Мышкиным? — спросила я у кучера.

— Да, но оно заметно отстроилось за последние годы. По слухам, лет пятнадцать назад мальчики жили во флигеле прислуги, поскольку замок нуждался в капитальном ремонте, а денег на него у главы семейства не было, — поведал мне старик.

— Мальчики? — переспросила я.

— Да, — мы с кучером остановились у ступенек замка. — У старого графа было два сына. Его жена умерла от оспы спустя год после рождения младшего. Лев Мышкин кутил, посещал сомнительные клубы, где проматывал состояние, доставшееся ему от предков, играя в карты. После — наложил на себя руки, когда старшему из его сыновей исполнилось шестнадцать.

— Поместье не выглядит запущенным, — отметила я. — Как получилось, что молодые люди смогли так быстро его отстроить?

— Отремонтировать, — поправил меня старик. — Не знаю, но подозреваю, что занятия магией могут приносить хороший стабильный доход…

Я натянула приветливую улыбку и поднялась по лестнице. Вдруг огромные двери распахнулись перед нами. На пороге стоял высокий худощавый бледный юноша со светлыми вьющимися волосами и поразительно яркими зелеными глазами. В одной руке он держал светящийся магический шар, в другой — факел.

— Ваше Величество! Мое почтение, — юноша улыбнулся, однако его глаза не выразили никакого чувства или намека на него.

Его голос оказался выше, чем я представляла, но не звучал комично, даже наоборот — он звенел своей холодностью.

Шар повис в воздухе, и юноша взял мою руку и поднес к своим сухим губам. Мне показалось, что его глаза хищно сверкнули.

— Я всегда рад оказать посильную помощь августейшим особам.

— Отлично, — я вытащила свою ладонь из его пальцев. — Будьте добры подать горячий завтрак и сопроводить меня в жилые комнаты. Мне будет удобнее говорить о деле после короткого отдыха.

Зеленые глаза графа снова сверкнули.

— Конечно, как вам будет угодно, Ваше Величество. Следуйте за светящимся шаром, Ваши комнаты уже готовы.

Стены комнаты были обиты темно-синим бархатом. Насколько это было практично, я не знала, но жизненный опыт подсказывал, что после одного-двух сезонов тополиного пуха ткань будет невозможно очистить.

Мне понравилось черное покрывало, которым застелили кровать, как и иссиня-черное постельное белье. А вот то, что кровать поставили прямо в центр огромной пентаграммы, вызывало некое недоумение. Потому, решив сохранить себе нервы, я отодвинула кровать в сторону, поближе к стене.

Когда я спустилась к завтраку, за длинным столом в огромном обеденном зале уже кто-то сидел.

— Доброе утро, — приветливо поздоровалась я.

— И вам, — довольно хмуро ответил мой собеседник. — Насколько я понимаю, вы и есть Королева?

У него тоже были кудряшки, только темные. И выглядел он куда более живым, чем выгодно отличался от главы ордена крестенрозеров.

— Насколько я понимаю, Вы и есть второй сын Льва Мышкина? — вопросом на вопрос ответила я.

— Андрей Мышкин, — представился мой собеседник, посыпая свою порцию овсянки сахаром. Я не смогла представить его брата с таким же аппетитом что-то поглощающего: мне казалось, что под взглядом Федора все съедобные продукты обязательно испортятся.

— Отчего вы не пошли в маги по стопам старшего брата? — спросила я, ковыряясь в каше.

— Не было таланта, — лаконично отозвался он.

— К магии? — уточнила я.

— К логике, — усмехнулся Андрей, — у брата. Потому он обучался у спятившего колдуна. А у меня степень доктора естественных наук. Ешьте овсянку, она полезна для цвета лица.

— Проще измазаться свеклой, — отмахнулась я.

Андрей неодобрительно на меня посмотрел поверх тарелки.

Я скривилась, но послушно зачерпнула ложкой теплое вязкое месиво. Закрыла глаза и на выдохе положила ложку в рот. Покатав кашу по небу, проглотила ее, стараясь не замечать вкуса. Я открыла глаза и заметила, что Андрей наблюдает за мной сквозь опущенные ресницы. Его тарелка была прилично пуста, а по его довольной улыбке было понятно, что сейчас он наслаждается своим будущим прекрасным цветом лица, выгодно отличающимся от моего настоящего. Я попыталась натянуть на физиономию величественное выражение, но у меня практически не получилось: видимо, только истинный аристократ способен хорошо совмещать величие и овсянку. Готова дать руку на отсечение, со стороны казалось, что перед второй ложкой каши я скривилась еще больше.

— Королева, Вы когда-нибудь играли в покер? — вдруг спросил Андрей, разглядывая дно своей чашки.

— Нет, — я не стала врать.

— Не играйте, у вас не получится, — вежливо сказал он. — Забыл сказать, брата вызвали по срочным делам, он будет только к обеду. Всего доброго.

Он встал, манерно поклонился и вышел, оставив меня наедине с моим утренним кошмаром.

Я потянулась на кровати. После дороги болела голова, но сон не шел, потому я закуталась по самые глаза в одеяло и читала, поедая мандаринки — сухой паек из запасов добрых дворцовых кухарок.

— Принцесса, Вас не учили, что есть в кровати — дурной тон? — раздался знакомый шебуршащий голос.

Мне показалось, что кровать подо мной покачнулась, словно лошадь за мгновение до того, как тронуться неспешным шагом. Я резко захлопнула книгу и села. На подоконнике, наклонив голову на бок, посматривая на меня хитрыми глазками-бусинками, сидел мой старый знакомый дятел — существо, которое я старательно ненавидела и по которому безумно скучала.

И рисковала, когда испытывала эти слишком сильные для политика эмоции.

— А комментировать поведение девушек в постели — не дурной тон? — уточнила я.

Дятел рассмеялся очень неприятным смехом, звучащим будто бы один кирпич потерли о другой. Его глаза отражали огонь факелов или камина, отчего он казался еще более мудрым и старым, чем был.

Без сомнения, он улыбался, довольный собой.

— Смотря где, — мой пернатый товарищ перелетел на спинку кровати. — Читаешь?

Я убрала книгу под подушку, стараясь спрятать от него обложку. Не люблю вопросы, которые задаются ради самого вопроса.