Чтение онлайн

«Мбо» — одно из самых беспощадных и жестоких произведений в данном сборнике. Оно хорошо демонстрирует яркий талант Ройла-рассказчика и сводит воедино две легенды.

Говорит автор:

«Острова интересны именно в силу своей изолированности. Эволюция здесь может пойти по иному пути. Ямайский тигр (вымерший), тасманский тигр (обычно считается, что он тоже вымер; на самом деле это даже не кошка, а сумчатое животное), занзибарский леопард (возможно, вымер, но мало ли…). Занзибарский леопард был мельче своего континентального сородича, и пятна у него выглядели иначе. Поиски следов его пребывания на острове в девяностых успехом не увенчались, но, стоя на краю леса Джозани и всматриваясь в глубь деревьев, несложно представить, что где-то там, внутри, рыщет леопард».

ОТПРАВИТЕЛЬ: Джон Дж. Финнеган, Президент «Уэйк и Финнеган», Отдел маркетинга

ПОЛУЧАТЕЛЬ: Дэвид Брукс, Главный копирайтер, Отдел креативных проектов

Ну что ж, сынок. Где же оно? Ребята из лаборатории «Лайф-Про» начинают нервничать. За этот проект они выкладывают столько зелени, что ты и не подозреваешь. Покажи мне свои наработки.

ОТПРАВИТЕЛЬ: Брукс

ПОЛУЧАТЕЛЬ: Финнеган

Вы хотели этого, босс, — вы это получили. Непросто было придумать, как продать кошку, похожую на штрудель. Вот мои наметки.

Рекламная кампания кошек-пуфиков будет в основном направлена на городских потребителей. Генетически модифицированное стационарное животное отлично подходит для обитателей съемных и кооперативных квартир.

Представьте, как удобно будет пользоваться живой кошкой без лап и ног. В стандартный набор аксессуаров должны входить ремешки на липучках, которые позволили бы размещать и закреплять кошек-пуфиков на подлокотниках, стульях или любых других поверхностях в ограниченном жизненном пространстве.

Поначалу модельный ряд будет включать в себя десять самых популярных кошачьих пород. КП будут поставляться в двух форматах: «котенок» и «взрослая особь», причем котята при помощи гормональной терапии не будут развиваться и до окончания срока годности останутся хорошенькими.

Еще такая деталь: в «Лайф-Про» говорят, что проблему с кривой роста решат примерно за год, и тогда мы сможем предложить потребителю КП, которых можно приобретать котятами, а затем наблюдать, как они вырастают до взрослого состояния за считаные недели.

Нужно будет просто поменять приспособление СаниКис. Таких КП можно рекламировать отдельно в качестве обучающего материала для детей, чтобы учить их заботиться о домашних животных, так сказать.

А теперь что касается СаниКис. Потенциальные покупатели наверняка поймут, что КП не смогут самостоятельно добираться до лотка — или, во всяком случае, не смогут перемещаться туда с нужной скоростью — поэтому в рекламной кампании необходимо будет упомянуть о мешках СаниКис, которые владелец должен будет менять как минимум раз в три дня.

Необходимо придумать какой-то способ без лишних подробностей объяснить хозяевам, что, если они не будут соблюдать график замены мешков, это приведет в лучшем случае к почечной недостаточности у КП, а в худшем — к тому, что кошку разорвет и ее останки разлетятся по всей комнате. Возможно, в отделе научных разработок придумают какой-нибудь предупреждающий сигнал, вроде индикатора низкого заряда батареи в домашних дымовых пожарных сигнализациях. Назовите их «Набор СаниКис», и лаборатория «Лайф-Про» может потирать руки в ожидании прибыли от продаж этих аксессуаров.

В рекламе обязательно подчеркните, что Кошки-пуфики смогут мурлыкать, облизываться, точить зубки и изгибаться, в точности как изначальная модель. Но при этом они не будут обдирать мебель, гоняться за птицами и шляться по району по ночам.

ОТПРАВИТЕЛЬ: Финнеган

ПОЛУЧАТЕЛЬ: Брукс

Пока что выглядит потрясающе. Лаборатория будет в восторге. От них поступило сообщение о том, что у них там какие-то неполадки со сплайсингом ДНК у котят. Первую партию придется изменить операционным путем, только так они останутся конкурентоспособными. Нужно, так сказать, покрыть товар сладкой глазурью. Ничего?

ОТПРАВИТЕЛЬ: Брукс

ПОЛУЧАТЕЛЬ: Финнеган

Без проблем. Это как смерть на конфетной фабрике: ужасная кончина, зато все в шоколаде.

Кстати, а что вы мне предложите после того, как я закончу с кошками-пуфиками?

ОТПРАВИТЕЛЬ: Финнеган

ПОЛУЧАТЕЛЬ: Брукс

Конфетку.

Как насчет Модульных Собак®?

Эдвард Брайант начал карьеру писателя в 1968 году, и с тех пор опубликовал более дюжины книг, включая «Среди мертвецов» («Among the Dead»), «Киноварь» («Cinnabar»), «Феникс без пепла» («Phoenix Without Ashes», написана в соавторстве с Харланом Элиссоном), «Солнце Вайоминга» («Wyoming Sun»), «Теория частиц» («Particle Theory»), «Фетиш» («Fetish») и «Баку: Сказки ядерного века» («The Baku: Tales of the Nuclear Age»). Сначала он прославился как писатель-фантаст, заслуживший множество премий именно в этой области литературы, но затем его занесло в жанр хоррор: он создал серию пробирающих до костей рассказов о современной ведьме Энджи Блэк, восхитительный рассказ про зомби «Последняя печальная любовь в закусочной для проклятых» («A Sad Last Love at the Diner of the Damned») и другие потрясающие произведения. Однако научную фантастику он пишет до сих пор.

«Кошки-пуфики®», рассказ, который он написал в 1983 году для журнала Omni, является сплавом обоих жанров.

— Конечно, было еще Поветрие Неверности в Чешире. Эпидемия длилась недолго, но все же игнорировать это явление мы не можем.

Мы с сэром Джеффри засиделись в «Клубе путешественников» допоздна, обсуждая всякие сверхъестественные вторжения чуждого и непривычного человеческой природе в жизнь нашего родного острова. Мы часто предавались этому занятию во времена наивысшего расцвета и наибольшей шаткости нашей великой Империи. Итак, мы говорили о тех незаметных и неожиданных эффектах, которые на нашу расу домоседов оказали все эти века приключений и захватнических походов. Во всяком случае, мне так казалось. Я был тогда еще молод.

— Зря вы говорите «конечно» таким обыденным тоном, — сказал я, пытаясь перехватить взгляд Барнетта, чье перемещение по тускло-дымному пространству курительной комнаты я не только созерцал, но и чувствовал. — Я понятия не имею, что такое «Поветрие Неверности».

Из глубин своего вечернего наряда сэр Джеффри извлек портсигар, который очертаниями смутно напоминал ряд выложенных в ряд сигар — так же, как саркофаг похож на заключенное внутри него тело. Сэр Джеффри предложил мне закурить, и мы не спеша зажгли свои сигары; мой собеседник покачал бокалом бренди, вызвав этим жестом маленький водоворот. Я понял, что это были некие вступительные ритуалы — то есть на рассказ я могу рассчитывать.

— Случилось это в конце восьмидесятых, — начал сэр Джеффри. — Не помню, как впервые услышал об этом; не удивлюсь, если из какой-нибудь фривольной статьи в «Панч». Поначалу я не обращал на слухи внимания; мне казалось, это что-то из разряда «популярных заблуждений и сумасшествия толпы» [6] . Незадолго до того я вернулся с Цейлона, и меня ужасно, чудовищно угнетала погода. Когда я ступил на берег, только начиналась осень, и следующие четыре месяца я почти не выходил из дома. Дождь! Туман! Как я мог о них забыть? И самое странное было то, что, похоже, все остальные особенно не страдали. Мой слуга по утрам поднимал портьеры и чрезвычайно бодрым голосом объявлял: «Еще один ненастный денек, сэр!» Я просто отворачивался к стене.