Чтение онлайн

Сказано-сделано: выкопали насколько могли траншею, чтобы ослабить сцепление корня с землёй, и снова схватились. Тролль за репку, орк за тролля, человек за орка, гоблин за человека, гном сразу сообразил, что дроу лучше не трогать и схватился за гоблина, эльф за гнома, тёмная за светлого. Тянут-потянут и… выыытяааанууууть снова не могут!

Тут нервы темной эльфийки не выдержали, она с яростью выхватила из-за спины два клинка и кинулась на репку".

Дети расширили от любопытства глазки и поинтересовались:

— Тетя Теоларинэ, и что дальше? Другая тётя дроу убила репку?

Сказочница усмехнулась:

— Разрубила на куски, которые по отдельности не такие уж и тяжелые. И заодно поделила между друзьями урожай.

Довольная концовкой сказки гномочка подмигнула "серой эльфийке" и улыбнулась:

— Вот что значит женская логика! Одна дама сумела сделать то, что было не под силу шестерым сильным мужчинам!

"В некиим царстве, в некиим государстве жил-был богатый купец, именитый гном.

Много у него было всякого богатства, дорогих товаров, жемчугу, драгоценных камениев, амулетов диковинных магических, золотой и серебряной казны. И было у того купца четыре сына. Все четверо красавцы писаные, а меньший лучше всех. И любил гном сыновей своих больше всего своего богатства, жемчугов, драгоценных камениев, амулетов, золотой и серебряной казны — по той причине, что был он вдовец, и любить ему было некого. Любил он старших сыновей, а меньшего сына любил больше, потому что он был на мать похож, помощником лучше всех и к нему — батюшке ласковее.

Вот собирается тот купец по своим торговым делам за тридевять земель, в тридевятое царство, в тридесятое государство, и говорит он своим любезным сыновьям:

— Сыны мои сильные, сыны мои смелые, сыны мои ловкие, сыны мои умелые, еду я по своим купецким делам за тридевять земель, в тридевятое царство, тридесятое государство. И мало ли, много ли времени проезжу — не ведаю, и наказываю вам жить без меня честно и смирно. И коли вы, будете жить без меня честно и смирно, то привезу вам такие гостинцы, каких вы сами захотите, и даю я вам сроку думать на три дня, и тогда вы мне скажете, каких гостинцев вам хочется.

Думали молодые гномы три дня и три ночи, и пришли к своему родителю, и стал он их спрашивать, каких гостинцев желают. Старший сын поклонился отцу в ноги, да и говорит:

— Государь ты мой батюшка родимый! Не вози ты мне ни доспехов непробиваемых, сшитых из кожи драконией, ни луков эльфийских со серебряными стрелами меткими, ни оружия мифрилового незатупляющегося. А привези ты мне золотую наковальню заговоренную, чтобы сносу ей от молота мощного не было, да чтобы камениями самоцветными украшенную, и чтоб шел от них такой свет, как от месяца полного, как от солнца красного, и чтоб было от них светло в темную ночь, как среди дня белого, чтобы в любое время суток ковать можно было.

Честной купец призадумался и сказал потом:

— Хорошо, сын мой трудолюбивый, хорошо сын мой к кузнечному делу приветливый, привезу я тебе такую наковальню. Знаю я в тридевятом царстве такой клан, который достанет мне таковую наковальню. А и есть он у одной королевишны эльфийской, а и спрятан он в кладовой каменной, а и стоит та кладовая в каменной горе, глубиной на триста сажень, за тремя дверьми железными, за тремя замками волшебными. Работа будет немалая, да для моей казны супротивного нет.

Поклонился родителю в ноги сын середний и молвит:

— Государь ты мой батюшка родимый! Не вози ты мне ни коней орочьих быстроходных, ни ящеров-репфайдеров непокорных, ни слуг-гоблинов неразумных, ни грузчиков из рода троллей сильных. А привези ты мне верблюдов — чудо-животных человечьих, к любым дорогам неприхотливых, в жарких песках воды не просящих, в холодных ветрах степей не мерзнущих, да тяжелую ношу тащить привычных. Чтобы из животных тех выносливых я составил караван торговый, несметную прибыль приносящий.

Призадумался честно?й купец и, подумав мало ли, много ли времени, говорит ему таковые слова:

— Хорошо, сын мой мудрый, по стопам отца идущий, добуду я тебе таковых животных. А и есть они у дочери короля людского, молодой королевишны, красоты несказанной, неописанной и негаданной, в талии двумя гномами необхватной. А схоронены те животные в тереме-верблюдюшне каменном, высоком, и стоит он на скале отвесной, вышина той скалы в триста сажень, за семью дверьми железными, за семью замками чародейскими, и ведут к тому терему ступеней три тысячи, и на каждой ступени стоит по воину хороброму, день и ночь с саблею наголо булатною, а ключи от тех дверей железных носит королевишна на поясе. Знаю я в тридесятом царстве такого мага, который достанет мне таковых животин. Потяжелее твоя работа, нежели брата, да для моей казны супротивного нет.

Поклонился ему в ноги второй середний отпрыск и сказывает:

— Государь ты мой батюшка родимый! Не вози ты мне ни жуков с задами яркими долго светящимися, ни вагонеток объемных да самостоятельно по рельсам катящихся, ни кирок, руду как масло рубящих. А привези ты мне зеркало кудесническое, сквозь толщу земли смотрящее, да различные камни и металлы обнаруживающее, чтобы в шахтах моих полезные ископаемые добывающих понапрасну не рыть норы бесплодные, а углубляться только в места породистые да выгодные.

Гном-отец призадумался и, дал такой ответ:

— Хорошо, сын мой рациональный, сын мой изобретательный, уважаемую профессию рудокопа выбравший, отыщу я тебе таковой артефакт. А и есть они у дочери зеленого вождя орочьего, молодой шаманки бритоголовой да клыкастой, лицо разными красками размалевывающей. И хранится то зеркало в глубине Степи бескрайней, в шатре ее из воловьих шкур сшитом, посреди поляны с высокой травой всякому путнику ноги заплетающей, а около шатра того кипит сотня котлов с варевом для гномов непривычным, ужасным и несъедобным — то обед для охраны ея бесстрашной да безумной в тысяче шатров вокруг живущей, денно и нощно секиры огромные точащей. Есть и среди кочевого народа у меня связи крепкие да товарищи надежные. Ещё тяжелее твое задание, да для моей казны супротивного нет.

Поклонился в ноги отцу меньший сын и говорит таково слово:

— Государь ты мой батюшка родимый! Не вози ты мне ни масла золотой оливы непригорающее, ни перца красного, органы пищевые обжигающего, ни коры древа коричного, печеным яблокам притягательный аромат придающее, ни соли белокаменной без которой квашенья немыслимы, ни сахара тростникового, бактерии винные питающего, да брожение вина усиливающего. А привези ты мне цветочек аленький, которого нет краше на белом свете, черные семена вызревшие которого, природой в коробочек собираются. Выращу из них я поле ярко-красное, да новое поколение семян в выпечку сдобу мучную добавлю. И не будет ничего вкуснее к чаю, нежели мои булочки маковые.