Чтение онлайн

Король лишь усмехнулся и кивнул мне. Я же сделала реверанс и вышла из зала. Сжав в руке золотые монеты, я мысленно выругала себя за несдержанность. Король. Да, будь он хоть немного не так благороден и сдержан, как все о том знали, моя ничего не значащая шкурка уже висела бы на виселице за такие слова или как минимум меня бы высекли на столбе. А может дело было не в его благородстве и мудрости, а в том, что за столиком напротив него сидела мадам Регис, расположение которой он и хотел снискать, а раз она была сама из моего ковена, то уж при ней ему просто не захотелось наказывать какую-то там пятнадцатилетнюю соплячку, длинный язык которой и сам не рад уже был, что решился говорить с самим королем.

– Нет, Регис! – гаркнула моя мама, резко встав из-за тола и стукнув по нем ладонью. – Моя дочь не будет работать в твоем чертовом заведении!

– Арманиль, – мягко проговорила женщина, подойдя к ней и положив руку на плечо. – У девочки дар. Зачем прятать его?

– Это не дар, это проклятье! – мама вздернула руки к потолку.

– Ну что ты такое говоришь, – ответила мадам Регис. – Сама подумай, ну что ее будет ждать здесь? – она окинула взглядом наше убогое жилье. – А у меня она сможет зарабатывать хорошие по меркам наших представителей деньги. И, в конце то концов, я же не в публичный дом ее зову!

– Да что ты? – съязвила мама, сощурив глаза.

– У меня не бордель, – строго сказала женщина. – Если из девочек кто и заводит там знакомства, то это их личная инициатива. У меня приличное заведение, Арманиль. Мой игорный дом одобрен самим королем.

– Конечно одобрен, – хмыкнула мама. – Львиную долю золотишка ты ведь сдаешь в казну, не так ли? Отчего же не одобрить такое прибыльное заведение.

– Да какая разница, куда идут деньги! –процедила сквозь зубы мадам Регис. – Не о том речь. Я тебе говорю, что это не публичный дом и любая приличная девочка согласится на такую работу.

– И кем она там будет? Шулером? В карты обставлять будет тех богатых вервольфов, которые ходят туда к тебе?

– Не шулером. Она будет вести игру. Сдавать карты, следить за тем, чтобы кто не жульничал или еще что. Я даже столик за ней закреплю самый главный. Тот, за котором играют только самые приближенные к королю личности, – едва ли не с мольбой в голосе проговорила мадам Регис. – Ну Арманиль, ну подумай. Марион будет хорошо зарабатывать и спустя какое-то время вы сможете позволить себе купить хороший домик в более удачном районе. Ну не пристало такой красивой девочке ходить ночью этими улицами, где что ни ночь, кого-то насилуют или убивают.

– Ей восемнадцать, Регис. Какой может быть игорный дом! Там твои вервольфы голову ей запудрят, глаза замылят этим своим золотом, которое они будут спускать в игре, а потом что? Никакой чести, море слез и ребенок в подоле?

– Мама! – не выдержав, отозвалась я. – Ну что ты такое говоришь?

– А то и говорю, – гаркнула на меня мама. – Одна уже вон, – махнула она в сторону соседского дома, – растит полукровку. Тоже работать пошла в приличный дом горничной и что? Кому она теперь нужна?

– Я не Мили, – враз одернула я ее. – Она изначально путалась еще с дня падения с вервольфами, и ты это знаешь! Не захочу, никто меня не заставит! И то, что я молодая, это ничего не значит. А золото? Не все золотом меряется, мама. А работа хорошая мне нужна. Сколько я так буду цветами торговать? Что я там зарабатываю? Несколько медяков? Этого едва хватает на еду. Ты вон болеешь, лекарства нужны, где это все брать?

– Стеор…

– Я из того, что передает Стеор и медяка не возьму! – враз воскликнула я. – Ему самому на ноги вставать надо. Не дом – лачуга. Кого он туда приведет? Да и не в этом дело! Какое мы имеем право брать у него деньги? Он жизнью рискует в армии волчьей чтобы что? Нас содержать? Нет, все его деньги я прячу, и когда он вернется, все до последней монеты отдам ему. Так что, мадам Регис, – повернулась я к женщине. – Я согласна. Говорите, когда приступать можно.

Мама только руками развела. Мадам Регис же довольно хлопнула в ладоши.

– Сегодня! Сегодня и начинать! – проговорила она. – Поедем, нужно что-то купить тебе красивое из одежды. Сама понимаешь, кто ко мне в заведение ходит, – повела она бровью.

– Ну все, началось, – простонала мама, устало опустившись на стул.

Мадам Регис посмотрела на нее, затем подошла ближе и опустилась подле нее на колени. Протянув руки, она взяла ладони моей матери в свои.

– Арманиль, я тебя понимаю. Такую девочку тяжело отпускать от себя. Но она уже не ребенок, а взрослая девушка. Не сегодня – завтра замуж выйдет. Ну сколько ты будешь ее на привязи держать подле себя? Она у тебя умная, воспитанная молодая леди. Не думаю, что с таким гонором, каким ее природа наделила, ей вообще возможно мозги запудрить, как ты того боишься. Да она руки по локти пооткусывает, если ей кто что-то непристойное предложит. Помню я ее, как она три года назад в моем заведении с самим королем колкими фразами перебрасывалась. Ну не может такая девочка быть столь глупой, чтобы не понять, хочет ли мужчина просто поиграть с ней или у него порядочные намерения. Не переживай. Да и я тебе обещаю, что за ней в заведении будет глаз да глаз. Никому не дам в обиду.

Мама молчала с минуту, затем махнула рукой и проговорила:

– Ладно, ваша взяла. Буду надеться, что у вас обеих хватит ума. У тебя на то, чтобы не прыгать в койку к тому, кто там золотом будет своим трясти перед тобой, – она строго посмотрела на меня. – а у тебя, – враз ее тон стал предупреждающим, – ты не смотри, что я ведьма без сил. Захочу и без магии тебя на тот свет отправлю, если с моей девочкой что-то случится в твоем заведении. Поняла меня? – прошипела она, крепко ухватив мадам Регис за руку и сжав так, что даже костяшки побелели.

– Поняла, но я уже тебе сказала, ничего с ней не случится, – сухо бросила мадам Регис и когда мама отпустила ее, поднялась на ноги. – Пойдем, Марион, – улыбнувшись, она направилась к выходу.

– Мам, все будет хорошо, – приобняв ее, прошептала я.

– Стеор вернется, он с тебя три шкуры спустит за то, что ты творишь. Вот увидишь, – недовольно сказала мама.

Ничего не ответив на это, я улыбнулась и направилась на улицу, где меня в экипаже уже ждала мадам Регис.

– Давай сразу договоримся. Зови меня по имени, без всяких этих «мадам». Я так чувствую себя старухой, – проговорила она, закуривая сигарету.

– Вы? – от удивления мои брови поползли вверх, поскольку эта красивая молодая женщина с дивными волосами цвета меди уж кем-кем, а старухой уж точно не была.

– Ладно, не старухой, – клацнула она языком и засмеялась. – Просто на фоне вот такой юной красоты невольно начинаешь думать о старости.

– Да вы что! Это я на вашем фоне – мышь несуразная. Вы такая…неповторимая, – мой взгляд восхищенно скользнул по точеной фигурке, облаченной в изумительно-синее платье, которое выгодно подчеркивало идеальную кожу и не менее идеальный бюст его хозяйки.

Регис улыбнулась и, окинув меня взглядом, проговорила:

– Это все одежда. Из тебя тоже сделаем такую же неповторимую особу, не переживай.

– Да куда мне. Я же за такое платье вовек с вами не расплачусь. Оно стоит целое состояние, – нахмурившись, окинула я взглядом дорогую вышивку на декольте платья Регис.

– Ну это да, шедевр, – улыбнулась женщина. – Такое платье стоит и правда столько, что даже я, покупай его за свои средства, не смогла бы себе позволить такую трату.

– Ясно, – я натянуто улыбнулась, сразу поняв, о чем она говорит. – Но сразу вам даю понять, что я не…